Фантом памяти - Александра Маринина

- Дальше начинается скандал, людей "старой" группировки прижимают к ногтю, в результате чего освобождаются занимаемые ими должности, - продолжил Василий. - А должности эти - хлебные.

- Совершенно верно, - согласилась Елена. - Несчастные оболганные офицеры начинают кричать на каждом углу: вы посмотрите, что они творят, они хотят нас скинуть, потому что мы мешаем им зарабатывать деньги преступным путем! В результате скидывают их противников за неспортивное, так сказать, поведение. И все освободившиеся должности плавно переходят к представителям "новой" группировки. Просто и безболезненно. И никаких, заметьте себе, конкретных разоблачений, никаких судебных процессов и тюремных сроков. То есть никакого кровопролития. Просто симпатичный внутриведомственный скандальчик с вполне прогнозируемым результатом. И наши "новые" милиционеры с чувством глубокого удовлетворения занимают все остальные освободившиеся должности. А "старым" никогда в жизни не удастся доказать, что они клеветой не занимались и вообще не имеют к этому никакого отношения. Потому что единственный свидетель во всей этой истории - ты, Андрей, а ты скажешь, что материалы тебе передал генерал Маслов Валерий Сергеевич, один из главных действующих лиц в стане "старых". А у Маслова теперь уже никто ничего не спросит. Видишь, как все просто.

- А если я этого не скажу? - я пристально посмотрел на Елену. - Я же этого не помню. Я знаю об этом только со слов Марии.

- Значит, об этом скажет твоя Мария. И еще та дамочка из Франкфурта, она тоже подтвердит. И ты, Андрей, окажешься в полном дерьме, а наши злобно оклеветанные милиционеры - все в белом.

- Выходит, они состряпали дезу сами на себя, - уныло подвел я итог. - А я чуть было не попался.

- Минутку! - голос Злотника прозвучал строго и недовольно. - Я утратил нить расследования. Мы обсуждали только материалы, а теперь появились какие-то новые имена. Может быть, вы соизволите мне объяснить, о чем речь?

Аккуратно, Корин, предельно аккуратно, обдумывай каждое слово. У тебя нет оснований не доверять Злотнику, но и оснований полностью довериться ему у тебя тоже нет. Говори только то, что и без того всем известно.

Я говорил медленно, не сводя глаз с Елены и по выражению ее лица оценивая свои слова. Она слушала внимательно, и, кажется, я ничего такого не ляпнул. Шел по улице, поскользнулся, упал, потерял сознание, очнулся - гипс. Ничего не помню. Сказали, что был какой-то Маслов, который передавал мне какие-то материалы. Маслов погиб. Еще сказали, что во Франкфурте была какая-то Вероника, знакомая Маслова, которая свела меня с людьми, обладающими дополнительной информацией. Сам ничего не помню, все сведения - с чьих-то слов.

- Ну что ж, - заявил Злотник, когда я завершил стерилизованное изложение действительности, - Елена абсолютно права, генерал Маслов и в самом деле принадлежал к когорте "старых" и по несчастливому стечению обстоятельств показания давать не может. Значит, тебя, Андрей, обманывают, и материалы тебе на самом деле передавал кто-то другой, из группировки "новых". Он мог назваться Масловым, а документов ты и не спросил, зато всем вокруг рассказывал, что встречался с генералом Масловым. Теперь уже не узнать, как все было на самом деле, раз ты ничего не помнишь. Но!

Василий выразительно поднял палец.

- У нас осталась Вероника, и мы можем попробовать выяснить, кто она такая и с кем связана. Может оказаться, что она говорила тебе неправду, что никакого Маслова она на самом деле в глаза не видела. Если выяснится, что она тесно связана с группировкой "новых", то круг замкнется. Идея ясна?

Господи, господи, ну почему так трудно лгать и притворяться? Делать вид, что ничего не помнишь, хотя на самом деле помнишь все. И ничего не понимаешь...

ГЛАВА 19

Мария, Муся, Кошечка Пушистая, как же ты могла? Как? Зачем? Сколько тебе заплатили за этот спектакль? Впрочем, вопрос риторический, тебе нужны деньги, чтобы оплатить лечение дочери. Твоих процентов от моих гонораров на это не хватает. Почему ты не попросила денег у меня? Знала, что отдавать придется долгие годы и еще неизвестно, сумеешь ли? Или гордость твоя непомерная не позволяет просить денег? Если бы я сам предложил, ты бы взяла. А я не предложил. Почему, ну почему мне это и в голову не приходило? Знаю почему. Я не стремился лезть в твою жизнь, мы ведь не друзья, а деловые партнеры, ты никогда не жаловалась, и я считал, что у тебя все в порядке. Мне удобно было так считать. Я знал, что у тебя больна дочь, но ты ведь все время как-то организовывала ее лечение, стало быть, зарабатываемых денег тебе хватает. А то, что это совсем не то лечение, какое нужно, - об этом мне было неинтересно знать. Я сам виноват в том, что ты польстилась на эти деньги. Сам виноват.

