Сборник рассказов №1 - Fantasy-Worlds. Ru

Они немного прошлись.

— Ой, Вань! — вдруг спохватилась Верочка. — Чуть не забыла!

Она порылась в сумке.

— Брат просил тебе передать! Пол Андерсен, «Три сердца, три льва»! Сказал, что на целую неделю дает.

Она достала книгу в яркой суперобложке и протянула ее молодому человеку.

— Спасибо, Верунчик! — возликовал Иван.

— Смешной ты, Ванька! — вдруг засмеялась Верочка и взъерошила ему волосы. — Все про магов каких-то читаешь, про принцесс. Пора бы тебе повзрослеть!

— Ну, мне пора! До завтра! — она махнула рукой и зацокала каблучками к заводской остановке.

Ваня проводил ее взглядом. Хорошая девушка Вера! Может, все-таки попробовать ее в кино пригласить?

Красавцем себя Иван отнюдь не считал, а потому катастрофически стеснялся девушек — к немалому их огорчению. В действительности же его лицо было очень даже милым — с живыми карими глазами, немного курносым носом и пухлыми губами. Но попытки местных прелестниц самим сделать первый шаг к сближению натыкались на то, что юноша еще больше робел и от того начинал хамить и старался как можно быстрее ретироваться. Оскорбленные в лучших чувствах красавицы выбирали более покладистых кавалеров, а Ваня лишний раз уверялся в своей непривлекательности.

В мечтах он часто представлял, как встретит ЕЕ — девушку своих грез… Это будет как удар молнии — бах, и на всю жизнь! Но время шло, а Она все не встречалась… И Иван в ожидании полностью отдавал себя работе и новому увлечению — фэнтези.

Жаль, что его так мало издают! Но сегодня праздник — новая книга!

Настроение заметно улучшилось и даже сонливость пропала. Насвистывая арию тореадора, Иван поднял воротник куртки и поежился от промозглого тумана. Что поделаешь, конец осени на дворе! Скорей бы снег выпал!

Размечтавшись о приятном вечере в компании «магов и принцесс», Иван не заметил, как из-за елочки около заводоуправления выступила темная фигура.

— Ван?

Вопрос был задан явно ему (поблизости больше никого не было) и Иван обернулся. Рот его самопроизвольно распахнулся, а глаза быстренько приняли форму семи копеек. Благо было от чего!

Перед Иваном переминался с ноги на ногу узкоглазый мужчина, одетый явно не по сезону — в легкие туфли с загнутыми носами, синие шелковые штаны и желтую рубашку с металлическими шариками вместо пуговиц. Из-под маленькой шапки типа тюбетейки свисала длинная коса.

— Ну, Иван!

Приехали-таки, басурманы! Но если они думают, что ради них он опять на завод попрется, то фиг им — рабочий день закончен!

— Хельсинга?

— Ну, Хельсинки! — что-то этот мужик ему совсем не нравился! И так фамилия дурацкая, а он ее еще уродует!

Мужик же наоборот — прямо засветился от счастья.

— Чеснока сегодня ела? — неожиданно спросил он.

— Чего? — опешил Ваня. — Нет, чеснока не ел!

— Оченя, оченя хорасе! — незнакомец улыбнулся во весь рот, блеснув неестественно длинными клыками. А потом внезапно так мотнул головой, что его коса метнулась, словно гадюка из-под колеса. Конец ее пребольно резанул Ивана по глазам.

— Обалдел?! — заорал молодой человек, пытаясь в слепую отмахиваться кулаками. Кажется, даже пару раз попал во что-то мягкое.

И тут удар по голове погрузил его в глубокую темноту.

Очнулся Иван от запаха рассола. Голова болела зверски!

С трудом, приоткрыв один глаз, Иван огляделся. Он по-турецки сидел на столе в центре громадного подноса, укутанный в какую-то хламиду из тончайшей ткани.

Толстенный мужик в черно-красном халате и поварском колпаке сосредоточенно протирал ему шею губкой, от которой и шел запах укропа, гвоздики и соленого огурца.

Покосившись, Иван обнаружил, что живописно увешан гроздями винограда, а вокруг него на подносе разложены нарезанные ломтиками свежие и маринованные бананы, апельсины, помидоры, ананасы… Присутствовали также неизвестные простому русскому мастеровому фрукты-овощи.

Повар отошел, и, прищурив глаз, критически осмотрел свое творение.

— Худощав! — процедил он сквозь клыки. — Эх, жаль, нет времени подкормить!

Иван обиделся — своей фигурой он гордился по праву. Из-за постоянно работы с молотком, пилой и прочими инструментами на теле не было ни капли лишнего жира, а все остальное — мускулы там, пресс — очень даже имелось.

— Сам худой! — высказал он в лицо повару явную неправду и попробовал встать. Бесполезно — тонюсенькие, похожие на паутинки нити надежно оплетали все его тело, оставляя свободной лишь голову.

— Эй! Как там тебя! Отвяжи меня — а то хуже будет!

— Вах, зачем шуметь! — огорчился повар. — Еда должна быть красивой, а не громкой!

И он ловко засунул в рот Ивану лимон. Ха, нашел, чем напугать! То ли еще приходилось пережевывать русскому человеку! Однако Ваня демонстрировать свои способности не торопился, справедливо полагая, что следующий кляп может оказаться из перца. А жевать перец без красного вина — удовольствие еще то!

Повар между тем позвонил в жестяной колокольчик. Где-то за спиной Вани затопало, и на кухню ввалились два бугая с абсолютно дебильными лицами. Горилоподобные субъекты щеголяли в лакейских ливреях все того же черно-красной расцветки.

— Доложите его сиятельству, что главное блюдо готово! И отнесите его в пиршественный зал!

Лакеи слаженно кивнули, и неловко приподняли поднос. Иван закачался. На пол упало несколько кусочков померанца.

— Кретины! — завопил повар. — Олухи! Осторожнее, уроните! Барон нам тогда головы поотрывает!

Иван совсем бы не отказался посмотреть на этих типов в безголовом варианте, но замечание насчет осторожности поддержал целиком и полностью.

Во время разноса лакеи тупо пялились на повара. Не выдержав, тот безнадежно махнул громадной поварешкой.

— С какими безмозглыми тварями приходится работать! — пожаловался он. — Ну, легкой смерти тебе, Охотник!

Пока лакеи несли его по каменному коридору, освещенному чадящими факелами, Иван пытался понять — с чего это его назвали охотником? Рыбаком — да, он был! Да еще, каким заядлым! Но охотник… Ему всегда было жалко этих несчастных зайцев и уток, которые могли противопоставить, желающей попалить прямой наводкой толпе пьяных мужиков только скорость и осторожность. Рыбы — другое дело! Ты ее не видишь, она тебя тоже — все по честному. А если какая и соблазниться червячком на крючке или блесной — сама виновата, никто силой не заставлял. А то, что попалась — так такова видно ее рыбья судьба.

А вообще, что происходит? Куда он попал?!

За этими размышлениями Иван и не заметил, как его донесли до высокой двустворчатой двери из резного дуба. Тут дорогу носильщикам преградили двое стражей в шлемах и начищенных кольчугах.