Монах. Предназначение - Евгений Щепетнов

В кабинете воцарилось молчание. Оба чиновника силовых структур потупили глаза

Андрей сел на место и заставил себя успокоиться. Потом глухо сказал:

– Доложите, каково состояние дел на полдень сегодняшнего дня. Кто доложит?

– Я – Фёдор поднялся с места, но Андрей махнул рукой – сиди, мол.

– На сегодня мятежом охвачены три района города. Само собой – портовый район – это главный рассадник шпаны. Тем более, что они недовольны истреблением своих главарей. Ремесленный район – эти недовольны всегда и всем. Например – тем, что выросли цены на хлеб. Подстрекатели из числа наймитов аристократии бегают и кричат, что виноват император и нужно его поменять. На улицы вышли студенты.

– Этим-то какого демона надо? – не выдержал Андрей – учатся себе, и учатся! Эти-то чего полезли?

– Студенты всегда были склонны к бунтам – вмешался Зиртон – как только где-то пахнет погромами, беспорядками, бунтом – значит жди, что там будут студенты. Я не знаю – почему так. Большинство из них дети из обеспеченных семей, им-то чего надо? Бунт ради бунта, я полагаю. Студенчество всегда было той массой, кинув в которую дрожжи бунта можно было получить хороший мятеж. Главное – подкинуть им идею. Например – идею справедливости. Мол – это неправедный император, он не даёт хлеба, потому несчастные ремесленники голодают. А студенты, как прогрессивные люди, должны содействовать устранению несправедливости. Лидеры, конечно, все куплены, но основная масса просто тупо идёт и громит – по идейным соображениям или из любви к беспорядкам, как я уже сказал.

– Идиоты – бросил император, сидящий в стороне, возле окна – я, что ли, этот хлеб выращиваю? Сказано же – Гортас перекрыл дороги на юг, нет поставок зерна – причём тут император?

– Ну…вроде как, вы виноваты в том, что Гортас теперь идёт войной на столицу – Зиртон встал со своего места – говорят, мол, если придёт новый император – войны не будет.

– Дебилы! Гортас как раз и собирается сесть на трон, кто бы его не занимал в настоящее время! Сиди, Зиртон…не до церемоний.

– Им доказать невозможно, ваше величество… – пожал плечами Зиртон, и сел на место – извини, Фёдор, я тебя прервал.

Фёдор кивнул головой, и продолжил:

– Итак, на улицы вышло тысяч тридцать людей. Часть их вооружена, но большинство с голыми руками, или же подручными средствами – типа кирпичей и палок. Большая часть движется к дворцу императора, похоже, что намечается штурм. Я вывел гвардейцев из казарм, окружил дворец. Вывел пехотные части. Тоже сейчас у дворца. Ждут приказаний. Что будем делать?

– У кого спрашиваешь? У меня? – усмехнулся император – вон, советник, пусть и советует – как прикрыть мою императорскую задницу.

– Кто зачинщики бунта, узнали? – нахмурился Андрей.

– Да кто…Хеарт, двоюродный брат императора, Шамор – бывший командир корпуса гвардейцев, ну и ещё несколько родовитых аристократов.

– А чего я здесь не вижу Главного Бургомистра? – осмотрев присутствующих спросил Андрей.

– Сбежал он, на север, в своё поместье, как только жареным запахло – усмехнулся Зиртон.

– Так – чего священники вышли из подчинения, святые отцы? Им-то чего надо?

– Боятся что их уберут со своих мест. Мы начали чистку рядов Церкви, освобождаясь от нарушителей церковного закона, от пьяниц, растлителей и распутников. Вот они и взбунтовались – прогудел Акодим

– А я говорил – что надо поводить реформу мягче, не рубить сплеча – яростно выкрикнул Патриарх – и чего теперь делать? Они подзуживают толпу, и если мы не справимся – висеть нам на столбах!

– Ну что сказать – все мы виноваты – Зиртон встал, и упёрся руками в столешницу красного дерева – что будем делать? Давайте решать. В одном я уверен – без большой крови это не обойдётся. Почему проморгали? Не успели, господин советник. Повыгоняли большую часть мздоимцев, подлецов, провели большую чистку в рядах стражи, корпуса следователей – все, кто запятнал себя недостойным поведением – вылетели с треском. Теперь они в рядах мятежников, подстрекатели и активные участники бунта. Эти-то понятно чего бунтуют – надеются на возврат к прошлому, хотят снова занять тёплые места.

– У меня так же – хмуро буркнул Акодим – повыгоняли инквизиторов, теперь они у бунтовщиков. У меня сложилось такое мнение, что нельзя быть добренькими. Надо было укоротить на голову и тех же инквизиторов, и стражников, которые вместо своей непосредственной работы занимались поборами, вымогательствами и грабежами, фактически превратившись в тех, от кого они были обязаны защитить народ – в бандитов. Мы все виноваты в мягкотелости, в нерешительности. Теперь пожинаем плоды.

– До-лой! До-лой! До-лой! – толпа бесновалась за воротами императорского дворца, являющегося по сути небольшой крепостью. Андрей приказал, чтобы гвардейцы ушли со стен, так как из толпы летели стрелы, болты и камни. Стена была высокой, метров пять высотой, так что без лестниц или брёвен влезть на стену бунтовщики не могли.

У стен собралось тысяч пять разъярённого народа. Со слов разведчиков – основная масса бунтовщиков занималась погромами в купеческом квартале, уничтожая лавки и растаскивая хозяйское добро. Там шёл бой – многие из купцов были людьми прошедшими огни и воды, так что без борьбы своё имущество отдавать не собирались. Они отчаянно дрались и в поединках погибло уже несколько сотен человек с обеих сторон. Как сказал разведчик – купцы молят о помощи, им до ночи не продержаться.

– Ну что, готовы? – хмуро спросил Андрей – после того, как ворота откроются – действуем так, как решили. И никаких промедлений и нерешительности. Иначе страна погрузится в хаос, и будет гораздо больше смертей, чем сейчас.

– Ох, как мне это всё не нравится – пробормотал Фёдор, и крикнул:

– Гвардейцы! Сегодня вы должны защитить ваших императора и императрицу с будущим наследником престола! На вас вся надежда, не подведите! Как только откроются ворота и в них ворвутся бунтовщики – открывайте огонь. Потом выходим на дворцовую площадь и начинаем оттеснять мятежников к купеческому кварталу и в порт. Стреляйте во всех, кто идёт с оружием в руках, или же совершит акт агрессии по отношению к вам – например – бросит камень или попытается ударить! Мирных жителей не трогать, за грабёж– виселица! Подразделения действуют самостоятельно, задачи командирам поставлены! С Богом, солдаты!

– Они притащили лестницы – подбежал запыхавшийся гвардеец – сейчас начнут штурм!

– Открыть ворота! – твёрдым голосом приказал Фёдор

Стальные ворота с медными накладками, начищенными кирпичом и сияющими в свете лучей послеобеденного солнца, медленно поползли вверх, влекомые системой цепей и блоков. В эти ворота спокойно могли въехать сразу четыре экипажа в ряд, и даже не зацепить друг друга. Эта стальная махина весила не менее пятнадцати тонн, и для её поднятия нужна была сложная система блоков, вОротов и несколько сильных мужчин, для активации механизма.