Ржевская мясорубка. Время отваги. Задача — выжить! - Борис Горбачевский

Нам предстояло открыть те же «смоленские ворота», которые до Гитлера почти 130 лет назад открывал Наполеон. Только мы должны были распахнуть их не на Восток, а на Запад. За ними нас ждали истерзанные Белоруссия и Польша, а далее — Германия…

Гитлеровское командование отчетливо понимало всю серьезность сложившегося положения на Центральном фронте, поэтому сосредоточило на Смоленском плацдарме огромные силы — более 40 дивизий, оборонительные рубежи простирались в глубину до 120–130 километров, представляя собой шесть основательно оборудованных полос.

Однако Гитлер и его стратеги не учитывали в своих планах несколько новых существенных фактов. Во-первых, Красная Армия набиралась силы и гнева. В сорок третьем она стала иной, пройдя суровую школу боев, в частности, и под Ржевом. Во-вторых, каждый боец, идя на запад, вовсю — до кровавых ран сердца! — нагляделся на «новый порядок» оккупантов, и это была не пропаганда, а живые трагические картины того, что сотворили враги с Русской землей.

И сейчас, стоя в обороне, мы готовились к наступлению.

Дивизия получила крупное пополнение. За четыре месяца, с апреля до начала августа, солдаты, перекопав горы земли, оборудовали крепкие узлы обороны, построили оснащенные пулеметами ротные и взводные опорные пункты. На танкоопасных направлениях отрыли противотанковые полосы, установили противотанковые рогатки, ежи — и все, что можно, заминировали. Были вырыты и опоясаны колючей проволокой десятки километров окопов, траншей с ходами сообщений. С утра до поздней ночи Василий Алексеевич Полевик, новый комдив 220-й, обходил полки и батальоны. Отдельные офицеры скептически относились к ежедневному изнурительному труду, затеянному комдивом:

— Зачем это? Вот-вот пойдем вперед, оборона — дело временное.

Полковник терпеливо разъяснял:

— Суть создаваемой, возможно ненадолго, обороны — предупреждение внезапного нападения. Хотите обескровить дивизию перед наступлением?!

Любопытно, что солдаты не роптали. Лучше всех их настроение выразил один солдат-украинец:

— Так це до увагы!

Наряду с фортификационными сооружениями комдив организовал боевую подготовку стрелковых батальонов и рот. Неподалеку от переднего края было выбрано скрытное место для тренировочного полигона. Здесь шли в атаку, учились отражать контратаки, отрабатывали взаимодействие пехоты с танками.

Лето 1943 года, Западный фронт, под Смоленском. Офицерам всем не более двадцати. Слева направо: Костя (фамилию не помню), Анатолий Козявкин, Иван Скоропуд, Борис Горбачевский

5 июля полки внезапно предупредили: не исключен «сюрприз» от соседей. Все — от комдива до последнего солдата — три или четыре дня (точно не помню) находились в траншеях в боевой готовности. За нами расположился хорошо оснащенный, в том числе и реактивными минометами, артиллерийский полк. В ротах появилось больше ручных пулеметов и автоматов. Прибыла танковая бригада. Противник изредка обстреливал наш передний край — вероятно, как и мы, находился в напряжении.

Вскоре был дан отбой, и, как молния, пронеслась весть о грандиозном сражении на Курско-Орловской дуге. Началось оно 5 июля и продолжалось несколько дней. Стало понятно, чем было вызвано предупреждение о «сюрпризе».

Успех на Курской дуге вызвал общую радость.

— Теперь-то, — говорили солдаты, — им капут!

— Это точно, пора готовить катафалки…

Увы, до полной победы и похорон немецкой армии было еще почти два долгих кровавых года войны.

Утром 7 августа артиллерийская канонада известила о начале наступления на Смоленский плацдарм трех фронтов — Калининского, Западного и Прибалтийского.

После полуторачасовой артиллерийской подготовки развернулась битва за Смоленск. Рота за ротой поднимались в атаку. С первых же боев сражение приняло ожесточенный характер. Несмотря на контратаки противника и превосходство в воздухе, преодолевая сильный заградительный огонь пулеметов, наши части врывались в траншеи неприятеля — прогрызали вражескую оборону.

В ночь на 8 августа комдив Полевик вводит в прорыв свежие силы, поддержанные артиллерийским огнем.

8 августа, утро. Первый батальон 673-го полка достигает Шишловской рощи и деревни Рыбки. Артиллерийские и минометные батареи переносят огонь на второй и третий рубежи обороны противника.

8 августа, день и вечер. После массированной артподготовки батальоны совершают бросок ко второй линии траншей врага. Немцы усиливают сопротивление. Завязывается тяжелый бой, схватки идут за каждый клочок земли.

9 августа, утро и день. Противник подтягивает в район прорыва резервы и несколькими энергичными контратаками отбрасывает полк к первой траншее. С обеих сторон растет число убитых и раненых.

673-й и 653-й полки с трудом удерживают захваченную территорию. Продвижение застопорилось. Немецкие штурмовые группы, активно поддержанные авиацией, сумели вклиниться в расположение дивизии. Ситуация стала критической. В этот момент совершает подвиг сержант Василий Рагулин: развернув самодельный флаг, с криком: «За Родину! Ура-а!» — он увлекает в контратаку залегших бойцов. Немцы на несколько мгновений растерялись. Отход батальонов был остановлен.

Вот как описан этот переломный момент сражения в дивизионной газете: «Он (В. Рагулин. — Б. Г.) первым выскочил навстречу противнику. За ним бросились комсорг батальона Борис Фломбойм и многие солдаты. Они сумели восстановить положение. Вблизи Рагулина разорвалась граната. Его лицо залило кровью, он, не обращая внимания на ранение, тут же очередью из автомата сразил немецкого офицера…»

Однако командование приходит к выводу: опасность срыва операции не исчезла, необходима передислокация. Дана команда на общий отход. Особенно настораживали активные действия немецкой авиации.

9 августа, вечер. 673-й полк вновь захватывает Шишловскую рощу и деревню Кудиново, а также Рыбки. Не теряя темпа наступления, форсируем реку Видосу.

10 августа. При поддержке танков и авиации противник вновь и вновь контратакует. Сражение становится все более жарким. Обе стороны несут значительные потери. Солдаты проявляют беспримерное упорство и мужество, в некоторых батальонах осталось 20–30 человек. Вся полковая артиллерия выдвинута на прямую наводку. Подбито и сожжено много танков. Наконец, не выдержав натиска, противник отступает.

11, 12, 13 августа. 673-й полк продолжает преследование, хотя людей в строю остается все меньше.