Мечтатели - Филип Шелби

С другой стороны посольства гости, сначала испуганные взрывом, теперь охали и ахали, когда фейерверки взрывались над головами. Находясь около посла, Мишель увидела, что он взглянул на часы и пробормотал, что будет черт знает что, если все это не кончится через 20 минут. Казалось, что все происходит самотеком, никакой организации не чувствовалось. Мишель искала глазами Франклина, потом, не видя ни его, ни Гарри, прошла сквозь толпу туда, где они с Франклином наблюдали приготовление фейерверка.

«Как ты могла быть такой дурой? Фейерверк! Как это могло отразиться на нем? Я оставила его с Гарри!»

Борясь с поднимающимся страхом, Мишель помчалась сквозь лабиринт заграждений, ее глаза испытали острую боль, когда она бросилась в едкий дым. Потом, также внезапно как и начался, фейерверк прекратился. Братья Джанелли осторожно двигались сквозь дым, заливая водой участки лужайки со сгоревшей травой. В конце платформы Мишель увидела Франклина на коленях, в руках он крепко держал кувалду, его голова запрокинулась назад, глаза наполнились слезами. Она подбежала к нему, и он повернул свое запачканное сажей лицо к ней.

– Я остановил их! – прошептал он хрипло, – их было сотни, но я их перебил…

Кувалда выпала из его рук, и Франклин повалился, всхлипывая. Мишель обернулась и увидела Гарри, стоящего около нее, его лицо, черное, как и у Франклина, его остекленевшие глаза.

– Что случилось? – спросила она.

– Произошел несчастный случай, – запинаясь, ответил Гарри. – Фейерверки выстрелили по ошибке. Франклин и я стояли около них… А потом он спятил.

– Помоги мне поднять его.

– Разве мы не вызовем доктора?

– Вызовем – позже.

Поддерживая Франклина за плечи, она наполовину вела, наполовину волокла его до стоянки машин. Мишель нашла своего шофера и усадила Франклина на заднее сиденье.

– Мы скоро будем дома, милый, – шептала она. – Все будет хорошо.

Франклин сжал ее руку.

– Я должен вернуться. Что-то надо делать, – он закрыл глаза, борясь с болью. – Делать что-нибудь… Не помню… Не помню…

Мишель осознала, что дверца машины все еще открыта.

– Иди и вызови Денниса Притчарда, – сказала она Гарри, нацарапав два номера – один домашний, другой – госпиталя. Расскажи ему, что случилось, и попроси его встретить нас в Беркли-сквер.

– Что говорить, если кто-нибудь спросит, что случилось?

Мишель бросила на него испепеляющий взгляд.

– Почему бы не сказать правду? Был несчастный случай. Франклин в шоке, и ты везешь его домой.

Мишель хлопнула дверью, обвила руками Франклина, пытаясь решить, что делать дальше. Инстинкт подсказывал: надо везти Франклина домой, где он будет в безопасности.

«Все, ради чего он работал, развалится вечером», – подумала она, вспомнив банкиров.

Мишель посмотрела на мужа. Его дыхание стало поверхностным и прерывистым, кожа была холодной на ощупь. Мишель укутала его одеялом и крепко держала.

В окно машины постучали.

– Притчард едет, – сказал Гарри тихо. – Он везет медсестру, на всякий случай. Потом хочет знать, все ли в порядке с Франклином.

«Надо решать; я могу поехать домой с Франклином, и вся работа, которую он делал, пропадет. Когда это случится, Роза потребует объяснения у меня, и с того времени наша жизнь превратится в ад. Или – я должна сделать то, что не может Франклин. Решай, Мишель!»

Мишель вышла из машины и вплотную подошла к Гарри.

– Я хочу, чтобы ты отвез его домой, – сказала она тихо. – Расскажи Притчарду, что случилось и оставайся с Франклином, пока я не вернусь.

– Ты не поедешь с ним?

– Я не могу объяснить сейчас. Я буду там, как только смогу.

Мишель схватила портфель Франклина, дала инструкции шоферу и поспешила в посольство.

Небольшая группа людей стояла вокруг руин кирпичной платформы, и старший Джанелли громко пересказывал катастрофу шефу протокольного отдела. Мишель обошла их и продолжила свой путь в посольство. Она задержалась около посольского секретаря, который затем провел ее в главный офис.

– Рад слышать, что с вашим мужем все в порядке, – сказал дипломат, поднимаясь на ноги. – Шок, да?

Мишель подарила ему самую обнадеживающую улыбку, на какую была способна.

– Франклин и мистер Тейлор оказались слишком близко около фейерверка. Они поехали домой переодеться.

– Значит, ваш муж не будет присутствовать на собрании, как запланировано?

– Нет, господин посол, но я буду. Глаза дипломата расширились.

– Простите, но вы уверены, что вы хотите сделать это?

– Да, – сказала Мишель твердо. Посол пожал плечами.

– Они ждут в конференц-зале.

Мишель возмутил его снисходительный тон, и она ступала нога в ногу с ним, когда они шли к сверкающим двойным дверям конференц-зала.

«Что я делаю?»

Отступать было уже поздно. Посол распахнул дверь и объявил:

– Джентльмены, – миссис Франклин Джефферсон. Их выражения были – от удивления до слабого любопытства, и изысканность их манер не смогла уменьшить ауру власти, окружавшую их. Эти люди были не просто хранителями больших сумм денег. Они были костяком и движущей силой, которая строила и охраняла империю.

«Да будь они прокляты, – подумала Мишель, злясь на собственный страх. – Они сидели за моим столом, они ели мой хлеб. И пусть выслушают».

Посол сказал несколько слов и вышел из комнаты. На несколько секунд воцарилась жуткая тишина.

– Миссис Джефферсон, – сказал сэр Манфред Смит. – Мы верим, что мистер Джефферсон отделался легким испугом.

– С ним все в порядке, сэр Манфред.

– А вы уполномочены говорить от его имени?

– Да.

Сэр Манфред оглядел своих коллег. Подал ли он им какой-либо знак, Мишель не поняла.

– Очень хорошо, миссис Джефферсон. Вы всецело владеете нашим вниманием.

Гарри Тейлор до этого никогда не испытывал подобного чувства: он был на грани паники. Франклин Джефферсон съежился в углу заднего сидения. Его трясло. Его руки, сжатые в кулаки, были прижаты к вискам. Его горло издавало высокий, пронзительный звук непрекращающейся боли. Гарри не знал, что делать. Сидел неловко на краю сидения, наблюдая за спидометром.

Прошла вечность, прежде чем машина наконец ткнулась в Беркли-сквер. Гарри с облегчением увидел подбежавшую женщину в хрустящей, накрахмаленной форме, за ней следовал, Боже помилуй, очень красивый мужчина, который представился как сэр Деннис Притчард. Гарри наблюдал, как он и его медсестра ввели Франклина в дом, затем медленно последовал за ними.

В библиотеке Гарри налил себе шотландского виски и подождал, пока успокоятся нервы. Даже и после этого его ум был возбужден.

Гарри понимал, что то, чему он был сейчас свидетелем, было доказательством того, что Франклин Джефферсон – очень больной человек. Но как много людей это знает? Мишель. И доктор. Но, конечно, никто другой. Гарри никогда не слышал о том, чтобы Франклин терял контроль над собой.