"Фантастика 2023-157". Компиляция. Книги 1-20 (СИ) - Шелест Михаил Васильевич

— Господи, какой кошмар! И что теперь будет?

— Вливание в Прайд. Морозов, либо распишет свою дочь, либо убьет Бальника. Другого не дано.

— Бррр… — я тут же вспомнил про Невзорова. Ещё очень повезло, что батя Критики более-менее адекватный, иначе тоже посадили бы в тюрьму и всё, конец. Только вот, Бальника по крайней мере любят, а мы друг друга поубивали бы к чертовой матери. Ненавижу Критику и всё, что с ней связано.

— Я не приветствую такой подход. Чувства должны быть настоящими! Но… — Маруся приобняла меня, а её глаза блеснули легкой ноткой яндернутости: — Это выглядит так романтично, когда высшие силы сводят вместе двух влюбленных…

— Давай без вот этих шуток, хорошо? Бальник же у нас, как ветер — никогда не может усидеть на месте. Тюрьма — это явно отвратительный вариант.

— Разве это не круто, жить с влюбленной в тебя молодой, красивой и богатенькой дурочкой? Я думала, что все мужики об этом мечтают…

— Ну, уж точно не такие, как Бальник. Блин… Может быть стоит ему помочь?

— Как? Пойти против Прайда Морозовых? Они, хоть и не самые крутые в городе, но всё же имеют огромное количество акций и производственных предприятий. Связи присутствуют повсюду! А Бальник кто? Сын мелкого звена? Пфф… Не надо мешать чужому счастью! — Маруся ущипнула меня за руку и направилась на кухню: — Идем. А то твой живот скоро пятую симфонию исполнит…

— Я тебя обожаю! — восхищенно произнес я, и побежал за соседкой.

Получена ачивка: «Подхалим 80 уровня»

+200 к горячему ужину

Маруся сегодня исполнила мечту любого мужчины и приготовила пюрешку с котлетками. Я был сражен на повал!

— Блин, повезет кому-то с женой… — вдыхая аромат пищи богов, произнес я.

— Хмф! — Маруся нахмурилась и уперев руки в боки, злобно посмотрела на меня: — Во-первых, ты не помыл руки! А во-вторых… Это что за грязь на парадно-выходных брюках и рубашке? Ох! А ну живо иди переодевайся, поросенок.

— Да, мэм… — обреченно вздохнув, ответил я и попер в ванную, где как раз стояла корзина с грязным бельем. Маруся у нас очень хозяйственная девушка! Хочешь есть — соблюдай правила этикета. Но в целом, такой подход был более, чем правильным.

После двадцати минут жалоб на то, что такие пятна машинка не возьмет, милая соседка отправилась домой, а я сел за рапорт. Нужно было написать всё до мельчайших подробностей, но часто в конце предложений случайно вылезало «Дунаевская — сука». Нет, она просто делает свою работу, и в целом, ничего особо не решает… Но всё равно очень дико раздражает! Не хочу с ней завтра разговаривать.

Увы, из-за перемешавшихся мыслей текст шёл плохо, и я не заметил, как на часах высветилось четыре часа ночи. Поняв, что дело дрянь, я быстренько дописал абзац про то, как спас молодчика от самоликвидации, и поставив жирную точку, перенес документ на флешку. Всё! Теперь можно немного поспать…

Только я хотел отцепить протез, как в дверь начали неистово ломиться. Причем слышалось всё это так, словно таинственный гость пытался пробить пластик и сталь насквозь!

— Кто-то потерял страх… — раздраженно произнес я, и направился встречать эту загадочную и крайне оборзевшую личность. Включив монитор от звонка, я сперва не поверил своим глазам. За дверью стояла Критика и злобно пырилась в камеру.

— Ничего не понятно, но очень интерес… — как только я щелкнул замком, мощный удар оттолкнул меня на несколько шагов назад: — ЭЙ! Какого хрена?!

— Какого хрена?! — прорычала Критика, и захлопнув дверь, сжала кулаки, словно готовилась к драке: — А я тебе сейчас скажу, какого хрена… Тебе звезда, Сэведж!

— Я погляжу, давно по моське не прилетало, а? Мисс Терминатор! У тебя тридцать секунд, чтобы объяснить своё поведение, иначе спущу с лестницы к чертовой матери!

