Химера - Виктор Волков

Тирлаэль перевела взгляд на спящего Нильса в тот момент, когда наступила полночь. Заклинанием анализа она увидела, как доспех и одежда Нильса вспыхнули, как по ним пробежали искры, восстановили все царапины и повреждения, и исчезли, рассыпавшись серой дымкой магии человеческих земель. Она удивлённо моргнула, встала, обошла костёр, подошла к спящему Нильсу и наклонилась над ним и внимательно, уставилась на спящего героя.

Светлый меч Нильса выглядел чуть ли не сложнее эльфийский управляющих плетений, тех что заставляли двигаться растения. Перед усиленным "анализом" взглядом, меч превратился в сложную структуру из светящихся линий и точек, которая жила своей жизнью, пульсировала и изменялась на глазах. Тонкая серая нить тянулась из рукоятки меча в тело героя. Она прорастала в его руку, оплетала тело, тянулась к голове. Тирлаэль увидела чёрные точки, вокруг головы Нильса. Они вызывали ту головную боль.

Сложнейшее плетение на обычном человеке. Откуда? Кто управляет им? Она нахмурилась. Аккуратно концом посоха Тирлаэль вычертила несколько фигур в воздухе, и заклинание усилилось. Она увидела оплетающее героя заклятье.

Из тела Нильса, рук, ног, его меча уходили тонкие нити магических сил. Из-за них герой походил на спящую марионетку. Нити тянулись вверх. В небо.

Тирлаэль посмотрела вверх, вслед за нитями. На краткое мгновение ей показалось, что она видит причудливый узор из линий магических сил, который шевелится, меняется. Он был сложнее заклятий эльфов, тех что показывают домам, как правильно расти, что управляют сетью транспорта, что…

Что-то невидимое и огромное было в небе, сотканное из бесчисленных нитей. Оно будто заметило внимание. И посмотрело на Тирлаэль. Огромное, незримое, сотканное из магии.

Она отшатнулась. Прервала заклинание, споткнулась и упала, сев на землю. Её лицо побелело сильнее, чем обычно.

Тяжело дыша, она смотрела в небо, когда заметила, что Нильс проснулся. Человеческий герой внимательно смотрел на неё голубыми глазами, а рука его чуть сильнее сжалась вокруг рукояти меча. Мгновение, и он вскочит, готовый сражаться, рубить на части…

— Всё… хорошо. — прошептала Тирлаэль. — мне показалось.

Нильс слегка улыбнулся в ответ. Он медленно закрыл глаза и снова уснул.

* * *

Лес. Утро

На границе дворфских земель, вдали от гор, на пути к королевству драконов, идёт дорога. Не вымощенная камнем, не покрытая даже брёвнами. Просека в лесу, утоптанный грунт. Изредка проходят здесь караваны, доставляют пшеницу и ячмень в одну из дворфских торговых крепостей, а оттуда уже везут металлы и оружие назад к людям. Вычищают караваны на своём пути чудовищ, вырубают молодую поросль на дороге, и лишь благодаря им грунтовая просека не пропала с лица земли.

Чуть чаще, чем караваны, бредут и едут по дороге самые отчаянные авантюристы, в поисках редких зверей этих земель, вроде изумрудных оленей, кристальные рога которых так ценят аристократы.

Не все авантюристы и не все караваны возвращаются, потому что пролетают иногда над тропой драконы, похищают лошадей и путников, поедают их или уносят в своё королевство. Из драконьего же королевства почти никто не возвращается.

Просека идёт с запада на восток, петляет, и заканчивается в одном месте развилкой. Выцветшие указатели с давно истёртыми надписями показывают на север, юг, запад и восток, и рядом с ним лежит большой камень. Именно у этого камня, из леса вышла странная фигура.

В воздухе прозвенел колокольчик.

