Тысяча имен для странника - Джулия Чернеда

Напоследок я окинула капсулу взглядом и внезапно заметила две зеленые бутылки без этикеток. Тут меня осенило. Может, вступить в мысленный контакт с Гвидо мне и не под силу, но что мешает мне воспользоваться его образом в качестве ориентира?

«Кое-что все-таки мешает», — отозвалась более разумная и менее подверженная эмоциям часть моего сознания.

Как бы мне не оказаться в еще более затруднительном положении. Кроме того, хотя материализоваться внутри твердого объекта при выходе из м'хира теоретически невозможно, кто знает, как каресианин может отреагировать на мое нежданное появление? Были и другие сомнения, но все они не заставили меня окончательно отбросить эту идею. Я закрыла и заперла шлюз капсулы на замок. С таким союзником, как Гвидо, можно почти ничего не бояться.

Я оглядела лагерь, стараясь не вспоминать о мирном очаровании прошлой ночи. И о Моргане тоже. Силовая установка капсулы еще долго сможет поддерживать защитное поле, так что никакая местная живность сюда не сунется. Приготовившись преодолеть этот последний барьер, я остановилась и отбросила все сомнения. Вспомнила, хотя мне сделалось от этого очень неуютно, впечатление от сознания каресианина и, сосредоточившись, толкнулась…

… чтобы с размаху врезаться головой в твердый край каменного выступа.

— Гвидо? — позвала я тихонько, одной рукой потирая ушибленное место, а другой пытаясь ухватиться за скалу. Как только глаза привыкли к темноте, я поняла, что нахожусь в подземном коридоре, ведущем в просторную пещеру.

Снаружи круто уходил вниз склон, покрытый осыпью мелких круглых камешков и скрывающийся под покровом леса. Второй аварийной капсулы нигде не было видно. Я немного помедлила, зачарованная кронами лесных великанов, которые до этого видела только снизу. Пожалуй, каресианин, так опасавшийся, что застрянет где-нибудь на вершине горы, оказался довольно близок к истине.

— Гвидо? — позвала я снова, повернувшись ко входу в пещеру и безуспешно вглядываясь в ее темное чрево. — Это Сийра. — И снова мне никто не ответил.

Я потянулась было к рюкзаку за фонарем — и застыла, ощутив упершееся мне в затылок что-то холодное.

— Ох. Вот ты где, — сказала я с надеждой, однако почувствовала, как на лбу у меня выступил холодный пот.

— Где Морган? — взревел каресианин, и я вздохнула с облегчением, но тут же вздрогнула от ощутимого тычка. — Что ты с ним сделала? — Я попыталась повернуть голову, но так и не увидела того, кто угрожал мне бластером.

— Морган попал в беду, Гвидо. Ему нужна наша помощь.

И тут в голове у меня словно что-то взорвалось. Что за нелепица? Я развернулась, отпихнув оружие.

— Чем я такое заслужила? — Мой голос дрожал от сдерживаемого негодования.

Стебельчатые глаза каресианина зашевелились, как будто переговариваясь. Он испытующе посмотрел на меня. Потом пророкотал:

— Может, и не заслужила. Я не умею, как мой брат, читать правду в мыслях. Но пахнешь ты правильно. — Примерно с минуту Гвидо что-то бурчал себе под нос. — Но мне все это очень не нравится. Ты появляешься непонятно откуда с бластером Джейсона за поясом. Клан уже не впервые пытается навредить ему.

«Клан», — повторила я про себя и подняла глаза в напрасной попытке разобрать выражение сумрачного лица каресианина и его неугомонных поблескивающих глазок.

— Понимаешь, я…

— Ты выскакиваешь из ниоткуда. Или ты одна из клановцев, или галлюцинация. — Гвидо раздраженно щелкнул клешней по защищенной панцирем голове. — Кроме того, твой солод всегда пах очень своеобразно. Где Морган?

Я решила пока что не углубляться в обсуждение моего солода.

—  Он у Йихтора.

Каресианин вставил свой бластер в грудной зажим и опечаленно булькнул. Потом махнул в сторону пещеры.

— Давай-ка уберемся туда, где нас никто не увидит. Можешь рассказать, что случилось и что нам теперь имеет смысл делать.

Его капсула действительно приземлилась на краю обрыва, как сообщил мне Гвидо, пока мы ждали, когда в котелке закипит что-то душистое. Я с легкой опаской приняла из его рук полную кружку.

— Это из твоих запасов? — спросила я подозрительно, не спеша пробовать темную жидкость.

Что-то захрустело и защелкало. В скудном свете вставленного в специальный корпус нагревателя я видела лишь блики, отраженные от многочисленных глаз каресианина и его глянцевого панциря.

— Запасов! Ха! Они почти все ухнули в пропасть вместе с кучей металлолома, в которую превратился мой челнок. Да и потом, кто станет есть эту переработанную бурду, когда здешняя природа являет истинную щедрость. Как только мы вернемся, я непременно внесу этот напиток в свое меню.

Я осторожно поставила кружку на землю и попыталась сделать вид, что ничуть не завидую Гвидо, который с явным удовольствием поглощал свою порцию. Оставалось только надеяться, что пищеварительные системы клиентов каресианина не уступают в крепости его собственной.

— Мы должны добраться до Моргана раньше, чем Йихтор что-нибудь с ним сделает, — сказала я нетерпеливо.

Глаза Гвидо разбежались лучиками светящихся точек.

— Думаю, ты зря волнуешься, Сийра. Брату уже приходилось иметь дело с клановцами.

— Но Йихтора они сами боятся, — напомнила я великану. — Может, он уже прорвался в сознание Джейсона. Может быть, мы уже опоздали. — Я на миг закрыла глаза.

— Не надо оплакивать его заранее. — Откуда-то, из глубины пещеры раскатисто отозвалось негромкое эхо. Потом каресианин добавил с проницательностью, которой я от него не ожидала: — Да и разве ты сама не узнала бы об этом?

Он вдруг оживился.

— По крайней мере, ты справишься с трудностью, которую я считал основной. Ты ведь сможешь вытащить меня отсюда, верно?

Его жалобный голос настолько удивил меня, что я рассмеялась. Похоже, невозможность покинуть пещеру расстраивала Гвидо куда больше, чем он пытался показать. Видимо, его эксперименты с подножным кормом были вызваны тем же отчаянным голодом, который доконал бы и меня, если бы не Раэль.

— Не могу обещать, пока не попробую, Гвидо, — предупредила я. Я не собиралась рассказывать каресианину, что меня больше всего беспокоит не то, как физически добраться до Моргана, а то, что сможет произойти, если я воспользуюсь его сознанием как ориентиром. Сосущее чувство под ложечкой, которое вызывала у меня любая мысль о Йихторе, я сознательно заглушила.

Одобрительно причмокивая, Гвидо расправился с моей порцией.

— Тогда не будем копаться, малышка, — заявил он и бросил пустую кружку в темноту, где она звякнула о несколько других таких же. — Если мы поторопимся, то сможем застать этого твоего Йихтора врасплох.