Сломанная скрижаль - Кристиан Бэд

На миг она заколебалась, но потом снова нахмурилась.

— София почти мертва, — сказала она. — Скоро она станет стражем этого трона.

— И уже никогда не услышит моих слов? — Александэр аккуратно вытер щёку платочком. — Никогда?

— Никогда! — отрезала Ханна.

Бывший муж опустился перед ней на колени.

— Ну, пожалуйста? Может быть, сегодня — последний день, когда она может услышать меня? После я съеду. Я буду жить в гостинице, и ты больше не будешь меня видеть. Но сейчас, пожалуйста, помоги мне поговорить с ней?

Ханна смотрела на Александэра и понимала, что он не отлипнет. В конце концов, что она теряет?

— Я… — Александэр вскочил, угадав её мысли. — Я только выпью глоток вина. Я очень боюсь, что она меня не простит.

Он быстро откупорил бутылку, достал бокалы из пузатого шкафчика. Два. И налил в них вина чуть-чуть трясущимися руками.

— Выпей со мной. Давай расстанемся по-хорошему, — попросил он.

Ханна взяла бокал. Во рту у неё вдруг всё пересохло, и она глотнула и поморщилось. Вино было какое-то слишком терпкое.

А потом уронила бокал и глаза её затуманились.

Лицо Александэра напротив осветилось довольной улыбкой:

— Умница, — сказал он, достал из-под камзола кинжал и вложил в безвольную руку бывшей жены. — Скоро придёт Она. И ты войдёшь в тронный зал и воткнёшь этот кинжал в трон! Хватит нам такой власти!

Ханна не слышала его. Зажав в руке кинжал, она бездумно смотрела куда-то в пространство.

Александэр кивнул сам себе:

— Трон будет разрушен, и я построю здесь новый трон. Какая хорошая сделка. Просто прекрасная. Лучшая за всю мою жизнь!

***

Химера взревела и ударила хвостом по полу. Каменные плиты так и брызнули осколками.

— Быстрее, я не долго её сдержу! — закричал Зибигус.

Борн метнул в химеру заклятие, но в шею не попал. Тварь не вовремя вывернула к нему драконью морду, и заряд магии угодил в мощные костяные щитки.

В ответ химера плюнула огнём. Борн уклонился. Гобелены вспыхнули на стене, словно взметнулось огненное знамя.

В тронный зал вбежала человеческая охрана. Дюжина мужчин с мечами, щитами и связками коротких метательных копий.

— Прочь! — крикнул Борн. — Вы ничего не сумеете сделать, только погибнете зря!

Но стражники подчинялись не демону, а своему командиру. А он велел им рассредоточиться по залу и отвлекать тварь.

Тактика Борна была понятна начальнику стражи: заставить химеру открыть более нежную полосу чешуи, что под горлом. Она была светлее остальной, почти чёрной, шкуры, и казалась узким треугольником, нарисованным серой краской.

Если тварь удачно повернёт башку, тогда демон, может быть, нанесёт удар. А люди… Выживут ли они, если демон не сумеет убить химеру?

— Отвлекайте её! — закричал начальник стражи. — Кидайте копья в глаза!

Сбоку полетело копьё, и химера нервно дёрнула мордой. И тут же новый плевок пламени превратил одного из стражников в факел.

Зибигус подскочил сбоку и обрушил на химеру заклятье тьмы.

Драконья морда химеры ослепла и задёргалась, пытаясь ориентироваться по звукам и запахам. Выпускать морду козла чудовище не хотело — только голова дракона могла плеваться огнём.

Химера бессмысленно заметалась по тронному залу, круша жмущиеся к стенам кресла. Борн осыпал её уколами раздражающих заклятий, пытаясь поймать нужный момент для удара. А потом к демону присоединился чёрт, и заклятья посыпались на химеру со всех сторон.

С шипением летели струи пламени, свистели копья, и молниями вспыхивали заклинания.

Огромный тронный зал заволокло дымом, и начальник стражи кинулся к огромным витражным окнам вдоль наружной стены. Нужно было распахнуть хотя бы одно, иначе его люди задохнутся в дыму!

Борну дым не мешал. Он метался вокруг огромной твари, пытаясь попасть в узкую полоску более светлой чешуи под её горлом.

Стражник распахнул окно. Гобелены выгорели единым порывом ветра, но стало легче дышать. В химеру снова полетели копья, раздражая её.

Зибигус ухитрился за считанные секунды сплести магическую сеть и захлестнул закинутые за спину рога драконьей сущности химеры.

Тварь в ярости заревела и замотала башкой. Змеиный хвост хлестнул нерасторопного стражника, и он повалился под копыта.

— Бей! — заорал чёрт.

Демон соткал между ладонями шар огненной плазмы… и тут вдруг увидел Ханну.

Она шла к трону как сомнамбула, вытянув вперёд руку с кинжалом.

Химера зашевелила ноздрями, учуяв человеческий запах. И Борн увидел, что она узнала его!

Он с рёвом бросился наперерез, но Ханна была уже возле трона.

Правительница занесла кинжал, и начальник стражи прыгнул на неё, сбивая на землю. А следом огромная ослепшая морда химеры обрушилась на трон.

Тварь понимала, что делает. Кто вложил в неё осознание, что именно Ханна отопрёт портал и уничтожит его стража.

И когда страж портала погибнет, трон можно будет разрушить!

Раздался глухой удар: химера обрушила на трон оба передних копыта. Огненный шар, брошенный Борном, обрушился на её голову, но вреда почему-то не причинил.

Она с рёвом кинулась всей тушей на трон и на Ханну со стражником, укрывшимся за его спинкой, и завизжала от боли. Серебряное сияние, похожее на пляску сияющей пыли, захлестнуло шею химеры.

Тварь забилась, пытаясь освободиться. Но из-за сети, наброшенной Зибигусом, замешкалась, и сияние окутало её удушливой пеленой.

Борн бросился под копыта химеры, выхватывая Ханну и начальника стражи.

Тварь, учуяв, что у неё отбирают обед, боднула рогами, пытаясь достать демона, но сияние швырнуло её к окну.

И тут стена тронного зала, пробитая слишком многими отверстиями для окон, не выдержала удара. Раздался треск, и вместе с оконной рамой, куском стены и балконом химера вывалилась во двор.

Сияние вернулось к трону и окутало Ханну. А потом заклубилось над ней и поднялось к потолку, словно бы выискивая новую опасность.

Но опасности здесь больше не было. Только замершие в ужасе стражники да демон с чёртом, потрясённые скоростью схватки и необыкновенной устойчивости химеры к заклятьям.

Чудовище ревело теперь на поляне перед дворцом, далеко и, казалось, совсем не опасно.

Последний дым вытянуло порывом ветра. Уцелевшие люди кашляя поднимались с каменного пола. Кто-то стонал от боли — многие были покалечены или обожжены.

Борн стоял на коленях. Он ощупывал Ханну, хлопал её по щекам, но правительница словно бы спала с открытыми глазами.

Зибигус тем временем подбежал к тому, что осталось от окна. Высунулся наружу и поглядел вниз.

Химера ворочалась на клумбе перед домом.

— Она жива! — крикнул чёрт. — Но, кажется, напрочь ослепла! Нужно её добить!

Борн поднялся с колен, подобрал кинжал — этот был тот самый, с кровью Софии — и встретился глазами с