Музыка Макса (трилогия) (СИ) - Дюран Хельга

— Мне пришлось согласиться на дополнительный концерт. Не все желающие смогли попасть на презентацию.

— Вот на что нужно обратить внимание! Вот доказательство твоего признания. А не это вот все… — Макс показал рукой в сторону телевизора. — Если уж твой отец признал твой талант, я думал, тебя уже ничего не остановит.

Я рассмеялась сквозь слезы. Макс смог меня убедить в том, что я не бездарность. Это было невероятно трогательно и приятно. Мне стало так хорошо!

— Так давно не видел, как ты смеешься… — задумчиво сказал Макс.

— Так я давно и не смеялась…

Макс кинул мне подушку, и теперь мы лежали поперек кровати: Макс сзади, а я, свернувшись калачиком в его объятиях. Он гладил меня по спине и волосам, отчего я сначала впала в дрему, а потом, развернувшись к нему, уткнулась носом в его грудь и отрубилась.

Проснулась я от ощущения, что я одна. Я посмотрела в окно, солнце клонилось к закату. Макса нигде не было видно. По звукам, доносящимся из кухни, я поняла, что он там. Я села на кровати, разминая шею. Интересно, который час? Хотя, какая разница?

Зайдя в кухню, где ароматно пахло едой, я остановилась в дверях, сонно жмурясь на Макса. Он разгуливал в трусах и фартуке, пританцовывая и негромко подпевая радио. Я не смогла сдержать улыбки от этого зрелища. Непосредственность Макса меня всегда подкупала. На столе стояла початая бутылка белого вина. У меня потекли слюнки от аппетитных ароматов, я знала, что мой бывший муж готовит великолепно, просто делал это редко. Макс заметил, что я за ним наблюдаю.

— Проголодалась? — поинтересовался он.

— Очень, — призналась я. — Я шла на запах.

Я вошла в кухню и села на стул, поджав под себя одну ногу. Макс тут же галантно засуетился, наливая мне вина.

— На запах сексуального мужчины? — спросил Макс, эротично и, в то же время, комично, поглаживая свои бедра и живот.

— Да, красавчик! — подыграла я, пригубив вино. — Именно так все и было.

Мы оба расхохотались, а потом мне стало немного грустно, что завтра все закончится. Макс заметил эту перемену.

— Что-то не так? — спросил он. — Что с тобой?

— Просто… не хочется уезжать отсюда в реальную жизнь, — призналась я. — Может зря я это затеяла? Длинные прощания — долгие слезы…

— Предпочла бы быстрый и страстный перепихончик на заднем сидении моего «Кайена»? — Макс покачал головой. — Что же это за проводы? Я же все же твой бывший МУЖ. Тут надо все делать основательно!

— Мне больше не нравится выражение «бывший муж», я буду звать тебя «первый муж».

Макс фыркнул и рассмеялся.

— Не забудь, что ты обещала не ныть! — напомнил Макс и погрозил мне пальцем.

По радио заиграла группа «Мураками» песня «Нулевой километр», я спрыгнула со стула, сделала радио «на всю» и закружила Макса по кухне в танце. Мы оба знали слова и подпевали. Макс прекрасно двигался. При своем росте и весе, он не был неуклюжим, напротив, каждый мускул его тела грациозно попадал в такт. Даже танцевал он сексуально.

— Мне немногого надо… — пели мы хором.

Песня закончилась, а мы только вошли во вкус. Я посмотрела на Макса, он был весел, его глаза возбужденно блестели. Дальше была песня «Зверей» «Напитки покрепче», Макс пригласил меня на медлячок. «Звери», фартук, поверх трусов, кухня Макса, где мы столько времени провели за разговорами, радио на всю громкость, весна.

Макс нежно коснулся губами моей шеи, потом погладил спину между лопаток, едва касаясь ткани рубашки. Он начал медленно вести меня к окну. Когда моя попа уперлась в подоконник, Макс подхватил мои бедра и усадил меня на него.

— Помнишь наш первый поцелуй? — спросил он.

— Еще бы! Мне хотелось вытолкнуть тебя в окно! — напомнила я.

— А я думал, что у меня ширинка лопнет. Я чуть с ума не сошел!