— ЧТО?! Ах ты мразь!!! — Критика больше походила на разъяренную кошку в брачный период, которая с визгом побежала на противника. Увернувшись от умелого хука с правой, я заблокировал острый удар коленом и перехватил левый кулак. Однако, Госпожа Невзорова была не из робкого десятка, поэтому нанесла мне мощнейший удар в печень с правой… Нет, я, конечно, и раньше получал неслабо. Но пробивать печень — это уже совсем наглость! В голове слегка всё поплыло от боли. Конечно, ведь в боях без правил «нокаут в печень» считается самым страшным и болезненным…

— Как же я тебя ненавижу… — прохрипел я, схватив Критику, и перекрутив её руки, прижал к себе: — Тебе шею свернуть быстро или медленно?

— Пошёл нахрен! — размахнувшись, она долбанула затылком мне в нос.

— Хорошо. — огрев дикую кошку по шее, я дождался пока она плавно обмякнет и повиснет у меня на руках: — Совсем с дуба рухнула…

Нет, я, конечно, понимаю, что девушки — это крайне непредсказуемые существа. Но это уже перебор! Сперва она любит тебя до гроба, а потом может с равнодушием наблюдать за тем, как ты подыхаешь в канаве… Правда, у нас с Критикой так и не сложился первый пример. В прочем-то не сильно и хотелось.

Положив бойкую любительницу ночных драк на кровать, я связал ей руки и ноги пластиковыми хомутами, а затем сходил на кухню, налил в стакан воды и вернулся в спальню. Гостью ждало не самое приятное пробуждение.

— Вставай! — строго приказал я, и вылил содержимое стакана ей на лицо.

— АГГГРРХХХ!!!! ПХХХХ… — тут же открыв глаза, Критика начала неистово вырываться: — Паразит! Как ты смеешь?!

— Итак, давай начнем с самого начала. Окей? — я решил, что самым правильным вариантом будет спокойно сесть и разобраться в деталях: — Ты прилетаешь ко мне домой в четыре часа ночи, и начинаешь драку. Удары в печень, как известно — самые больные. И тебе это хорошо известно. Удар в нос затылком — ещё более мерзкая хрень. Ты обзываешься и говоришь мне гадости. Это, конечно, нормально для тебя… Но если днем в твоем голосе чувствуется холодное равнодушие, то сейчас это была дикая ярость. Ты могла убить меня.

— Не убила бы… — фыркнула она: — Но сильно покалечила! Ты заслужил.

— Допустим. А теперь рассказывай свою историю.

— А ты не знаешь? Играешь в невинность, Сэведж? Я вырву твоё сердце зубами! — прорычала Критика и вновь начала вырываться.

— Хорошо. Не хочешь по-хорошему — будет по-плохому. — я расстегнул молнии на её сапожках, и начал медленно снимать их: — Есть методы, которые работают на протяжении нескольких тысяч лет!

— Что… Что ты хочешь делать?!

— Да так… Ничего особенного. — холодно ответил я, и выдрав из пододеяльника нитку, сложил её в несколько раз, а затем начал своё грязное дело. Щекотка стоп — один из самых жестоких и действенных методов пыток. Когда узнал — ржал. А потом посмотрел несколько видеозаписей о том, как перьями пытали насмерть, и стало уже не так забавно…

— НЕЕЕЕТ!!! НЕТ!!! НЕ НАДО!!! — завизжала Критика, но было уже поздно: — Ублюдок… Ненавижу тебя!!! Это ты… Ты всё подстроил!!! Мой отец пришёл ко мне час назад и сказал, что ты дал согласие… АААА!!!! ХВАТИТ!!!

— Согласие на что?! — я увеличил амплитуду движений, и девушка начала выгибаться, как змея.

— Ма-а-арк… — откуда-то со спины повеяло холодом. Обернувшись, я с ужасом увидел жуткого призрака юной девочки. Она была одета в розовую ночнушку, а в руке держала плюшевого медведя. Из глаз девочки-призрака сочился ужас и мрак… Маруся вышла на свет лампы и маниакально улыбнулась: — А что это вы тут делаете поздно ночью?

— Ну… Как бы… — я посмотрел на раскрасневшуюся и связанную Критику, что тяжело дышала, потом на свой инструмент пыток, и осознание быстро пришло ко мне: — Я пытаю её!

— Теперь это так называется? — Маруся посадила плюшевого медведя на тумбочку, и хрустнув пальцами, пошла в атаку: — ЧЕРТОВ ИЗВРАЩЕНЕЦ!!!

Получена ачивка: «50 оттенков Сэведжа»

+ 20 000 к палёному ужину