На свои круги (СИ) - Турлякова Александра Николаевна

Думая о ней, он мечтательно улыбнулся своим сокровенным мыслям, и эту улыбку его заметила Ания.

- Чему вы улыбаетесь?

Он не ответил, молча пожал плечами.

- Вы чему-то радуетесь? Что вам нравится? Скажите!

- Просто всё хорошо. Мы добрались до Берда, вы добились того, чего хотели, и погода хорошая, да и вообще...- Передёрнул плечами нетерпеливо.- Всё хорошо. Разве нет?- Сам спросил с улыбкой.

- Конечно,- согласилась Ания.

- Вот вернёмся, как ещё встретит нас барон Элвуд?

Ания строго поджала губы. Да, об этом не стоит забывать. Барон и за меньшее злился куда как серьёзно. Поездку в Берд, да во время осады, он ей не простит. За самовольные действия он накажет её, и думать об этом сейчас – ой! – как не хотелось. Потом, пусть барон появится потом, как можно позже, а лучше вообще никогда.

Но, видимо, она зря об этом мечтала.

После обеда они въехали на один из постоялых дворов по пути: попоить лошадей и самим хоть что-нибудь съесть, и сразу же в глаза бросились осёдланные кони у коновязи, много коней.

Ания, спустившись с седла, долго не могла решиться сдвинуться с места, невольный страх сковывал её, и она следила за тем, как Эрвин поил лошадей и привязывал их у коновязи.

- Может, нам лучше не останавливаться?- спросила вдруг, и Эрвин удивился её вопросу.

- Почему? Мы никому не помешаем, нам хватит одного угла, пообедаем и поедем дальше. Всё будет хорошо.

Ания кивнула, соглашаясь, но тревога не проходила. И не зря. Не успели они войти в двери, как навстречу вышли люди, и среди них Ания сразу же узнала своего мужа – барона Элвуда.

Он тоже узнал Анию и, ни слова не говоря, тут же ударил по лицу наотмашь сильно и тяжело, сразу лишив и желания и возможности сказать хоть слово. Баронесса качнулась на ногах и упала назад прямо на грудь стоящего за спиной Эрвина, зажала и нос и губы ладонями, глядела поверх пальцев огромными глазами, в них стояли и боль, и ужас, и слёзы.

- Как ты могла? Что ты себе позволяешь? Бестолковая глупая курица...- прошипел барон Элвуд сквозь стиснутые зубы.- Безмозглая тварь...

- Милорд!- это уже не вынес Эрвин; не дав жене сеньора упасть после удара, он держал её за плечи перед собой. Барон обжёг его таким свирепым взглядом поверх головы жены, что у любого бы пропал дар речи.

- А ты вообще рот закрой! Я не желаю тебя ни слышать, ни видеть... Как ты мог пойти на поводу? Как ты вообще посмел? У этой...- Поджал тонкие губы, переводя взгляд на лицо Ании.- Как можно было? Да ты, да вы... да я вас двоих...

Вокруг обступили слуги, все стояли тихо, боясь глядеть в лица, что-то говорить, даже дышать в присутствии злого господина.

- Милорд,- подал голос Эрвин,- позвольте помочь вашей супруге, вы, наверное, сломали ей нос, пожалуйста...

Барон перевёл на него взгляд неподвижных глаз, казалось, ничто не могло переубедить его сменить гнев на милость, но вот он встретился глазами со взглядом жены и ответил, наконец:

- Уведите баронессу и помогите ей.

Камеристка подхватила госпожу под локоть, и все расступились, пропуская их в дверь постоялого двора. Эрвин остался один на один с бароном. Он ждал наказания, был готов к боли и ругательствам, но барон приказал коротко:

- Я лишаю тебя звания оруженосца, ты свободен от всех обязательств и клятв. Арестуйте этого человека и держите под стражей, и никому глаз с него не спускать. Ответите головой.

Охрана и другие оруженосцы удивлённых взглядов не прятали, когда провожали сеньора в дверь. Наказал, так наказал, лучше бы избил, чем так. И судя по наказанию, барон счёл поступок непрощаемым. Эрвин только усмехнулся. Ну вот... То ли ещё будет.

Ания чувствовала, как трясло всё тело в ознобе нервной дрожи, большой боли ещё не ощущалось, в голове звенело протяжным звоном оборванной струны на одной не самой приятной ноте. Камеристка хлопотала рядом, пытаясь остановить кровь, касалась лица лёгкими невесомыми движениями.

