Дороги среди звезд - Тимофей Иванов

не поверил. Хотя в слух ничего и не сказал. Умирать, как родители, оставляя сестру совсем одну, он не собирался. У него были другие планы.

Парень вгрызся в учёбу с жадностью голодного волка, наткнувшегося на гору мяса. И сделал упор на изучении организмов псиоников. Его диссертация на эту тему весьма порадовала профессоров. И не только их. Правительство предложило ему работу, и Эдвард с радостью согласился. Его план шёл ровно так, как он и представлял. Возможно, как раз его эмоции сыграли ключевую роль, в конце концов на собеседованиях подобного рода нередко присутствуют псионики. Лезть в чужую голову глубоко им никто не даёт, но чувства людей они всё равно идентифицируют весьма точно.

Попав в программу изучения одарённых, Эдвард работал как проклятый, а заодно наводил справки. Медленно, осторожно, в рамках своего допуска. Кто обвинит учёного в том, что он собирает информацию об объектах изучения? В конце концов упорство молодого человека было вознаграждено. К нему попала скупая строчка отчёта о том, что нужного числа нужного месяца, годы назад «объект» был изъят у родителей. Правда дальше проследить путь Анны-Марии оказалось сложнее. Попади она в обычную группу обучающихся, он бы в течение пары месяцев утащил девочку к себе под бок. И, даже узнай компетентные органы об их родстве, а они бы наверняка всё пронюхали, положение дел бы не изменилось. Эдвард был на хорошем счету, начальство его уважало, считая гением, который далекой пойдёт, а старшие коллеги вполне могли прикрыть.

Но, к несчастью парня, Анна-Мария попала в секретный проект, который подразумевал улучшение и модификацию псиоников. Потому Эдвард потратил ещё целую бездну времени и сил, чтобы сначала просто это раскопать, а потом получить необходимый допуск, чтобы сунуть нос в сам проект.

А потом взялся за составление нового плана. Перспективный образец, в который правительство уже вбухало кучу сил и средств, ему бы никто не отдал, это было ясно, как белый день. Но кроме относительно законных методов есть и другие пути. В один прекрасный момент Эдвард взломал базу данных, выправил себе документы и должность с допуском, а затем запустил в системы вирус, чтобы его подлог заметили не сразу. После чего рванул на секретный объект, прибыв туда в качестве проверяющего с «внезапной инспекцией». И, по результатам проверки, вывез бессознательную Анну-Марию для изучения специалистами, которые не будут связаны с «криворукими, некомпетентными бездарями, которые, похоже, ухнули в трубу миллиарды». Девушка улыбнулась воспоминаниям, Эдвард ей потом говорил, что сам до конца не верил, что страх перед «высоким начальством», которое брызжет слюной от бешенства, окажется настолько велик, что ему даже побоятся задавать лишние вопросы. Спустя восемь часов после того, как они с братом покинули базу проекта «Призрак», вирус в системах был побеждён, ещё через пол часа выяснился подлог, но было слишком поздно. Они уже летели в грузовом контейнере на звездолете подальше от ищеек.

Мысли девушки прервали шаги охранника, который подошёл к её камере. Ксенос произнёс через переводчик:

— Заключённая. На выход.

Анна-Мария развернулась затылком к решётке и завела руки за спину, чтобы на неё надели наручники. Видимо, её наконец собрались допросить. Что ж, она найдёт, что сказать. И они с братом обязательно выберутся и из этой передряги. Здесь всё однозначно проще, чем тогда было на родине. А родные компетентные органы если и дотянутся до данной планеты, то сделают это ещё очень не скоро. Спустя несколько минут девушка оказалась в допросной. Металлический стол, два стула с разных сторон, серые стены и полное отсутствие собеседников. Вполне стандартное оформление для многих рас, а также обычная психологическая уловка. Посидев на неудобном стуле в одиночестве, клиент должен ещё немного дозреть. Правда, в данном случае Анна-Мария была несколько огорчена тем, что неудобный стул для ксеносов — это вдвойне неудобная мебель для людей.

Но наконец дверь в допросную открылась… И сердце девушки упало. В помещение вошёл коротко стриженный человек лет тридцати на вид с военной выправкой и холодными глазами убийцы. Незнакомец сел, положив руки на стол, и слегка обозначив улыбку уголками губ, произнёс:

— Ты хорошо держишься, Анна-Мария. Лицо не дрогнуло, в пси страх почти незаметен. Кто тебя учил?

— А то ты не знаешь, — огрызнулась девушка, судорожно просчитывая варианты, которые плавали где-то между отметками «дерьмо» и «полное дерьмо». Преследователи оказались гораздо ближе, чем они с братом думали. Стоило слегка задержаться на одной из планет и засветиться в базе данных местных органов правопорядка, как за ними тут же пришли.

— Не знаю, — отвлек её от грустных мыслей собеседник, покачав головой. — Собственно, мне известно только то, что вам с братом дал подсрачника один не в меру жадный контрабандист, а вы не придумали ничего умнее, чем начать «тырить мелочь по карманам».

— М-м-м-м… Ты никак не из наших, — слегка улыбнулась девушка. Лжи в словах её нового знакомого не чувствовалось, а значит, он не знает и о её способностях. Анна-Мария решила воспользоваться этим, проникнув в разум мужчины, но сначала как будто потерялась в странной паутине иллюзий, а потом снова осознала себя, сидящей на стуле. Голова начала болеть, будто ей бесхитростно дали по лбу.

— Не делай так больше, если не хочешь превратиться в слюнявую идиотку, — всё так же спокойно ответил человек перед ней. — И отвечай на поставленный вопрос.

— А что мне за это будет? — вновь попыталась огрызнуться девушка, но уже довольно вяло. Его голова сейчас была занята другим. Анна-Мария умела многое, могла она и водить корабли через имматериум, и манипулировать вещами с помощью телекинеза, и многое другое. Но всё же основной её специализацией, над которой работали в проекте Призрак, было именно проникновение в чужие разумы. Но сейчас её атака была отбита походя и небрежно, будто её способности являлись чем-то незначительным.

— Ничего и, поверь, это уже очень много, — хмыкнул собеседник. — Впрочем, мы можем поступить иначе. Я оставлю тебя здесь, а сам пойду покопаюсь в голове твоего братишки. Уверен, что там найдётся что-нибудь интересное для меня.

— В этом вы все. Угрозы, шантаж. Может, заодно вспомним про пытки?

— Зачем, у нас ведь есть псионика, не так ли? — иронично сказал мужчина, намекая на её неудачную попытку пролезть в его голову.

— Абадая Викленд учил, — ответила Анна-Мария, вспоминая старого хрыча, попортившего ей не мало крови. Впрочем, он даже рядом не стоял с яйцеголовыми, работающими с ней, когда