Воспоминания старого шамана. Путь волка - Хамархан Александр

Познание огненной стихии

Милхай подустал немного, – сказывался возраст. Он разогнулся и хотел продолжить, но Степан его остановил.

– Батя, тут немного остается, вы бы, с Колей, пошли в тенек и отдохнули, а то жарко ему, – вон весь красный. А я пока закончу.

– Нет, папа, мне не жарко!

– Сходите, отдохните! – настоятельно сказал Степан. Он посмотрел на сына строго.

– Пойдем, деда, – Коля насупился и отвернулся от отца.

– Ну хорошо, – Милхай положил инструмент. Они пошли под дерево, и там, уселись на скамейку.

– Ну как ты, – понял про огонь? – Дед вытерся от пота и отхлебнул водички.

– Да, все я понял: и про бересту, и про лучинки, и про костер.

– Чего тогда?

– Про Дух ты говорил. Деда, я думаю, огонь живой.

– Почему так думаешь?

– Мы с Димычем когда ходили в лес, костер там развели. Я хлебушек еще пожарил. Огонь горел там как-то необычно: не обжигал меня нисколько. Он хлеб мой пробовал и пламенем его лизал. А я на пламя посмотрел, рукой его погладил.

– Это ты серьезно? Не обжегся? – удивился Милхай.

– Нет деда, не обжегся! И Димка тоже. Мы с ним договорились, никому не говорить об этом.

– А Дима как?

– Он не поверил, всё равно.

– Он пробовал огонь погладить?

– Нет, не пробовал, – он испугался.

– И часто так бывает у тебя?

– Только тогда. В другой раз было по-другому. Мы вечером кострили с пацанами, за огородами в лесу. Костер, наш, разгорелся хорошо. Потом стал ветер задувать. Огонь пыхтел, трещал, как будто разговаривал со мной. Но я его не понимал, – внук опустил глаза и лоб нахмурил.

– Да ладно, не переживай. С первого раза редко у кого выходит. Ты вспомни, я тебе однажды говорил: «Бог через тебя глазами смотрит, и думает, как ты, – твоими мыслями. Огонь – это творение Бога. Позволь Ему с Огнем общаться у себя в Душе».

– Я не умею, деда, а как мне научиться?

– Ну, если хочешь – слушай и делай, так как я скажу.

– Хорошо, я сделаю. – Коля приготовился.

– Закрой глаза. Почувствуй тишину внутри. – Милхай внимательно смотрел на внука.

– Деда, у меня не получается услышать тишину. Я как глаза закрою, так чурки вижу. Собака лает у соседей, и папа рубит.

– Ты не суетись, Коля, разум отключи. Не надо слушать, – надо чувствовать.

– Это как?

– Представь, что ты внутри себя, не видишь и не слышишь ничего. Снаружи мы сидим на лавке, там папа рубит, и собака лает у соседей. А внутри тебя покой, только мой голос и больше ничего. Сейчас с закрытыми глазами посмотри вперед. – Что видишь?

– Ничего. – Внук попытался разглядеть сквозь сомкнутые веки.

– Пока там серость темная за веками. Теперь спускайся внутрь, глубже. Вспомни, как ветер дует, как деревья шелестят…. – Ну как?

Внук головой махнул.

– Горы вспомни, степи, речку постарайся услыхать внутри.

Коля услыхал журчание ручья, шум на порогах, увидел горы с ледниками, степь широкую с цветами и травой.

– Солнышко кругом, и лес колышется от ветра, и на деревьях птички. – Милхай негромко говорил, а сам смотрел на Колю.

Парнишка услыхал шум ветра, – любил он на ветру гулять. В лесу шумели сосны, птицы появились на ветвях. Большие, черные, смотрели на него и никуда не улетали. Но Коля раньше их не замечал. Внук будто заново родился. Крик первых петухов услышал. Ворота скрипнули, корова замычала, на шее колокольчик загремел. Стадо деревенское погнал пастух. Покосная трава местами преет и этим запах сильный издает. Он слышит мух назойливых, жужжание диких ос и паутов.

– Цвет теперь добавь, – подсказывал Милхай.

Цветы раскрылись ярким многоцветьем: подснежники, жарки, ромашки; одуванчики и лютики и васильки. Они своим благоуханием разнеслись. Коля почувствовал все запахи. Он четко слышал звуки, видел все предметы, их формы и детали, хотя он сам сидел с закрытыми глазами, на деревянной лавке, с дедом, возле дома.

– Все, что внутри тебя – огромное, как вечность, растет и развивается с тобой. Все то, что приходит, ты познаешь из мира, того, что рядом окружает нас. – Милхай рассказывал и наблюдал за внуком.

– Теперь на сердце, внутрь загляни, – эмоции там у тебя и чувства, – стихии – там живут. В сердце у себя найдешь и солнце, и ветер, и огонь, и воду, еще земля там есть, металл и дерево. То, что ты хочешь и о чем мечтаешь, – уже внутри тебя! А чтобы получилось, представь в деталях и в эмоциях, поверь всем сердцем, и иди к мечте! – Дед наблюдал, но не подталкивал, – всего лишь направлял.

Отец у Коли не похож на сына. Другой, – закрытый, сдержанный, – эмоций никаких на людях, он не показывал обычно. Степан компаний не любил, редко появлялся на гулянках. В заботы повседневные он уходил и в хлопоты домашние, обычно.

Сын был открытый, – как Оюна. Эмоции, разом отражались на его лице. Если он радовался, – то от души. Когда грустил, – то мог всплакнуть по-детски, и от обиды даже рассердиться. Хотя, со сверстниками, в драке, Коля слабость не показывал. Попадало часто, Коле, и от своих, и от чужих. Бывало так, что весь потрёпанный домой являлся. То ему губу разбили, – надулась и опухла, – то нос, – то синяки, – то шишки. Но сын не унывал: – терпел и улыбался, и маму не хотел расстраивать свою.

Так рос шаманский внук, имел своих друзей. Бывало, с ними поругался, а позже помирился снова. Но если что происходило, то сразу же бросался друга защищать. Он впитывал в себя уроки и наставления Милхая.

– Деда, а что мне делать, – все кругом горит? Солнце как пожар и речка тоже из огня. Деревья красные, и поле и деревня, – все в огне! – Коля сидел с закрытыми глазами, вращал под веками зрачками.

Степан заканчивал работу. Дело за малым оставалось – пообедать, отдохнуть, потом дрова в