Грани Нижнего Мира - Олег Авраменко

— Несомненно, мы находимся вот здесь, — говорила она, имея в виду местность Основы по ту сторону Завесы. — Не знаю, насколько это точно, но, судя по тому, что похитительница не вернулась обратно, Сандра недалеко отсюда.

— Или, — предположил Гуннар, — сразу при выходе на Основу они попали в какую-то переделку.

— Да, возможно. — Принцесса взглянула на свои наручные часы, задумчиво наморщила лоб и принялась считать вслух: — Когда мы расстались с Ларссоном, там у него шёл третий час пополуночи. Восточную Сибирь и Западную Европу, если не ошибаюсь, разделяет шесть часовых поясов… или даже семь, точно не знаю. Надо бы посмотреть в атлас… Ай, ладно, будем считать, что шесть. На дорогу сюда мы потратили без малого три часа, итого получается, что сейчас на Корсике одиннадцать вечера. Ну, может, полдвенадцатого… — Она посмотрела на своих спутников. — Что будем делать, друзья? Нам лучше всего появиться на Основе поздно вечером, как вот сейчас, или ранним утром. В светлое время суток наша не совсем обычная для Земли одежда будет привлекать к себе всеобщее внимание — особенно твоя, Марк. Я уже не говорю о том, что средь бела дня мы сильно рискуем попасть на глаза людей в момент своего прибытия. А глубокой ночью мы будем казаться подозрительными просто потому, что в такое время все нормальные люди спят. Сейчас мы все устали, так что я предлагаю подождать до утра, а пока немного отдохнуть и подкрепиться.

Беатриса нерешительно покачала головой, искоса поглядывая на брата. Марк понял, что слова принцессы об усталости прежде всего относятся к нему, и сказал:

— Я не хочу отдыхать, госпожа. То есть, конечно, хочу, но вряд ли смогу заснуть. Лучше пойти прямо сейчас.

— Присоединяюсь, — сказал Гуннар.

— Я тоже, — тотчас отозвалась Беатриса.

— А я кушать хочу, — капризно заявил Леопольд, уже превращённый в кота. — И киски проголодались.

Принцесса Инга опустилась на корточки и открыла сумку с продуктами.

— Ты прав, Леопольдик, нам всем не помешает перекусить.

— Я буду только фрукты, — сказал Марк, не желая притрагиваться к пище, взятой из дома врага.

В итоге получилось, что всё мясо досталось котам, а люди удовольствовались бананами, апельсинами и другими тропическими фруктами, сорванными по дороге. Поев, они на скорую руку привели себя в порядок, чтобы не выглядеть вконец растрёпанными, а Гуннару и Марку принцесса посоветовала отцепить от пояса оружие — меч и кинжал — и оставить его здесь.

— Клинки на Основе ещё больший архаизм, чем верховые лошади, — объяснила она. — А что касается защиты, то у нас есть более верное средство — магия.

Марк без всякого сожаления расстался с кинжалом, который, как и меч, оставленный возле ведьминой избушки, был позаимствован им из арсенала МакГрегора. Гуннар же пытался протестовать, но принцесса заявила, что не пропустит его сквозь Завесу с мечом, и он был вынужден подчиниться.

На Основу они перешли без всяких приключений. Местность, куда они попали, была безлюдной; с одной стороны начинался пологий горный склон, с другой раскинулась широкая долина, в противоположном конце которой горели какие-то огни.

— Маловато для города, — сказала принцесса, глядя в сторону огней. — Скорее, там небольшое селение. След идёт туда, Беатриса?

— Да, госпожа, в том направлении. Но я вижу недалеко, лишь шагов на десять.

— Что ж, веди нас.

След действительно шёл к огням. Они пересекли долину без нежелательных встреч с любопытствующими местными жителями, если не считать двух молодых людей, парня и девушки, которые, впрочем, были настолько поглощены друг другом, что наверняка не заметили компанию странных прохожих с котами на руках.

Источником огней оказались несколько красивых двух и трёхэтажных домов с просторными усадьбами, расположенными на берегу небольшого озера.

— Так я и думала, — тихо молвила принцесса. — Судя по всему, это загородные виллы местного истеблишмента.

Марк прежде никогда не слышал слова «истеблишмент», однако решил, что оно обозначает здешнюю знать или является синонимом выражения «уважаемые граждане города». В доме, похожем на эти виллы, но с куда более обширной усадьбой, жила на Грани Нолан семья Марка и Беатрисы.

Леопольд определённо собирался высказать на сей счёт своё просвещённое мнение, но едва он подал голос, как принцесса бесцеремонно зажала ему рот рукой и строго проговорила:

— Если ещё хоть пикнешь, я тебя усыплю. Без предупреждения. Так и знай.

Кот понял, что она не шутит, и притих.

В конце концов след похитительницы привёл их к самой крайней усадьбе, обнесённой высокой, почти в два человеческих роста, каменной стеной. Беатриса подступила к стене вплотную, прикоснулась ладонью к шероховатому камню и шёпотом сказала:

— Вот здесь она прошла. Я чувствую след с той стороны. Очень-очень слабо — но чувствую.

Принцесса пристально всмотрелась в стену. Марк почувствовал, что она воздействует на неё какими-то сложными чарами.

— Там что-то вроде сада или парка. Людей вроде не чувствую… Подождите меня здесь, друзья.

Она крепче прижала к себе Леопольда, шагнула вперёд и исчезла в стене. Через несколько секунд послышался её мысленный голос:

«Можете проходить, я держу стену открытой.»

Беатриса пошла первой, за ней — Гуннар, а Марк был последним. Он инстинктивно зажмурился и внутренне весь сжался, ожидая, что сейчас расшибёт о стену лоб, но вместо этого ощутил лишь слабое, почти незаметное сопротивление и в следующий момент уже оказался по другую сторону стены, перед ровным рядом невысоких деревьев, усыпанных, словно комьями снега, пышным белым цветом.

«Будем говорить мысленно,» — сказала принцесса. — «Вы хорошо меня слышите, ребятки?»

«Да, госпожа,» — хором ответили Марк с сестрой.

«Вот и чудесно. Беатриса, куда пошла похитительница?»

«Между вот этими деревьями,» — она указала пальцем. — «В глубину сада.»

«Ладно, пошли.»

Сад был большой и занимал добрую половину усадьбы. Сквозь него в разных направления было проложено несколько узких гравиевых дорожек, которые сходились в центре, где стояла маленькая беседка. Как свидетельствовали следы, похитительница вышла на диагональную дорожку и направилась в угол сада.

«А вот в этом месте,» — рассказывала Беатриса, когда они добрались до решётчатой ограды, отделявшей сад от остальной усадьбы, — «она свернула под деревья и стала наблюдать за домом. Здесь она была долго, может, несколько часов, а потом…»

Вдруг Беатриса умолкла и прикоснулась ладонью ко лбу. Марк обеспокоенно посмотрел на сестру. Даже в призрачном лунном свете было видно, что она сильно побледнела.