Клинок, рассекающий демонов: Дыхание крови (СИ) - Дестимаро Петра

— Да, мы кое-что придумали, Кибуцуджи.

Добрые фиолетовые глаза мальчика холодно сверкнули, когда он поднял руку.

— Приготовиться.

Кусты позади дома зашевелились. Это оказались не кусты, а маскировка. Под сброшенной маскировкой оказались солдаты правительства Японии, стоящие за щитками стационарных пулеметов, и несколько мощных орудий.

Кибуцуджи недоуменно приподнял бровь. Кирия опустил руку.

— Огонь.

Три мощных залпа раздались практически одновременно, а дальше округа заполнилась запахом пороха и непрерывными звуками очередей пулеметов.

Место, где стоял Музан, скрылось под облаком пыли от мощнейшего взрыва. Кокушибо рванул туда, но его перехватил Танджиро, преградив путь к Прародителю Демонов.

Оба знали, что им не нужно говорить и столкнулись, ведомые разными целями. Один — пройти к Музану и защитить Господина, второй — не дать этого сделать.

Холодные лунные серпы разрезов и обжигающе горячее солнечное пламя столкнулись. Глаза Танджиро были покрыты кровью, в них лопнули капилляры от напряжения, что показывало, что Танджиро уже превзошел свой предел.

Но он был удивительно спокоен. Два мечника сражались меж собой насмерть, глядя друг на друга одинаково холодными глазами.

— Понятно. Ты тоже сумел увидеть это. Прозрачный мир.

Танджиро и правду буквально видел Кокушибо насквозь. Для него любой предмет в мире был прозрачен, как стекло.

Пули со свистом рвали воздух и тело Музана. Танджиро мог видеть это даже сквозь дым. Мощное орудие тяжело ударило выстрелом и Музана разорвало на части картечью.

Музан недооценил орудия и потому не потрудился уйти из-под обстрела до начала атаки. И теперь он не мог регенерировать мускулы, его постоянно шпиговали пулями и картечью.

— Будем молиться, чтобы препрараты Шинобу и Тамаё сделали своё дело… — умоляюще пробормотал Кирия сжимая руки в кулачки до крови.

Зеницу и Гёмей рванули к Кокушибо. Тот, сражаясь с Танджиро, заметил и приближение тех.

"Дыхание луны, ката девятая: Бесконечный пейзаж убывающей луны"

Разрезы понеслись вперед, неся смертельную опасность. Зеницу едва уловимо сменил траекторию движения, лавируя между лезвиями так, будто попросту танцевал под ритм, рывками приближаясь.

"Бой — это просто музыка"

Зеницу полностью освоил в этот момент прием Узуя. Теперь он мог читать движения всего, чего слышал. А слух у него был сверхъестественный.

Кокушибо выполнил круговой размах, заставляя Танджиро отскочить и нацеленный режущей волной на Зеницу, но тут ему в кисть руки прилетела большая бусина, сбивая удар.

Демон перевел взгляд на Гёмея, у которого на шее висели бусины из таких массивных бус.

"Почему я не заметил как он бросал?.. А. Ясно. Он тоже стал видеть Прозрачный Мир. Теперь не дает мне предсказывать его движения, путая свой кровоток."

Удар, второй. Кокушибо, отражая удары Зеницу и Танджиро, пришлось развернуться в бою и после этого ему в шею чуть не прилетело массивное лезвие на цепи Гёмея, от которого тот увернулся… И попал прямо на траекторию движения металлического шара на цепи. Столп Камня воспользовался отвлеченностью Первой Высшей Луны на Зеницу и Танджиро и таким образом подловил его — он ведь понял, как скрывать свои действия от всевидящих глаз Кокушибо.

Металлический шар размозжил голову Высшей Луны, а клинки Зеницу и Танджиро в самом скором времени нарезали Кокушибо на ломтики плоти и раскидали их как можно дальше друг от друга для предотвращения регенерации головы.

Плоть высшего демона стала медленно и неохотно, по чуть-чуть, испепеляться.

"Я проиграл… Мой путь меча, который я оттачивал на протяжении пятисот лет, просто… исчезнет?… Нет… У меня есть наследник… Он… продолжит… мой путь…"

Плоть истлела в пепел.

Кирия облегченно выдохнул, но тут к нему подбежал один из командиров отряда, который отвечал за огнестрельное оружие.

