Дело «Нерешительная хостесса». Дело сердитой плакальщицы. Иллюзорная удача - Эрл Стенли Гарднер

— Я сомневаюсь, что брала портсигар у Инес именно в тот вечер. Точнее сказать не могу.

— Хорошо, пойдем далее. У вас дружеские отношения с работающими у вас хостессами?

— Да, я стараюсь с ними ладить.

— Вы справедливы?

— Пытаюсь быть таковой.

— Вы своевременно выплачиваете им жалованье?

— Денежную компенсацию, которую они получают, сложно отнести к разряду жалованья, мистер Мейсон.

— Вы аккуратно выплачиваете им все, что бываете должны?

— Да.

— Должны вы мисс Кейлор какую-либо сумму в настоящее время?

— Нет, не должна.

— Вы не должны ей ни цента?

— Нет.

— Вы отдали ей деньги за портсигар?

— За портсигар?

— Именно.

— Нет.

— Но если портсигар, который вы брали у нее, находился в вашей сумочке в момент нападения, то вы не могли вернуть его ей и, следовательно, должны были взамен выплатить ей денежную сумму, не так ли?

— В общем… конечно…

— Да или нет?

— Да, я должна была так поступить.

— Но вы не отдавали Кейлор денег за портсигар?

— Н-нет…

— И тем не менее ничего ей за него не должны?

— Нет, сэр.

— Следовательно, ее портсигар не мог находиться в вашей сумочке в момент нападения!

— Да, очевидно, вы правы, мистер Мейсон.

— Очень хорошо, — проговорил адвокат. — Что ж, у меня больше нет к вам вопросов по поводу портсигара. Можете положить его обратно в сумочку, миссис Лавина.

Вновь отвернувшись от Мейсона, свидетельница раскрыла сумочку, опустила в нее портсигар, закрыла и приняла прежнее положение.

— Миссис Лавина, за уик-энд вы припомнили множество деталей, которые не могли вспомнить в пятницу вечером, во время дачи показаний.

— Ну, не такое уж множество.

— Мистер Арчер не оказывал вам в этом помощи?

— Я не разговаривала с мистером Арчером, мистер Мейсон, и хочу, чтобы вы себе это как следует уяснили. За уик-энд мы не обменялись друг с другом ни единым словом.

Выдержав секундную паузу, Мейсон обратился к Игану:

— Ваша честь, я прошу у суда всего минуту терпения, — сказал он и направился к ограждению, отделявшему ту часть зала, где сидели зрители. Он поймал взгляд Пола Дрейка и кивнул ему.

Дрейк приблизился к Мейсону. Зрители с любопытством наблюдали за ними. Гарри Фритч опустил веки, изображая глубокую задумчивость. Увидев, с кем, стоя у ограждения, шепотом совещается адвокат,

Марта Лавина впервые показала признаки явного беспокойства.

Судья Иган недовольно посмотрел на часы и бросил на Мейсона неодобрительный взгляд.

— Что случилось, Перри? — тихо спросил Дрейк.

— Я пытаюсь тянуть время.

— Ты будешь за это наказан. Помни, старик Иган не дремлет.

— Знаю, — сказал Мейсон. — Теперь слушай внимательно, Пол. У Марты Лавины в сумочке находится нечто, о чем она забыла, идя в суд. Она, видимо, думала, что выложила этот предмет, и лишь сейчас, раскрыв сумочку, чтобы достать портсигар, заметила его. Мне удалось мельком увидеть что-то желтое.

— Что это?

