Реквием по империи - Диана Удовиченко

Так и не договорив, что именно слишком, я остановился перед пятым домом по правой стороне, если считать от площади. Перед домом из серого с розовыми прожилками камня. А он выстоял, выдержал испытание на прочность… Соскочив с коня, я прикоснулся к кованой решетке ограды и усмехнулся собственным воспоминаниям. Вот, обещал вернуться сюда и обещание сдержал. Только где все те, кому я его давал?

Крепкие высокие ворота распахнулись:

– Добро пожаловать, ваше высокомагичество, – с поклоном произнес Сэм Блитт, своим появлением словно повернувший время вспять.

Дворецкий выглядел точно так же, как тогда, очень давно… год назад. Тот же строгий, аккуратный коричневый костюм, та же идеальная выбритость щек, те же сдержанные, полные достоинства жесты. Только вот лицо слегка осунулось, да морщин прибавилось. Зато улыбка была широкой и дружелюбной, не в пример официальному оскалу, которым Сэм встретил меня в первый раз.

– Здравствуй, старина!

Привязав поводья к прутьям ограды, я шагнул в ворота и протянул дворецкому руку. Тот слегка смутился от такого вопиющего нарушения субординации, но я схватил его ладонь, крепко пожал, левой рукой дружески хлопнув Сэма по плечу. Почему-то мне было ужасно приятно его видеть. Наверное, потому что он был единственным воплощением постоянства в безумной круговерти событий последнего года.

– Рад видеть вас, ваше высокомагичество, – сказал он, и я понял, что он действительно рад.

– Можно пройти? – мне вдруг подумалось, что у этого особняка наверняка появились новые хозяева, а у Сэма – работодатели.

Дворецкий снова поклонился:

– К вашим услугам, милорд. Желаете осмотреть дом?

Чувство дежавю усиливалось. Мы пересекли зеленую лужайку и зашагали по дорожке к парадному входу. Как и прежде, радовали глаз ухоженные клумбы с пышными цветами, дубы аллеи отбрасывали на тропинку прохладную тень. В окружении разрушенных или покосившихся домов, этот выглядел оазисом порядка и уюта. Случайность, или… Такая удивительная устойчивость особняка означала одно: его защищали мощные чары. И похоже, по силе они превосходили даже те, что были наложены на императорский дворец.

– Сэм, скажи мне одну вещь.

– Слушаю, ваше…

– Да забудь ты про титулы! Поговорить надо.

Отбросив показную вежливость, дворецкий деловито кивнул:

– Может быть, позавтракаете? Тина приготовит свой знаменитый императорский омлет.

– Пожалуй. Только давай без помпы.

Я устроился в малой гостиной за покрытым белоснежной скатертью, безупречно сервированным столом. Складывалось такое впечатление, что здесь ждали гостей. Сэм поставил на стол бутылку вина, принес мне серебряное блюдо с чем-то умопомрачительно пахнущим.

– Здесь шампиньоны, каперсы, ветчина, перепелиные яйца, специи из Андастана…

– Верю, верю, – перебил я, – садись со мной.

– Вы все так же пренебрегаете этикетом, милорд, – в голосе дворецкого едва заметный упрек смешался с добродушной усмешкой.

– Не до этого мне сейчас, – пояснил я.

Сэм опустился напротив меня, не забыв при этом налить вина в изящный бокал.

– Кому принадлежит этот дом? – прямо спросил я.

– Вам, милорд… – немного растерянно ответил дворецкий. – Вернее, этот дом – собственность императорской казны. Но им всегда распоряжался Верховный маг. Признаться, увидев вас, я подумал, что барон Лютый отправился в Счастливые долины.

– Погоди, при чем тут Ом? И почему он должен был умереть?!

– Нет-нет, не должен! – воскликнул Сэм, и тут же тихо добавил: – хотя… обычно, все умирают.

Больше всего мне хотелось воспользоваться волшебством астрала и считать сущность дворецкого вместе со всеми сведениями, мыслями и воспоминаниями. Но памятуя о том, что применение тонкой магии в Виндоре может быть опасно, я просто ухватил бутылку, неловко наплескал вина во второй бокал, и придвинул Сэму:

– Выпей. И расскажи толком.

Тот, позабыв о трепетном отношении к этикету, сделал большой глоток и проговорил:

– Так вы ничего не знаете… да-да, конечно, вы честный человек!

Собравшись с духом, Сэм начал рассказывать. Говорил он очень любопытные вещи. Особняк, построенный во времена Ридрига Первого, действительно принадлежал императорской фамилии, и когда он пустовал, вся прислуга получала казенное жалованье. Но распоряжался здесь Вериллий. Впрочем, действовал он от имени его величества.

Периодически здесь появлялись новые хозяева, получившие особняк в дар за заслуги перед короной. Только вот какая странность: они не заживались в Амате, благополучно переселяясь в Счастливые долины. Тогда дом снова возвращался к своему владельцу.

– Погоди-погоди! – воскликнул я. – А как же наследники?

Помнится, я сам, отправляясь в опасное путешествие к Зеленому сердцу, оставил завещание, по которому дом отходил дяде Ге.

Сэм скривился:

– В императорском указе есть маленькое дополнение, на которое обычно счастливчики, получившие особняк, не обращают внимания. Дом дарится без права передачи по наследству. А еще его могут отобрать в случае, если хозяин впадет в опалу.

От мига к мигу – сплошная фига! Хорошие порядки завел Вериллий.

Дальше было еще интереснее. Оказывается, последним, кому подарили проклятый домишко, был мой брат.

– Правда, он сюда даже не приходил, – рассказывал дворецкий, – нас предупредили, что вскоре въедет новый хозяин. Мы ждали, но барон Лютый так и не появился. Поэтому, когда пришли вы, я решил, что…

– Нет, с бароном все в порядке, – проскрежетал я, – он всего лишь собирается на войну. Но это, конечно, мелочи по сравнению с вашими волшебными хоромами. А почему гибли те, кто здесь селился?

– По разным причинам… обычно это были офицеры. Отправлялись на Южный континент и не возвращались. Знаете, – разоткровенничался Сэм, разливая остатки вина по бокалам, – это были хорошие люди. Честные, порядочные, добрые. И я искренне сожалел об их смерти. Когда вы отправились в поход, я думал, вас ждет та же участь. Но вы умудрились выжить, да еще и поднять бунт против Вериллия…

– А скажи мне, дружище: ведь ты должен был присматривать за жильцами? Кому докладывал, имперским псам?

Дворецкий смущенно потупился:

– Не без этого… Но не подумайте, я ничего такого… отделывался короткими донесениями. Ни в чем, мол, не замечен…

– Ладно, ладно. Понимаю: служба. Как думаешь, Вериллий к гибели тех людей руку приложил?

– Не знаю, – вздохнул Сэм, выуживая из буфета новую бутылку, – скорее всего, специально отправлял жильцов на опасные задания. А может, наоборот, селил сюда тех, кто должен был на них идти. Уж не скажу сейчас, что появлялось раньше: дракон или его яйцо. А увидев вас, не знал, что и подумать. Не верилось, что вы способны на те же игры.