Похождения Трусливой Львицы, или Искусство жить, которому можно научиться - Галина Черная

Вчера вечером дочь позвонила сама. С тягомотиной о своем дорогом мальчике. Первое чувство у меня было – обремененность разговором. А потом я очень просто из этого разговора получила массу всего замечательного. Все мои реплики (я обратила внимание, что как само собой разумеющееся) проходили только с сократическими вопросами. Валя начала со своих страхов отдать письмо и завязать отношения с мальчиком. Потом она начала уточнять (а я ей когда-то рассказывала), правда ли и точно ли учеными установлено, что мужчинам нравятся женщины, которые внешне противоположны им: блондинам – брюнетки, высоким – невысокие и т. д. Я ей под этот интерес – а слушала и впитывала она как губка – не только еще раз рассказала метафизику половой любви Шопенгауэра, но и о самом Шопенгауэре немного, о его «Афоризмах житейской мудрости», о гении среднего рода. Причем в разговоре постоянно участвовала она (я вопросы задавала), а она сама до всего додумывалась и была очень увлечена всем процессом.

Потом мы опять вернулись к ее Ефиму – Валя хотела узнать, не бывает ли исключений, что ему может не понравиться такая блондинка, как она. В этом месте я перешла на разговор о невротичности и о неврозах. Что если бы они были уже взрослыми людьми, то за то время, что она ходит вокруг да около него, можно было бы начать вместе жить, заняться бурным сексом, родить ребенка и разойтись – если что-то не устраивает. Но так поступают здоровые люди. Невротичные люди оттягивают решение и действие.

– Вот чего ты боишься?

– Отказа.

– Правильно, но это же не ты – это Драконы. А знаешь, как поступают с нами наши страхи, если идти у них на поводу?

– Знаю-знаю: у них одну голову срубаешь – вырастает две, потом четыре и т. д.

– Абсолютно правильно. Человек со своими страхами будто закручивается по спирали – все круче и круче. Хочешь, я расскажу тебе о своей невротичности?

Валя, конечно, хотела. Я описала ей свою производственную ситуацию в коллективе, где я побаиваюсь оценки своей подчиненной, но продолжаю делать то, что положено.

– Есть такая формула: чувства чувствами, а дело делать надо. Как ты думаешь, Валя, кто от кого зависит: я от подчиненной или наоборот?

– Конечно, она от тебя. Ты можешь ее уволить. Но получается, она чувствует, что ты боишься ее потерять, и пользуется этим.

Я даже удивилась, как здорово моя дочка додумалась до этих выводов сама. Потом мы опять вернулись ко вкусам Ефима (не может ли он быть исключением). Я перешла на теорию о влиянии социума на наши взгляды и вкусы: людям кажется, что думают они сами, а на самом деле вкусы сформированы общественным мнением, СМИ, рекламой, друзьями. Вот видят, например, худые мужчины, которым по природе подошли бы полноватые женщины, рекламу по телевизору, где показывают тощих красоток, – и им прививается именно этот идеал красоты. Или видят, что у их богатых друзей любовницы манекенщицы, и проходят взглядами мимо тех женщин, которые им по природе подошли бы.

Я не знаю, какой ее Ефим – невротизированный или нет. Потом я перешла к Фрейду, не называя его. Рассказала, что еще большое влияние на вкусы мальчика оказывает его мама, а на вкусы девочки – ее папа. Что первый мужчина в жизни девочки – ее отец. И если отец достойный человек, то своих мужей она потом будет выбирать в чем-то похожих на отца. А ее Ефим – на мать. На этом Валя пресытилась темой про Ефима и начала мне рассказывать, что ее в классе дразнят то ли старухой, то ли заумной какой-то. Как выяснилось потом – из-за случая, когда они на уроке литературы разбирали, с чем ассоциируются времена года, и все сказали, что зима похожа на старость и умирание, а Валя решила, что наоборот – она похожа на жизнь, так как зимой все активно двигаются из-за холода (лыжи, санки и т. д.), а летом жарко, и делать ничего не хочется, и поэтому лето у нее с жизнью никак не связывается.

Я опять поймала себя на мысли, что недооцениваю свою дочь. Вслух же восхитилась тем, что она высказывает мнение, идущее вразрез с общим:

– Валя, а ты не чувствуешь, что, дав тебе кличку, они сделали тебе большой комплимент? Какую выгоду ты в этом видишь?

– Ну то, что я стану спокойнее относиться к тому, что мое мнение не принимается.

– Правильно. А еще – они ведь тебя похвалили, не желая этого! Они назвали тебя старухой за твое умение рассуждать. Когда мне было пять лет, меня в садике тоже воспитатели называли старухой. И знаешь почему?

– Почему?