Макс поцеловал меня, снимая фартук. Я догадалась, что он собирается сделать, его член уже был в полной боевой готовности. Пальцами ноги я ловко подцепила барный стул и подтащила его ближе, чтобы опереться на него ногой. Макс стянул с меня трусики и небрежно отбросил их в сторону, потом не торопясь расстегнул все пуговки на рубашке и распахнул ее полы. Начав с моих губ, поцелуи Макса спускались вниз по моему телу, и вот его горячий язык уже ласкал внутреннюю поверхность моего бедра. Я откинулась как можно дальше, опершись на один локоть, второй рукой я держалась за шею Макса. Я ахнула, когда Макс поцеловал маня в самое сокровенное местечко.

— Сейчас я тебе кое-что покажу, — шепотом пообещал мне Макс.

В отличие от меня, так толком и не научившейся делать минет, Макс в оральных ласках был мастер. Опытный язык быстро довел меня до изнеможения, я сама потянула Макса на себя, вынимая его член из трусов. Макс со стоном вошел в меня, стараясь проникнуть как можно глубже. Сама поза к этому располагала. Одной рукой Макс уперся в оконную раму, чуть выше моей головы, а другой придерживал меня за зад. Его движения были медленными и размеренными, подаваясь вперед, он как бы на долю секунды задерживался, и его живот упирался в мой клитор. Ощущения были невообразимыми.

Я чувствовала, что сейчас испытаю какое-то неведомое доселе наслаждение, но не могла объяснить даже самой себе, в чем же дело. Только когда я кончила, испытав двойной оргазм, а следом и Макс, вонзившись в меня до предела, и мое тело еще несколько секунд билось в конвульсиях, я поняла, что такому наслаждению Макс подверг меня нарочно. Он знал, что так бывает, а я нет.

Макс медленно вышел из меня, поправляя трусы. Я прислонилась к косяку и поджала ноги под себя, все еще приходя в себя.

— Почему ты раньше так не делал? — обиженно спросила я, чувствуя себя обманутой.

— Ну не знаю, — пожал плечами Макс. — Я тебе еще много чего не успел показать. Вот анальный секс, например. Но ты же… — Макс не договорил, метнувшись к духовке. — Сука, сука, сука! — повторял он, доставая оттуда противень с мясом. — Фу-у-у, — с облегчением выдохнул Макс. — Чуть не прохохотали ужин.

Слава Максу, мясо было спасено. Он жестом пригласил меня за стол. Я наполнила опустевшие бокалы вином.

— Извини, на гарнир огурец, — сказал Макс.

Понятное дело, раз Макс не жил в этой квартире, то и набивать холодильник было ни к чему. Мне было все равно, мясо было сочным, нежным, с хрустящей корочкой, я жадно набросилась на еду, и выглядела, наверное, как первобытная дикарка. Как бы ни был голоден Макс, он вел себя всегда культурно и сдержано.

— Приятно видеть, что у тебя хороший аппетит, — сказал он. — Ты очень похудела.

— Знаю, — с полным ртом, пробормотала я.

Некоторое время Макс молчал, занятый едой. Потом он задал мне вопрос:

— Оль, а если бы я отменил свадьбу, ты бы осталась… со мной?

— Хах, — выдохнула я. — Ты с ума сошел? Ты сделал Еве ребёнка, затеял свадьбу, а теперь снова собираешься сбежать? Только теперь уже от неё ко мне?

— Я не брошу Еву. Я буду помогать ей с воспитанием малыша.

— Даже думать об этом не хочу! — воскликнула я.

Макс открыл рот, чтобы что-то сказать, но я его опередила:

— Заткнись! Ты снова делаешь мне больно!

Макс со злостью отшвырнул вилку на стол.

— Я не нарочно, прости, — сказал он. — Я просто в отчаянии! Я не представляю, как завтра утром закрою за тобой дверь.

У меня пропал аппетит, и испортилось настроение.

— Я пойду, лягу, — сказала я. — Что-то расхотелось есть.

Я долго лежала в темноте в его кровати, слушая, как Макс ходит по кухне и хлопает дверцами шкафов. Не надо было оставлять его там одного. Тут я вспомнила, как одна проплакала полночи, когда Макс принуждал меня к беременности. Ничего, пусть думает в следующий раз головой, а не членом! Я потрогала свой живот. Интересно, я уже беременна?

Я улыбнулась сама себе. Мне не было жалко ни Еву, ни Макса, ни тем более себя. В комнате витал запах моей победы, я уснула, жадно вдыхая его дивный аромат.

Уже сквозь сон я почувствовала руку Макса, обнимающего меня и притягивающего к себе. В эту ночь мы не занимались любовью. Наша физическая близость, впервые начавшаяся на кухонном подоконнике, на нем же и закончилась этим вечером. Это было символично, как и самое сильное мое наслаждение.