Всегда в бою - Афанасий Белобородов

Вечером полковник Шиошвили доложил результаты опроса пленных. Выяснилось, что нашу и нашего соседа (6-й гвардейской армии) разведку боем вражеское командование приняло за начало общего наступления и перебросило к переднему краю все тактические резервы 56-й пехотной дивизии, а также часть сил, оборонявшихся на соседних участках фронта.

Командовавший 6-й гвардейской армией Иван Михайлович Чистяков позвонил на мой наблюдательный пункт:

- Как дела?

- В порядке. Васильев вклинился на километр-полтора.

- Ну, я тебя, пожалуй, обгоню. Ручкин{81} сильно пошел.

Перед смежными флангами наших армий сложилась благоприятная обстановка. Противник метался, он дробил свои усилия, перебрасывая резервы вдоль линии фронта - то в полосу соседа, то обратно к нам, в полосу 1-го и 60-го корпусов. В аспекте психологическом это попахивало уже паникой. А ведь мы пока что ввели в бой только несколько рот.

В тактическом отношении разведка боем тоже принесла хорошие плоды. Оборона на стыке флангов 56-й и 252-й немецких пехотных дивизий дала заметную трещину. Теперь наш передний край в полосе 1-го корпуса местами выдвинулся за вторую траншею противника.

Генерал-майор Е. В. Щеглов вносил коррективы в план завтрашнего артнаступления в полосах 306-й и 179-й стрелковых дивизий. Необходимость подавлять огневые средства на захваченном участке, естественно, отпала. Здесь артподготовку решено было начать сразу со второй ее части, которая на военном языке звучит как "сопровождение пехоты огнем при бое в глубине обороны противника".

Однако линия фронта и в ночь на 23 июня не оставалась статичной. Мы решили продолжить разведку боем, введя часть сил штурмовых батальонов. И опять наибольшего успеха добились соединения 1-го корпуса генерала Васильева. 306-я дивизия генерала М. И. Кучерявенко ночной атакой почти полностью прорвала главную полосу вражеской обороны на стыке 56-й и 252-й немецких пехотных дивизий и к утру продвинулась еще на 2-3 км, выйдя к деревне Гороватка.

Несколько улучшил свои позиции и 60-й корпус генерала Люхтикова. 235-я дивизия полковника И. Л. Луцкевича своим левофланговым 732-м полком захватила высоту северо-западнее оборонительного узла Новоселки, Дворище, Чисти. Луцкевич доложил, что взводы химзащиты ждут сигнала для пуска дымовой завесы. Ветер благоприятный - с северо-востока.

Огневой бой, особенно интенсивный на правом фланге, стал несколько стихать лишь на рассвете 23 июня. Федор Федорович Масленников, приговаривая: "Ай да разведчики! Ай да молодцы!", - штрихами наносил на карту положение частей. Клин, вбитый в оборону противника, приблизился с севера к Шумилино - крупному населенному пункту на перекрестке дорог. Одна из них (Витебск - Полоцк) являлась важнейшей вражеской коммуникацией, идущей параллельно линии фронта, другая, не менее важная, перпендикулярная ей, вела от Шумилине на юг, к переправам через Западную Двину. Такое расположение шумилинского узла определяло его значимость и для нас и для противника.

Пауза между успешно завершившейся разведкой боем и началом общего наступления оказалась минимальной. В семь часов утра мощно ударила вся наша артиллерия. Немецкие батареи попытались было ответить, но их огонь редел с каждой минутой. Да и по заявкам, поступавшим от стрелковых частей в контрбатарейную группу (28-я и 37-я гвардейские пушечные бригады), мы убеждались, как вражеская артиллерия все более теряет централизованное управление, даже в низовых звеньях. Попытки сосредоточить огонь трех-четырех батарей были единичными, но и они сразу подавлялись нашей артиллерией. Контрбатарейной борьбой руководил командир 28-й гвардейской пушечной бригады полковник Н. И. Осокин - большой специалист своего дела. Он, как говорится, "дохнуть не давал" фашистским артиллеристам. Мгновенный перенос огня, два-три залпа тяжелых пушек-гаубиц - и очередная батарея противника замолкала.

С НП хорошо просматривался весь семикилометровый участок прорыва. Стена огня и дыма стояла над вражеской обороной. Под низким пологом утренних облаков прошли к Шумилино девятки штурмовиков. Залп реактивных минометов завершил артподготовку.

Дым еще не рассеялся, когда танки и пехота 1-го корпуса двинулись в атаку.

- Противник бежит! - доложил генерал Васильев.

И тут же звонок из 60-го корпуса, от генерала Люхтикова:

Сопротивление фашистов слабое. Ведут огонь только опорные пункты в Новоселках, Дворище, Чисти. Пускаем дымовую завесу. Наблюдайте.

Вижу, как под Белой Дубровкой из окопов 732-го полка 235-й стрелковой дивизии выползает густой дым. Он свивается в клубы, уплотняется и, подгоняемый северо-восточным ветром, ползет над болотом. Черный вал шириной три километра накрывает склоны высоты 67,8, развалины изб в деревнях Дворище и Чисти и, распространяясь на юго-запад, заволакивает опорный пункт в Новоселках.

Противник "ослеплен". Он ведет огонь наугад, в сторону окопов 732-го полка. Но теперь в тех окопах, кроме взвода химзащиты лейтенанта Фролова, никого нет. 732-й полк подполковника С. Н. Кузнецова - в движении. 3-й батальон обходит вражеский узел обороны слева, стрелковые цепи, скрытые дымом, приближаются к восточной околице деревни Дворище. А справа, с запада, так же скрытно пробираются через обширное болото к Новоселкам стрелки двух других батальонов.

К 11 часам утра противник был полностью окружен, а час спустя остатки усиленного артиллерией пехотного батальона 246-й немецкой дивизии в числе 130 человек сдались в плен{82}.

Ликвидировав узел обороны с его опорными пунктами, разобщив фланги 56-й и 246-й немецких дивизий, корпус генерала Люхтикова начал быстро продвигаться на юг. Его передовой отряд - 39-я гвардейская танковая бригада полковника И. П. Калинина с ходу ворвалась в деревню Барсучины, откуда, побросав имущество и документы, поспешно бежал штаб 56-й немецкой дивизии.

Еще более стремительно развивались события на правом фланге ударной группировки. Выйдя на большак Сиротино - Шумилино, 10-я гвардейская танковая бригада полковника Н. В. Волкова прорвалась к Шумилине. Противник, укрепившись на линии железной дороги, оказывал сильное огневое сопротивление. Тогда вперед выдвинулись машины 377-го самоходно-артиллерийского полка. Огонь их тяжелых 152-мм пушек пробил дорогу танкам. Одновременно стрелки 306-й и 179-й дивизий обошли Шумилине с запада и востока.

- Оставляю под Шумилино два полка, - доложил генерал Васильев. - Главные силы корпуса наступают к озеру Мошно.

Решение верное! Противник надеется выиграть время. Надеется сковать нас боем под Шумилине, чтобы успеть закрепиться южнее, в межозерных дефиле. Но мы ему такой возможности не дадим. "Вперед! Только вперед - к Западной Двине. Для ликвидации окруженного противника оставлять минимум сил" - этой мыслью были пронизаны все указания, исходившие в этот день от Военного совета и штаба армии.