Берег Скелетов - Клайв Касслер

— Ну, этим мы занимаемся с самого утра, — ответил капитан, — так что будьте уверены: никто из моих людей на палубе и носа не покажет.

Они дошли до вершины лестницы. Двери никакой не было, только глухая стена. Зато в потолке находился люк. Ни слова не говоря, Ски полез по вертикальной лестнице.

— Спасибо вам, капитан. Здесь нам придется расстаться, — протянул руку Линк.

— Ах да, конечно. Удачи, — произнес тот и пожал Линку руку.

Ски откинул люк, позволяя яркому солнечному свету заполонить темное пространство под крышей. Затем он вылез на крышу. За ним последовал Линк. Люк с этой стороны никак не закрывался, поэтому им придется время от времени следить за тем, что никто из террористов не оказался у них в тылу.

Крыша рулевой рубки представляла собой ничем не примечательную плоскую стальную поверхность, покрытую белой краской, на которой тенями отражались дымоходная труба и лес всевозможных антенн.

Добравшись до ее края, они бросились плашмя, чтобы снизу никто их не заметил. Отсюда они могли различить Майка и его людей, занявших свои позиции и ожидавших сигнала к наступлению. Неподалеку от них порхал самолетик под управлением Хендерсона.

— «Орегон», это Линк. Мы на месте. Нам понадобится еще пара минут, чтобы взять этих красавчиков на мушку. Оставайтесь на связи.

Расставив винтовки по краю крыши, чтобы иметь возможность стрелять сразу с нескольких ракурсов, и проверив, что каждая заряжена, они начали внимательно разглядывать повстанцев в оптические прицелы, чтобы выяснить, кто из них более всего подходил на роль главаря. Они прекрасно понимали, насколько велика его фигура в сознании африканцев, и без него они окажутся абсолютно беспомощными.

— Черт меня подери, — пробурчал Линк.

— Что такое?

— Одиннадцать утра. А один африканец уже имеет в тени какого-то подростка.

Ски навел винтовку туда, куда указал Линк.

— Вижу. Во дает! Ты знаешь, кто это?

— Это, мой друг, полковник Райф Абала, самый подлый ублюдок на свете. Он дважды нас подставил в той сделке с оружием. Это правая рука Макамбо.

— Сдается мне, больше нет. Иначе сидел бы этот Абала сейчас где-нибудь в уюте и спокойствии по правую руку от Макамбо, — поделился своими соображениями Ски. — Это и есть наша цель номер один, я полагаю?

— Да нет. У меня есть план получше. Хочу посмотреть на выражение его лица, когда мы покажем, кто есть кто на этом нефтекомплексе. Ты готов?

— Да. На моей стороне пирса, похоже, лишь шестеро отчетливо понимают, где они находятся. Остальные и в ус не дуют. Так что начинать можно.

— Тогда взорвем их! «Орегон», мы готовы!

— И мы тоже, — услышал он в наушнике голос Майка.

Ответом с «Орегона» послужило около десяти залпов бортовых пушек. Когда снаряды прошили нефтяной «суп», беспросветной пленкой поблескивавший вокруг них, возникло впечатление, что на воде возникла огненная стена, с одной стороны окружившая пирс на дистанции около десяти ярдов от него.

Пойманных врасплох повстанцев тут же окатило волной грязи и нефтяных комьев. Многие из них попросту озирались по сторонам, не сумев даже скрыться от нефтяного фонтана. Многие бросились по дамбе в сторону берега.

Под прикрытием пушечных залпов, заглушавших их выстрелы, Линк и Ски принялись палить по целям с максимальной скоростью. Один выстрел — один поверженный террорист. Секунд через пять, когда пали все их высокие чины, кроме полковника, солдаты замерли, совершенно дезориентированные происходившим.

Линк и Ски отползли от края крыши. Взглянув в прицел винтовки, Ски увидел, как Абала кричит на своих солдат. Испуганные лица африканцев отчетливо свидетельствовали о том, что его шумная проповедь не имела никакого успеха. Тем временем, воспользовавшись всей этой неразберихой, солдаты Майка осторожно прокладывали себе путь по дамбе позади них.

Затем Линк и Ски, вновь взяв повстанцев на мушку, открыли по ним точечный огонь. Один из солдат, наконец, понял, откуда доносились выстрелы, и посмотрел наверх, на крышу рулевой рубки танкера. Однако только он раскрыл рот, чтобы предупредить об этом своих товарищей, как Ски точным выстрелом из винтовки остудил его прыть.

— Майк, вы в восьми футах от первой засады, — предупредил Малыш.

— Как они расположены? Мой экран опять отказывается работать.

