Участник поисков - Борис Иванов

— Нечестно играете, мастер! — жестко возразил он. — Я же вас проверить не могу. Так какого же черта!

Ким молчал, просто рассматривая собеседника так, как, бывает, рассматривают люди портреты прошлых веков.

«А в самом деле — я играю честно?» — нацарапал Ким в книжке.

— Понимаете, Тенгиз, — наконец произнес он. — Мне от вас нужны не улики. Мне от вас нужен намек. Не более того.

Тенгиз отвел взгляд. Отбарабанил по столу короткую дробь своими сильными, поросшими темной шерстью пальцами, поморщился и наконец бросил:

— Ну ладно, мастер, считайте, что ничего я вам не говорил. Суньтесь в казино «Белфаст», а там Гарри Винчестером поинтересуйтесь. Все. Я вам ничего не говорил, а вы ничего не слышали. И вообще, это к делу никакого отношения не имеет. Что еще?

— Да в общем-то ничего, — пожал плечами Ким, занося в книжку еще две содержательные строчки. — Разве что вот, примите привет от Аркадия.

— От Думштейна, что ли?

— Да, — подтвердил Ким, поднимаясь на ноги. — Жив-здо-ров... Так что...

— Так вы говорили с ним?

Тенгиз и не думал вставать, а наоборот — вцепился в кресло:

— Вот что, мастер, если вы с ним говорили или говорить собираетесь, в уме держите вот что: Думштейн — псих! Законченный псих. Он на андроидах поведенный! И ни в коем случае всего, что он вам наболтает, вы в ум не берите. Ни за что и никогда. Псих, говорю. Законченный псих!

— Хорошо, — ответил Ким.

И для большей убедительности записал: «ПСИХ. ЗАКОНЧЕННЫЙ».

— Я буду об этом помнить, — заверил он Тенгиза. Тот направил на Агента указующий перст:

— Тогда помните еще и вот о чем... Вы влезаете в дело весьма и весьма двусмысленное. Все, что связано с проблемами андроидов, может обернуться по-разному. Я не верю в то, что они — существа злокозненные. Просто... Просто, если все эти игры приведут к тому, что андроидов уравняют в правах с людьми, то может получиться нехорошая ситуация. Ведь мы просто молчим про то, что андроиды не просто не хуже людей, а лучше них по очень многим показателям. И ничего не будет удивительного, если уже после нескольких лет такого равноправия на всех командных постах в Колонии окажутся именно андроиды. Неудивительно будет, если они даже вообразят себя высшей расой — у них для этого полно оснований... Так что... Может, пусть лучше уж остаются тем, что они есть сейчас, — Куклами Судьбы?

— Вы думаете, дело обстоит настолько серьезно? — пожал плечами Ким.

— Во всяком случае, я так считаю, — вздохнул Тенгиз. — И считаю необходимым доводить это свое мнение до сведения тех, кто соприкасается с подобными вещами. Но люди одержимы гордыней и не хотят верить в то, что могут проиграть в честном соревновании творениям собственных рук.

— Если мне станет известно что-то связанное с этим, — сказал Ким, поднимаясь с сиденья, — я попробую проконсультироваться с вами. Вы не будете возражать?

— Если вы позаботитесь притащить со свободы пару дисков с последними новинками Сети, то можете рассчитывать на самое к себе хорошее отношение с моей стороны. До встречи. И будьте осторожны, мастер. Да вот, впрочем, по вашу душу уже и пришли.

В дверях комнаты отдыха и впрямь возник привычно хмурый господин Дерини. Ким шагнул ему навстречу, всем своим видом давая понять, что закончил свои дела и до крайности благодарен господину заместителю директора.

Тюремный чиновник вяло улыбнулся.

— Рад, что смог оказаться вам полезен, мастер. Но попрошу вас на минуту заглянуть в мой кабинет. Там вас ждет человек, который специально заехал сюда за вами.

В таком предложении, сделанном в стенах казенного дома, мог крыться любой подвох. Ким вздохнул с облегчением, когда за дверьми кабинета господина заместителя навстречу ему из-за стола поднялся его вчерашний знакомец — окружной комиссар Морзе.

— Здравствуйте, мастер... — хмуро произнес он. — С трудом нашел вас. Надеюсь, вы не откажетесь проехать со мной в комиссариат. Там вас ждут двое офицеров. Как говорится, из «компетентных органов». Более компетентных, чем городская полиция. У них есть к вам вопросы...

Ким только пожал плечами в знак согласия. Ссориться со здешними силовиками ему было вовсе не с руки. Он молча проследовал за комиссаром через вереницу лязгающих дверей и, выйдя наконец на свет божий, поспешил отправить «пульчинеллу» на ее привычную стоянку близ офиса агентства «Ким», а сам занял место на сиденье служебного «форда» справа от комиссара.

Всю дорогу до комиссариата они промолчали. Разве что обменялись парой вялых замечаний о погоде и злонравии местного Ти-Ви. В кабинете Морзе скромно — за боковым столиком — их ждали двое: огромных размеров тип в затемненных очках — массивных, с претензией на антикварное происхождение. Тип был облачен в мундир с погонами подполковника. Вторым жаждущим задать свои вопросы Агенту был невысокий рыжеватый штатский, ничем, ровным счетом, не отличающийся от любого из мириадов клерков, заполняющих в начале и конце рабочего дня деловые кварталы любого крупного города Федерации.

— Подполковник Баррон, — представился военный. — Планетарная контрразведка.

— Следователь Клецки, — назвал себя штатский. — Федеральное управление расследований.

— Оставляю мастера Яснова в вашем распоряжении, — угрюмо уведомил своих гостей комиссар. — У меня дела...

— Я готов ответить на ваши вопросы, господа... — сухо произнес Ким.

— Садитесь, садитесь... — с чуть излишней ласковостью в голосе распорядился подполковник, указывая крепко сбитой дланью, где именно следует занять место мастеру Агенту.

Федеральный следователь, неопределенно улыбаясь, раскладывал перед собой какие-то не слишком многочисленные распечатки. Потом, поняв по наступившей паузе, что теперь его выход, поднял взгляд на присевшего наконец в кресло Кима.

— Скажите... — начал он предельно вежливо. — Скажите, почему вы направили в информсеть региональной полиции запрос, касающийся мисс Элен Каманеры — уроженки здешних мест? С чем связан ваш интерес к этой персоне? Вас не затруднит ответить на этот вопрос?

«Вот так, — сказал себе Ким, — а ты-то уж решил, что бедная маленькая Каманера никому не интересна на этой планетке... А оказывается, ее имя внесено в список ключевых слов, которые, промелькнув в сетях коммуникаций, мгновенно ставят на уши здешнюю госбезопасность».

— Не затруднит, — пожал он плечами — Я просто пытался установить истинную личность моей клиентки. У меня возникли подозрения, что она называет себя чужим именем.

Интересоваться тем, каким образом содержание конфиденциального запроса, поступившего в информсеть, стало известно сразу двум силовым структурам Федерации, было бы в сложившейся ситуации просто дурным тоном.