В руках фигура держала посох, с колокольчиком наверху. Он звонил, будто оплакивая судьбу мира. Одета фигура была в мантию, расшитую золотом. Ленты свисали с мантии, развивались на ветру, ткань скрывала лицо. На первый взгляд — жрец, служитель Белой Богини, один и без свиты, вот только одежды его были чёрными.

Неправильный жрец воровато оглянулся по сторонам. Торопливо подбежал к камню у указателя. Неуклюже залез на камень. Колокольчик на его посохе трезвонил при каждом движении, неровным и совсем не торжественным ритмом. Он уселся, напустил на себя важный вид и стал ждать, иногда оглядываясь по сторонам.

Прошло десять минут. Потом ещё десять. Час. Поднималось солнце, воздух нагревался, и, наверное, в чёрной одежде было жарко. "Жрец" елозил, пытаясь усесться удобнее на камне, кряхтел, обливался, наверное, потом, но ждал.

Прошёл ещё час. Вдалеке раздался лёгкий шум. Кто-то или что-то бежало сюда, к камню, с очень большой скоростью. "Жрец" приосанился, дёрнул посохом, и в воздухе раздался печальный звон колокольчика. Грустный и торжественный. Величественно "жрец" протянул руку с посохом и заговорил, пытаясь поймать правильный момент. Бегущее существо очень быстро приближалось. Величественно и торжественно жрец заговорил:

— Остановись, путник, на мгновение и послушай!

Что-то пулей пронеслось мимо него, поднимая клубы пыли. Перед носом жреца мелькнула хвостатая фигура, вроде бы, в лёгкой броне. Фигура лихо свернула и побежала на север, быстро удаляясь.

— Давным давно, тысячи лет назад… — ошарашено сказал "Жрец" и уставился на свою руку. Он замолчал и задумчиво звякнул колокольчиком. Глубоко вздохнул и потёр лоб сквозь тканевую маску.

Снова раздался звук приближающихся бегущих ног, теперь с севера. Бегущее существо возвращалось. Рисска. Она резко затормозила и уставилось на "жреца".

— Давным-давно, тысячи лет назад, мир… — обрадовался странный жрец, и замолчал. Рисска сделала шаг к нему, и принюхалась.

— Мир был молодым и нестабильным… — напряжённо продолжал "жрец". Он дёрнулся и колокольчик на его посохе нервно звякнул. Рисска подошла к нему вплотную и старательно обнюхивала.

— Расы, что населяли мир… — пытался продолжать "жрец", и вздрогнул.

Потому что Рисска уставилась на его закрытое тканью лицо и облизнулась.

— …воевали? — неуверенно сказал "Жрец".

Рисска показательно зевнула, продемонстрировав два ряда зубов. "Жреца" передёрнуло. Молча он засунул за пазуху руку и достал оттуда здоровенную вяленую рыбину. С каждой стороны у рыбины было по три глаза.

— Мрясо! — одобрила Рисска. Она указала на рыбину пальцем в адамантиновой перчатке, и сообщила "Жрецу":

— Мне?

"Жрец" печально кивнул. Рисска ухмыльнулась и тут же рыбина исчезла из рук "Жреца", оказалась в руках Рисски. Жмурясь от удовольствия, Рисска впилась в рыбину зубами, и начала пожирать. С хвоста, вместе костями, с громким хрустом.

— … расы воевали друг с другом! — опомнился "Жрец". Из-за хрумканья его было не очень хорошо слышно.

— …собрались… отправились… — торопливо пытался рассказать что-то, наверное, очень длинное и важное Жрец, но не успел.

Рыбина закончилась. Рисска облизнулась и принюхалась снова.

— Больше нет. — вздохнула она и показала на север. — Драки там?

— Там. — кисло ответил "Жрец". Драконы действительно жили на севере. Рисска кивнула ему, развернулась и собралась бежать.

— Стой! — отчаянно выкрикнул "Жрец". — Драконы и демоны — враги людей королевства!

Рисска замерла. Задумалась. Обернулась и посмотрела на "Жреца".

— Враги? — с недоверием сказала она. "Жрец" торопливо закивал.