Бумажный тигр. Власть (СИ) - Соловьёв Константин Сергеевич

***

Лэйд всегда вел строгий учет времени, полагая его таким же товаром, как и тот, что содержался в ящиках, банках и пакетах. Даже еще более капризным, требующим надлежащего учета. Можно получить деньги даже за черствый хлеб или прелую муку, но за просроченное время никто не даст и фартинга.

Он потратил достаточно много времени на вступление, приведя мисс ван Хольц в то душевное состояние, в котором она настроена была отвечать на его вопросы. И теперь не собирался терять даром ни секунды, тем более, что мысленно давно составил список этих вопросов.

— Вещи мистера Олдриджа, которые остались после его смерти. Вам известна их судьба?

— Нет. Или вы думаете, что мне на правах главной машинистки позволили присутствовать при вскрытии сейфа?

Превосходно, подумал Лэйд. Первый же выпад ушел в пустоту.

Он хотел было по привычке подняться и пару раз пройтись по кабинету — мерные шаги всегда уравновешивали дребезжащие вразнобой мысли, но вовремя спохватился. В такой тесноте о подобных маневрах следовало забыть.

— Почему вы спрятали брошь? На том собрании у Крамби, едва только услышали, что я назвал себя демонологом.

— Я испугалась.

— Чего?

— Испугалась вас, — раздельно и четко произнесла мисс ван Хольц, — Подумала, раз вы демонолог, наверняка, увидев на мне кроссарианскую брошь, решите, что я заодно с… с демоном. Или имею с ним что-то общее.

— Но вы не имеете?

Она стиснула зубы. И пусть это было чисто рефлекторное движение, Лэйд не позавидовал бы никому, кто в этот миг сунул бы палец меж аккуратных жемчужных зубов мисс ван Хольц.

— Не имею, — подтвердила она, — И не имею никакого отношения к тому, что нас постигло. Я просто купила чертову брошь. И теперь, как видите, достаточно наказана своей легкомысленностью. Но сговор с демоном… На это я бы никогда не решилась даже если бы знала, как это осуществить!

Не лжет, подумал Лэйд, изучая ее лицо. Или лжет, но так ловко, как умеют лгать только женщины, подсознательно сооружая сеть из полуправды, почти-правды, домыслов и допущений, и столь сложную, что в скором времени убеждают самих себя в том, что со всех сторон являются лишь безвинной жертвой — обстоятельств, завистников, недоброжелателей, соперниц, да хоть злого рока…

— И вы не собирались сводить счеты ни с кем из присутствующих здесь?

Мисс ван Хольц горько усмехнулась.

— К чему? Я не держатель акций, не компаньон, даже не член оперативного совета. Я глава машинисток. Я — такая же собственность компании, как печатные машинки и столы, на которых они стоят. Какое мне дело, кто здесь будет царствующим монархом, а кто — номинальным?

— И в самом деле… — пробормотал Лэйд, — Тогда зачем вы подслушивали наш разговор с Крамби? Тот самый, после совещания?

Он надеялся смутить ее резким вопросом, но не добился должного эффекта. Мисс ван Хольц лишь усмехнулась.

— Я подслушиваю любой разговор в стенах этого здания, если это в моих силах. Это не каприз, не прихоть. Считайте это частью моей стратегии выживания.

— Как и соблазнение?

Он не сразу заметил того момента, когда ее взгляд из расфокусированного, плавающего, сделался блестящим и острым, точно заточенный стилет. И этот стилет, судя по холодному ощущению, распространявшемуся выше пупка, был устремлен ровно ему в живот.

— Да. Как и соблазнение. У меня нет папаши-банкира, как у Синклера. Финансового гения, как у Розенберга. И змеиной хитрости Лейтона. Я использую то, что мне дано природой, и если вы считаете это аморальным, вас ждет еще много неприятных открытий в вашем расследовании. Да, я соблазняла, и не единожды. Не только мужчин. Я делала с ними вещи, о которых не пишут в рубрике «Советы домохозяйке» в «Серебряном рупоре». Иногда я делала очень странные вещи — и очень неприятные. Не делай я этого, сейчас была бы машинисткой с жалованьем двадцать шиллингов в неделю, которую вышвырнули бы на улицу без выходного пособия, как только нагуляла живот!

Лэйд вздохнул.