— Знаешь, разбирайся я больше во всех этих боевых действиях, я бы сказал, что они собираются сдаваться. Нет, стоп. Я ошибся. Кажется, один из них все-таки пытается поднять их боевой дух. Нет. Ему крышка. Ски, выстрел на шесть баллов!

— Вообще-то, стрелял я, — отозвался Линк.

— Подумаешь, ошибся. Говорю же, что ни черта не понимаю в ваших боях, — пробурчал Хендерсон. — Зато все они, теперь уж совершенно точно, бросили ружья. Как высоко тянутся! Руки-то вот как мы высоко умеем поднимать!

Увидев, что их товарищи капитулировали, остальные повстанцы незамедлительно последовали их примеру: все, как по команде, сложили винтовки. Только Абала все никак не унимался. Похоже, он не рассчитывал проиграть эту битву. Он орал, словно безумный, размахивая пистолетом. Он схватил за шею одного из подростков, которому не посчастливилось стоять рядом, и пригибал его к земле, видимо, заставляя поднять винтовку. Линк не мог больше смотреть на это и прострелил полковнику ногу, едва он приставил дуло пистолета к голове солдата.

В это время команда Троно, собрав сложенные винтовки, теперь обыскивала каждого повстанца на предмет дополнительного вооружения.

Линк и Ски не торопились уходить с занимаемых позиций на тот случай, если кому-то из террористов в голову взбредет геройствовать.

— Этот последний, — прозвучал в наушниках голос Майка; он стоял около Абалы, который сжимал свою ногу, корчась от боли. — Кто промахнулся?

— А никто не промахивался, сынок, — незамедлительно ответить Линк, — как только этот малый выйдет из больницы, он предстанет перед Макамбо и Сингером и ответит за проваленную операцию по полной.

Через десять минут Линк и Ски уже присоединились к остальным. Линк подошел к полковнику и плюнул в него. Тот находился в полубредовом состоянии и никого уже не различал. Тогда Линк легонько коснулся ботинком его лица, заставляя того взглянуть ему в глаза. Слюна пузырилась у его губ, а лицо мертвенно побледнело под шоколадным цветом кожи.

— Помнишь меня, дружок? — произнес Линк. Глаза Абалы раскрылись в ужасе и удивлении. — Да, да. Устье реки Конго. Неделю или около того назад. Ты, наверное, почему-то подумал, что тебе это так легко сойдет с рук? Нет. Ты жестоко ошибся. — Линк присел. — Никогда, понял? Никогда не связывайся с Корпорацией!

Когда вооруженные силы Анголы, наконец, прибыли на комплекс нефтяных сооружений, «Орегон» со всем своим экипажем, снаряжением, вооружением и солдатами Мозеса Ндебеле, живыми и мертвыми, уже давно скрылся за горизонтом. К этому времени рабочие уже перекрыли нефтяной поток на двух вышках и нефтяном терминале. Обследовав территорию, военные обнаружили восемьдесят шесть тел повстанцев, сложенных около здания администрации. Еще около четырехсот террористов, связанных и до смерти перепуганных, они нашли внутри него. Большинство из них получили ранения различной степени тяжести.

У одного из них, с кровавым обрубком ноги, на шее висела табличка: «Меня зовут Райф Абала. Я полковник, правая рука Самуила Макамбо, возглавляющего Конголезскую Армию Революции. Меня нанял Дэниел Сингер, ранее бывший компаньон Меррика по компании „Меррик и Сингер“, для осуществления этого теракта. Я осознаю, что, если не буду с вами сотрудничать, меня из-под земли достанут люди, которые предотвратили сегодняшний теракт. Желаю хорошего дня».

Глава 29

«Орегон» являл собой настоящее чудо военно-морских сил всего мира. Внешняя его потрепанность и обветшалость была лишь внешней. Более того, над этим изрядно постарался не один десяток инженеров, конструкторов и прочих умелых людей. Но вот ветхость и плачевное состояние «Сидры» никто нарочно не задумывал. Десятки лет бегал этот танкер по волнам Средиземноморья, доставляя нефть покупателям и принося своим хозяевам огромную прибыль. Однако хозяева были достаточно скупы и старались придержать каждую копейку, которую могли сэкономить на своем судне. Едва ли танкер когда-либо стоял на капитальном ремонте. Если что-то ломалось, поломку наспех чинили давно отслужившей свой век деталью, или засмаливали, или заколачивали, или перевязывали, или попросту плевали на нее. Когда сломался механизм по очистке сточных вод, их стали сбрасывать прямо в открытый океан. Система вентиляции едва вызывала слабое перемещение горячего затхлого воздуха в рулевой рубке и прочих надстройках, а не охлаждала его. Туго приходилось поварам в этой ситуации, еда портилась неимоверно быстро.