— Думаю, это листок бумаги, вырванный из большого желтого судебного блокнота, какие разложены в зале для ведения записей присяжными. Это может быть записка, переданная ей Гарри Фритчем. Это может быть записка, переданная ей Родни Арчером. Ты заметил, что, когда я спрашивал, общалась ли она с Арчером на протяжении уик-энда, она оба раза с негодованием ответила, что ни разу с ним не разговаривала. Я не сомневаюсь, что, если будет нужно, она не колеблясь скажет заведомую ложь, но думаю, ей доставляет удовольствие парировать мои вопросы так, чтобы, формально произнося правду, при этом водить меня за нос. Вероятно, покинув зал суда, она первым делом постарается избавиться от этого листка. Она может пойти с ним в дамскую комнату или смять его и выбросить в урну. Я хочу, чтобы она ни на секунду не оставалась вне поля твоего зрения. Имей наготове женщину, которая сможет следить за ней повсюду. Конечно, если Лавина спустит листок в уборную, то тут мы будем бессильны что-либо поделать, но все же постарайся предотвратить этот вариант, если возможно. Используй свою изобретательность и…

Судья Иган рассерженно стукнул председательским молотком:

— Суд старается оказывать защите всяческое содействие, но считает дальнейшее затягивание разбирательства недопустимым. Я прошу адвоката продолжить перекрестный допрос.

— Хорошо, ваша честь, — произнес Мейсон, но внезапно вновь обернулся к Дрейку.

Взгляд судьи Игана стал зловещим.

— Пол, как насчет агентства моделей «Афродита»?

— Две мои девушки и Мэри Броган предложили свои кандидатуры. Сегодня утром парень должен был прийти и забрать отклики на свое объявление…

Молоток судьи Игана во второй раз властно опустился на крышку стола:

— Я настоятельно советую защите продолжить допрос свидетельницы. В противном случае я буду вынужден принять определенные меры.

— У меня нет к ней больше вопросов, ваша честь, — обернувшись к судье, произнес Мейсон.

— Вызов свидетелей обвинения закончен! — объявил Гарри Фритч.

— Господин адвокат, пригласите первого свидетеля защиты занять свидетельское место, — распорядился судья Иган.

— Со стороны защиты первой будет давать показания мисс Инес Кейлор, — сообщил Мейсон.

При этих словах направлявшаяся к выходу из зала Марта Лавина остановилась, сделала несколько шагов назад и шепнула что-то на ухо Гарри Фритчу.

Фритч поднялся на ноги:

— Ваша честь, смею заверить, что обвинение не меньше мистера Мейсона хотело бы видеть мисс Кейлор сейчас на свидетельском месте, но, к сожалению, я должен сообщить суду, что ввиду обстоятельств, суть которых я предпочел бы изложить без присутствия присяжных, свидетельница Кейлор не может в настоящее время быть вызвана для дачи показаний.

— Почему? — спросил судья Иган.

— Об этом, как я уже заявил, я не хочу говорить при присяжных, дабы ни одна из сторон не оказалась поставленной в неловкое положение.

— Но нельзя же бесконечно гонять присяжных туда-сюда! — возразил судья. — Они оставили дела и жертвуют своим временем ради свершения правосудия, и это просто неуважение!

— Суд хочет, чтобы я сделал заявление в присутствии присяжных? — осведомился Фритч, и в его глазах появился зловещий огонек.

— Нет-нет, — сказал судья Иган. — Суд просит присяжных покинуть зал на десять минут и приносит им свои извинения за причиняемое беспокойство. Суд предупреждает, что впредь не станет удовлетворять подобных просьб и поэтому настоятельно советует сторонам не упускать последней возможности поднять те вопросы, обсуждение которых требует удаления из зала присяжных.

Подождав, пока присяжные покинут зал, судья Иган обратился к Фритчу:

— Мы вас слушаем, господин помощник прокурора.

— Прежде всего я хочу заметить, что располагаю доказательствами того, о чем собираюсь сообщить суду.

— Изложите суть дела, — попросил судья.

— Я хочу довести до сведения суда, что в ходе расследования мисс Инес Кейлор подверглась форменной травле, в которой участвовали не только частные сыщики, нанятые защитой для ведения слежки за свидетельницей, но и сам мистер Перри Мейсон, который, действуя