— Всецело ваше право. Не собираюсь порицать вашу стратегию, мисс ван Хольц, кажется, она вам вполне удается. Что ж, больше вопросов у меня нет. Полагаю, мне стоит откланяться и не тратить более ваше время. Тем более, что в этом здании прямо сейчас наверняка звучит множество бесед — какие-то из них вы можете не успеть подслушать.

Она не обратила внимания на насмешку. Наверно, привыкла к куда более худшим — и более ядовитым.

— Вы не закончили, мистер Лайвстоун.

Лэйд удивился.

— Вот как?

— Да. Вы так и не задали главный вопрос, который намеревались.

— О. И что же я хотел спросить?

Мисс ван Хольц усмехнулась. То ли благодаря настойке опиума, все еще циркулирующей в ее крови, то ли благодаря пережитым эмоциям, сейчас она казалась одновременно и ужасно истощенной, и чертовски соблазнительной, каким-то образом сочетая в себе оба этих качества. Изможденная порочная красота в жутковатой оправе.

— Вы хотели спросить у меня, кто из подручных Крамби мог быть к этому причастен.

Лэйд вздохнул.

— Ну… — пробормотал он, — Давайте представим, будто я и в самом деле спросил у вас нечто подобное. Что бы вы мне ответили?

— О, это просто, — она улыбнулась и набрала воздуха. Чтобы произнести на выдохе одно-единственное слово, — Коу.

***

Коу.

Лэйд почувствовал себя в высшей степени неуютно. Точно стены чужого кабинета, в котором он провел не один час, внезапно сомкнулись на несколько дюймов, уменьшив жизненное пространство внутри. Выдавили часть воздуха, которым он дышал. И пусть даже воздух был зловонным, насыщенным миазмами, дышать враз сделалось труднее.

— Мистер Коу, начальник службы безопасности?

Мисс ван Хольц метнула в него презрительный взгляд, которым можно было прошибить шестнадцатидюймовую[13] броневую плиту броненосца типа «Трафальгар».

— Нет, черт возьми! Разумеется, я имею в виду Роберта Коу, пуританина и колониста[14]!

Лэйд поморщился.

— Нет нужды кричать. Кроме того, напоминаю, что в здании полно людей Коу, которых он мобилизовал на службу и которые патрулируют все этажи. Не думаю, чтобы он нарочно набирал в свой отряд глухих!

Мисс ван Хольц рефлекторно прикрыла ладонью рот.

— Простите, — тихо произнесла она, опасливо покосившись в сторону двери, — Они не суются сюда, вниз, должно быть, не любят несвежего запаха, но вы правы. Не сомневаюсь, у Коу везде есть осведомители и шпионы.

— Даже среди ваших машинисток?

Мисс ван Хольц смутилась.

— Они хорошие девочки и в большинстве своем преданные, но Коу… Вы не знаете этого человека, Лайвстоун. И даже отдаленно не представляете, насколько он может быть опасен. Если хотя бы четверть того, что я слышала о нем, правда… Слушайте, у вас, случайно, нет при себе рыбьего зелья? Ладно, плевать, неважно. Он не человек, он животное. Опасное животное.

Лэйд позволил себе легкомысленную усмешку.

— Позвольте напомнить, что многие в этом городе называют меня тигром.

— Вы тигр, — согласилась мисс ван Хольц, — А он — бешенный пес, при этом с челюстями размером с медвежий капкан и из хромированной стали.

— Пес… — пробормотал Лэйд, кое-что припоминая, — Кажется, Розенберг тоже называл его псом. Цепным псом Крамби или как-то вроде того.

— Так и есть. Он и есть пес, вскормленный Крамби и преданый лично ему. Но это не ищейка, как некоторым кажется. Да, у него превосходный нюх, но свое содержание он отрабатывает не им. Это совсем другая порода. Он буль-энд-терьер[15].

Лэйд вспомнил равнодушный взгляд мистера Коу, скользящий по лицам и предметам обстановки, как мел портного по хорошей ткани — беззвучно и мягко.

— Значит, его нанял не Олдридж?

— Нет. Крамби. Ему нужен был верный человек в оперативном совете. И он получил его в лице Коу.

— Коу в самом деле служил в детективном агентстве в Новом Свете?

Мисс ван Хольц досадливо дернула плечом.