Танар. Тёмное начало - Екатерина Герц

в предвкушении потёр ладони, сверкнув перстнями, и подался вперёд, усаживаясь поудобнее и не жалея ткань дорогой накидки, укрывающей лучшие аскадэрские доспехи. Они не пропускали ни лезвия мечей, ни пули.

— Моё решение не вмешиваться остаётся неизменным! — покачал головой танар.

— Уверен? — с лёгким разочарованием уточнил мужчина. — Мне бы не помешала твоя поддержка. Я всё ещё убеждён, что победа будет за мной, но позиции моих войск несколько подпортила… одна неприятность. Тамара, которая долго была моей правой рукой, дезертировала. Просто исчезла, испугавшись даже оставить хоть какие-то пояснения. Её бегство лишило клан Колдэр своего лидера и уверенности. Иначе осада Шермана началась бы ещё раньше.

— Тамара никогда не обладала ни чувством долга, ни патриотизмом. Она верна только самой себе, иначе уже давно привела бы меня к тебе! Нужно тщательнее присматриваться к тем, кому доверяешь, отец!

Лишь одно-единственное обращение «отец» заставило Фредерика закрыть глаза на проявленную дерзость. Ещё в первую встречу с сыном он понял, что общаться с ним будет непросто. Этот острый язык невозможно заставить держать за зубами даже под угрозой самых страшных пыток. Но особенное слово заставило дрогнуть что-то внутри, хотя Фредерик никогда раньше не считал себя излишне сентиментальным. И все его дочери вызывают больше раздражения, чем гордости.

«Но этот малец особенный…».

— Тогда чего ты хочешь? — напрямую спросил император. Ему было интересно, что тот скажет.

Влад выглянул в окно, словно сомневался в собственном решении. На юном лице впервые промелькнуло сомнение. Лишь на долю секунды.

— Я устал страдать бездельем, не имея долгосрочных целей! — ответил юнец с явным безразличием. — Устал ничего не иметь, обладая такой силой и ценными знаниями. И устал быть всегда один. Ты готов предложить мне трон, отец, но я прежде всего хочу обрести семью.

— Семья у тебя уже есть, Влад! И скоро ты с ними встретишься. Как только мы выиграем войну.

Влад кивнул, но его истинные чувства оставались для Фредерика загадкой. Ему казалось, что он его уже разгадал, но этот разговор перечеркнул все прошлые выводы. Влад действительно умеет удивлять!

А Влад думал лишь о том, что для него это будет началом чего-то нового. Ему всё так же было плевать на весь свой род. И он был готов променять всё это на единственного человека, который любит его по-настоящему. И которого он сам любит. Только её.

Влад долго думал над словами Виолетты и прокручивал в голове ту ночь, которую они провели в Таруве. Пока не пришёл к выводу, что она никогда не будет чувствовать себя спокойно рядом с ним. Всегда будет бояться, что он совершит какое-нибудь зло. Иногда нужно учиться отпускать. А то, что он сидит тут сейчас — попытка бегства от одиночества. Если стать наследником Аскадэра является его предназначением — так тому и быть. Но император Фредерик не знал истинной причины его покорности. И никогда не узнает.

— Делай, что должен, я не буду вмешиваться! — сухо отозвался Влад. — Я не хочу помогать тебе порабощать место, которое было моим домом много лет. Но и препятствовать не собираюсь. У меня осталась последняя цель — Верховный наставник клана Шаонэ. Он мне нужен живым. Остальное меня мало волнует.

— Можешь забирать, он для меня не более, чем простая вошь! — легко согласился Фредерик, изучая сына проницательным взором. — Все, кто причинил тебе зло, должны быть наказаны. Я планировал устроить показательные казни, когда всё закончится. Такая судьба ждёт всю королевскую семью и их приближённых. Но ты можешь лично расправиться с Верховным наставником шаонцев. Это будет неплохим началом, чтобы заявить о себе народу Гамильдтона.

— Я не хочу ждать — я убью его как только увижу! — в голосе мальчишки прозвучала холодная ярость.

— Разве ты не хочешь дать ему увидеть, как падёт то, что ему дорого? — не сдавался император, не скупаясь на красочные описания. — Пусть узрит своё поражение перед тем, как будет кормить червей. Чем амбициознее и целеустремлённее человек, тем тяжелее ему воспринимать поражение. Кроме того, ты покажешь свою силу так, как должно показывать настоящему правителю. Нет чести в том, чтобы губить напропалую непричастных, но важно уметь правильно расправляться со своими врагами. И это должны увидеть те, кто третировал тебя!

Влад немного помолчал, размышляя над его словами. Но Фредерик уже заранее предвидел его ответ. Его глаза победно заблестели, как перстни на пальцах.

— Возможно, ты прав, отец, но я ждал и так слишком долго! — покачал головой юный танар.

— Если не хочешь ждать долго — помоги выиграть эту войну! Пусть падёт столица!

— Я уже сказал, что не стану!

— Тогда у нас нет другого выбора. В умении ждать заключается сила, и однажды ты это поймёшь.

— Я не стану помогать уничтожать мой дом, — повторил Влад, явно подводя к чему-то, — но могу помочь тебе обрести достаточную силу, чтобы осилить это самостоятельно!

Глаза мужчины подозрительно сощурились:

— О чём идёт речь?

Влад откинулся к стене, явно наслаждаясь своим превосходством. Он до сих пор не мог привыкнуть к тому, что теперь знает больше, чем многие другие.

— Об источнике магии! — с чувством ответил юноша.

Император не мог поверить собственной удаче. Он нетерпеливо облизнул пересохшие губы.

— Где он?

— Я покажу!

Фредерик задумчиво покосился на окно, за которым мелькали однообразные виды.

— Я не могу оставить свою армию! — неуверенно произнёс он. — Они и так потеряли своего лидера, и теперь я несу ответственность за все дальнейшие действия.

— Мы присоединимся к ним позже! — ничуть не смутился юнец. — Пойдём прямо сейчас. Это не займёт много времени.

Фредерик размышлял ещё минуту прежде, чем согласиться. Он был готов доверить мальчишке свою жизнь. Если тот попытается что-то сделать, то так тому и быть. Но что-то подсказывало мужчине, что Влад не станет обманывать. Если он считает, что какой-то источник способен сделать Фредерика достаточно сильным для того, чтобы скорее завершить войну, то это обязательно стоит проверить.

Император передал распоряжения главному генералу, которого назначил на место Тамары: продолжать держать курс на Шерман. А потом посмотрел на сына, давая безмолвное согласие на перемещение.

Влад молча протянул руку и коснулся плеча Фредерика. Через мгновение оба растворились в чёрной дымке. Карета продолжала ехать пустой.

[1] эрлье — переводится как наглец с архьянлее (язык северян).

Глава сорок вторая

Долгие дни спустя, Гамильдтон, границы Шермана.

Огромная стена, отделяющая Шерман от остального мира, поражала своей прочностью. Не такая впечатляющая, как Великая стена на Трёх островах, но достаточно надёжная, чтобы удерживать снаружи огромную армию.

Уже издалека Виолетта смогла определить,