- Что же вы натворили, миледи? Что наделали? Боже мой...- причитала шёпотом, будто боялась, что кто-то может её услышать, хотя комната постоялого двора, выделенная барону, была пустая.- Слава Богу, что он не сломал вам нос, как подумал этот ваш...- не нашлась, что сказать и замолчала.

Ания медленно прикрыла глаза: начала накатывать боль, от неё зашумело в голове.

- Нет? Не сломал?- спросила и сглотнула тёплую противную кровь, застывающую в горле.

- Нет, слава Богу, хотя удар у него – ох! – представляю,- покачала головой,- на ногах не устоишь...

Ания мысленно согласилась с ней, но спросила про другое, то, что тревожило её, что занимало все её мысли эти последние дни:

- Что с моим сыном? Как он?

При вопросе о сыне барона Несса вдруг мягко улыбнулась, и Ания почувствовала облегчение от этой улыбки, она показалась ей самым прекрасным видением на земле.

- Что, Несса? Говори! Пожалуйста! Ну же...- Не могла больше терпеть Ания.

- Всё хорошо, он жив и здоров, ждёт вас, сейчас он с няней и с кормилицей, только мамы нет рядом...

Слёзы благодарного счастья в миг наполнили глаза Ании, да, всё получилось, Небесная заступница спасла её мальчика, он жив и здоров. Боже мой! Какое же это счастье! Да какой там барон? Что его кулаки и угрозы? Всё это пустое, главное жив и здоров её мальчик.

Она плакала навзрыд, и от слёз щипало разбитые губы, и снова потекла кровь из носа, но Ании было всё равно, она стирала всю эту смесь руками, не в силах остановить слёз, а камеристка, устало глядя на неё, отчаялась привести в порядок лицо госпожи.

- Всё хорошо, миледи, всё обошлось...

Она принялась рассказывать, и Ания слушала её, пытаясь справиться со слезами. Оказывается, на следующий же день, после того как они ушли, в замок прибыл человек, это был лекарь, и он попросил поднять себя на крепостную стену. Это был человек из окружения графа Мард, как уж он здесь оказался, никто не понял, да и он сам не слишком распространялся, но его подняли в замок.

Прибывший чудесным образом оказался хорошим врачом, он сразу же осмотрел ребёнка, приказал заварить какие-то травы, сам выкупал мальчика в отваре этих трав, напоил его чем-то, и после этого сын барона проспал два дня, а проснулся совершенно здоровым, голодным, измученным, но здоровым. Правда, самого лекаря к тому времени в Дарнте уже не было: с армией вернулся барон Элвуд, отбил войска противника, снял осаду с замка, и люди графа Мард ушли почти без боя, а потом барон выгнал лекаря, гремя на весь замок. Сколько злости и ненависти вылилось на голову этому человеку, можно только представить. Почему и как он появился здесь, в Дарнте, его и не слушал никто, не говоря уже про какое-то вознаграждение, можно сказать, еле ноги унёс и на том спасибо.

Было ли это чудом или послала его Богоматерь, тронутая молитвами убитой горем матери, можно долго гадать, но Ания всем сердцем рвалась теперь домой, к своему ребёнку.

Да! Да! Да!

Получается, что Матерь Божья не дождалась её молитв в Берде, она прислала этого человека-лекаря на следующий же день, как Ания ушла в своё паломничество. Не так важны были молитвы, главное – порыв души, тот выбор, что сделала Ания, то, что она решилась на этот серьёзный шаг, сумела пересилить свой страх, не испугалась трудностей пути, опасностей в дороге. И сейчас она не испугается барона, его криков, его кулаков, его взоров. Она сумела, она спасла своего сыночка, и всё остальное – пустое!

- Знаете, миледи, как ругался барон?- Несса принялась вновь стирать кровь с разбитого лица госпожи.- Он так шумел, всем досталось. Он почти сразу же погнался за вами следом, как... как...- Она замотала головой, не в силах найти подходящего слова.

- Как безумный,- подсказала ей Ания.- Я знаю. Я представляю себе.- Вздохнула.- А кто же остался в Дарнте? А если войска графа Мард вернутся?

- Там сейчас граф Гавард со своими людьми.

- В Дарнте граф Гавардский?- Несса не ответила ей, только согласно кивнула.- А кто же там с ним? Он же гость! И никого нет!