Не было никакого генерала Маслова. То есть в реальной жизни он был, служил себе в МВД, потом погиб по дороге на дачу, но в моей жизни он никогда не появлялся. И в прошлом году во Франкфурте не было никакой Вероники, и никакого страстного и скоропалительного романа. И я не ездил в Тройсдорф, и не встречался с Николаем Яновским. Мне просто подсунули красивую неглупую бабу, возможно, даже актрису, и адрес трагически погибшего русского эмигранта, у которого, как у генерала Маслова, уже ничего не спросишь.

И не было никаких материалов про МВД. И книгу я писать не собирался. Меня просто использовали как болванчика в преферансе. Они давно уже вынашивали этот замысел, подыскивали подходящую кандидатуру. Эту дезинформацию нельзя было, как часто делается, слить в средства массовой информации, потому что любой мало-мальски уважающий себя журналист сначала проведет хотя бы поверхностную проверку и, убедившись, что ему подсунули липу, не станет ее печатать. Им нужен был писатель, такой, как я, - ничего не понимающий в жизни системы МВД, увлеченный собственными фантазиями и ничего не делающий сам, то есть такой, который не станет ничего проверять, а просто слепит из поданного ему сырья книжку. Книжка разойдется огромными тиражами, все читатели узнают, какие "новые" милиционеры гады и сволочи, а потом с интересом прочтут в прессе, что негодяй Корин их оклеветал и на самом деле они белые и пушистые и пали жертвой злокозненных интриг со стороны "старых" ментов, нажравших ряхи на криминальных деньгах и не желающих расставаться с кормушкой. Заодно и престиж собственный подлатают на всероссийском уровне. А еще лучше - не надо никакой книжки, вполне достаточно интервью писателя Корина о замысле нового романа и пары отрывков - и дело сделано. Текст отрывков представляет собой фрагмент художественного произведения и никакой правке в редакции периодического издания, а уж тем более проверке, не подлежит. И само издание ничем не рискует, Корин отрывки представил - мы напечатали, а что, нельзя было? Мы же не знали, что у него там все имена настоящие и что это гнусная клевета, мы за Корина ответственности не несем, пусть сам отвечает.

Наверное, они давно уже выбрали меня. И давно подкатывались к Мусе. Только нужно было придумать, как сделать так, чтобы я использовал настоящие имена и должности, а не давал персонажам такие имена, какие мне захочется. Это и было, наверное, самым трудным. Интересно, что они придумали? Наверное, ничего. Может быть, решили пойти по другому пути, но тут как раз и подвернулась авария с последующей амнезией. Вот уж воистину, им сам черт люльку качал.

Как только стало известно о моей амнезии, они быстро сообразили, как это можно использовать. Спросили у специалистов, и те объяснили им, что либо память восстанавливается в течение нескольких дней, либо это уже надолго. Риск чудовищный, но они рискнули. Видно, слишком многое поставлено на карту.

Кого они наняли, чтобы сварганить из материалов нечто похожее на мои предварительные наработки? Вряд ли фальсификацией занимался один человек, слишком большой объем работы, наверняка их было несколько, целая группа. Кто бы это ни был - пятерку им с плюсом! Поработали на "отлично". Не без помощи Муси, естественно, ведь у нее был доступ к моему компьютеру, квартира стояла пустая, а ключи я сам ей дал. Они скачали мои наработки к предыдущим книгам, положили перед собой мои тексты и филигранно изготовили подделку, имитируя мой стиль и даже мои обычные сокращения. Какие таланты пропадают! Впрочем, почему пропадают, им, наверное, неплохо заплатили.

Любопытно, литагент из Канады, которого Муся называет "канадским безумцем", действительно приезжал в мае, или это было лишь отговоркой, чтобы не навещать меня в санатории и не вести длительные серьезные разговоры о минувших двух годах? Я склонен думать, что Муся просто избегала общения со мной. Ведь неизвестно было, удастся ли слепить правдоподобную картинку и подсунуть ее мне, а до тех пор, пока это не известно, нельзя рассказывать мне о моей жизни. А то ведь что получится? Скажет мне Муся о замысле книги о милиции, а где материалы, где наработки, где хотя бы блокнот с предварительными записями? Нету. А если не скажет сразу, промолчит, а потом придется предъявлять материалы, то еще хуже выйдет. Почему не сказала? Я ведь спрашивал тебя, чем я занимался, какую книгу задумывал, какую информацию собирал. Нет, нельзя ей было появляться в санатории, пока не будет ясности. Ну вот, ясность и наступила. Липа слеплена и закачана в мой компьютер. Теперь можно начинать.