– Потому что по сравнению с другими детьми я лучше всех строила предложения и формулировала свои мысли. Предложения были длинными и сложными, и из уст пятилетнего ребенка это слышать было удивительно.

– Ха-ха! Тогда мне это по наследству перешло!

Потом я переключилась на мини-лекцию о видах мышления. И разложила все по полочкам четко. Всего их три. Первое – наглядно действенное, когда ты берешь иголку с ниткой и начинаешь вышивать, то есть ты смотришь и действуешь. Второе – конкретно-образное, когда ты строишь ассоциации и образы. А третье – абстрактно-логическое. Вот, например, когда мы говорим о зиме как о чем-то живом, здесь нет правильного истинного мнения. Этот вид мышления – конкретно-образный.

– Для меня облако похоже на лошадку, а для тебя – на слоника. Разве можно сказать, кто прав?

– Нет, нельзя. Каждому свое кажется.

– Правильно. А вот в каком случае мы точно можем сказать, кто прав, а кто нет?

И тут Валя опять правильно догадалась:

– Например, в математике.

– Молодец! Мы точно знаем, что дважды два – четыре, а не пять. Это истина. И это мышление называется абстрактно-логическим. В первых двух случаях мы не можем ничего увидеть или пощупать. Это только наши умозрительные заключения. Математика – чистый пример абстрактно-логического мышления. Все заключения с цифрами – только умозрительны. В природе не существует цифры 2 или деления и умножения. Но имея математический аппарат, мы можем все действия производить с реальными предметами – яблоками, машинами и т. д. А как ты думаешь – в природе, кроме людей, у кого-то еще есть этот третий вид мышления?

– Не знаю.

– Нет, Валя, больше ни у кого нет. Человек и отличается от животных только тем, что у него присутствует это абстрактно-логическое мышление. Только благодаря ему начала развиваться вся цивилизация и получены все научные достижения.

– А если бы у животных оно было, они могли бы разговаривать?

– Думаю, да. Я точно не знаю, но по-моему, речевой аппарат у человека начал развиваться тоже из-за этого.

Валя слушала и впитывала как губка. Потом она уже не знала, о чем ей еще со мной поговорить, но продолжать беседу ей явно хотелось. Она положила телефон на пианино и сыграла мне какую-то полифонию. Потом достала тетрадь по русскому языку и начала обсуждать со мной спряжение глаголов. Я сдалась, что теорию я уже помню не очень хорошо, но пишу правильно. И тут я смогла выжать полезное из разговора. Вспомнила пример своего знакомого предпринимателя, который хорошо зарабатывает и имеет свой бизнес, но когда пишет письма по электронке или говорит – чего он тоже делать не умеет, – допускает ужасные грамматические ошибки, чем сразу портит все впечатление о себе.

Рассказала, что в школе очень любила русский язык, а как сегодня показывает практика, грамотность играет важную роль в построении карьеры и достижении успеха в жизни. Рассказала о том, что меня приглашают в Москву работать. Что я побаиваюсь туда ехать. Мы вместе пришли к выводу, что в Москве, несмотря на холод, возможностей больше. Валя сказала, что смотрела по СТС проект «СТС зажигает суперзвезду», и ей очень хотелось туда поехать, но Сима сказала, что это Москва и там ловить нечего. Я спросила:

– Валя, в любом случае, если бы тебе и отказали, – ты бы приобрела дополнительный опыт?

– Да.

– А связи и знакомства новые завязала бы?

– Да.

– Так разве ты что-то теряешь при поездке?

– Нет.

Я очень вовремя опять прикусила язык, чтобы не ляпнуть, что ей для участия в этом конкурсе надо еще пахать и пахать, чтобы как-то дотянуться до конкурсантов. Но умная мама Галя не стала на этом заострять внимание, потому что если бы и случилось так, что Валя туда попала, то ко всем этим выводам она пришла бы сама после провала. Мы наконец-то попрощались. И я положила трубку, до конца не осознав, какая я молодец.

Сейчас утро, я описываю наш разговор и понимаю сейчас до конца: как здорово у меня идет общение с дочкой. И самое прекрасное, что оно идет уже на уровне БЫТИЯ. Я пропиталась всем этим и не прикладываю никаких усилий – просто следую за потребностью дочки и выдаю то, что знаю и что думаю.

В качестве дополнительного эффекта я почувствовала себя очень даже неплохо образованным человеком – благодаря семинарам М.Е. и тем знаниям, которые потихоньку в меня впитались. Весь разговор длился минут сорок. Валентине было очень интересно – флюиды заинтересованности перетекали мне в ухо. По-видимому, разговором заинтересовался даже Валин дорогой папа. Вернее, не разговором, а с кем она на трубке так долго висит. Но не запретил, узнав, что с мамой.