— У нас кончаются патроны из вашей этой стали!

Убуяшики помолчал:

— Сколько точно времени продлиться обстрел?

— Две минуты и еще чуть-чуть!

— По моему знаку прекращайте огонь!

Командир кивнул и убежал обратно передавать указания. Для него это первая встреча с демонами и мечниками и он эту чертовщину запомнит на всю жизнь, а потому даже в уме не жаловался на то, что подчиняется маленькому мальчику. Ибо тот явно шарил в том, что происходит.

Столпы собрались около Кирии — тут был даже Акира, на которого Шинобу с опаской поглядывала. Танджиро аккуратно притащил свою сестру, уложив её в безопасном месте у стенки.

— Как только обстрел закончиться, нам необходимо как можно скорее нанести как можно больший урон Музану. Томиока. Каким образом ты сделал, чтобы твой клинок Ничирин окрасился в алый цвет?

— …Сильно сжал рукоять.

Все уставились на него в недоумении. Томиока вздохнул:

— Возможно, он окрасился в алый цвет из-за тепла, которое выделилось при сильном сжатии и трении.

— Хм… В таком случае клинок можно окрасить в алый и по другому… Томиока, скрести клинки с Танджиро.

Удар двух клинков друг об друга, звон стали — и оба клинка окрасились в ярко-алый цвет, приобретя наибольшую степень смертоносности для демонов. Потому что если солнечный клинок убивает демонов из-за энергии солнца в солнечной стали, то солнечный клинок, окрашенный в алый цвет, попросту убивает демонические клетки, сжигая их. Это воздействие не просто как многократно усиленное солнечное, нет — это действует так же, как и огонь на обычную плоть. Если коснуться таким клинком человека, то тот получит сильнейший ожог от единственного прикосновения, которые никогда не заживет.

Алые клинки смогли пробудить все, кто имел метку. Акира же тоже уже щеголял с алым клинком — но своего собственного производства. Все чувствовали от него что-то не то, не человеческое, но какая разница? Разберутся после уничтожения Музана.

— На позиции.

Хаширо стали максимально близко к Музану, изредка отражая клинками шальные пули или осколки, летящие в них.

Кирия вдохнул воздух и поднял кулак в воздух. Все затаили дыхание.

— Прекратить огонь!

Последняя пуля пронзила плоть Музана и сразу же за этим, практически без какого-либо временного промежутка, в плоть Музана проникли алые клинки.

"Дыхание солнца, ката двенадцатая: Пламенный вальс"

"Дыхание ветра, ката вторая: Когти, очищающие ветер"

"Дыхание воды, ката первая: Рассекающая водная гладь"

"Дыхание камня, ката первая: Извивающаяся гидра"

"Дыхание грома, ката первая: Молниеносный громовой раскат"

"Дыхание насекомого, танец жалящей осы: Истинный взмах"

"Дыхание зверя, клык четвертый: Разрубить на куски"

"Дыхание крови, ката первая: Коготь, расплёскивающий сакэ"

После первого удара никто и не собирался останавливаться и клинки продолжили своё движение, однако, поняв, что дело запахло жареным, от Музана разошлась волна страха. Он ведь достиг практически абсолютного бессмертия! Так почему какие-то восемь мечников ставят его жизнь под угрозу?!

"Я ДОЛЖЕН ВЫЖИТЬ!!!"

Хлопок. Во все сторону разлетелась кровь и куски плоти. Если быть точнее, три тысячи кусков плоти Кибуцуджи Музана. Прародитель демонов взорвал себя, чтобы сбежать. Танджиро сие же мгновение закричал:

— Разрежьте все куски! В одном из них сознание Музана! Упустим его — и всё пропало!

Воздух заполнило чавканье рассекаемой плоти и кровавый пар.

Глава 40. Алый восход

— От лица Кирея-

Н-да. И что я, черт подери, вообще тут делаю? Вылез из-под обломков и посмотрел бой Кокушибо против Танджиро, Зеницу и Гёмея. Танджиро стал силен, очень силен, а Гёмей вообще личность пугающая… Зеницу каким-то образом научился отлично уклоняться, видимо, уроки Узуя не прошли даром.

Пхах, а Узуй-то, тот тип, что в первый раз убил меня, сейчас где-то чилит. Не вижу его. А жаль, было бы отлично поквитаться с ним.