Изара, книги 1-6. Кассардим, книги 1-3 - Юлия Диппель

– Я – Хиро. Мастер Белиал поручил мне заботу о вашей безопасности, – проговорил синеглазый азиат. Он закрыл за нами дверь, и она, к моему величайшему изумлению, просто пропала у меня на глазах. Вместо нее на противоположной стороне комнатушки появилась другая. Сделанная из темного дерева, с тяжелой железной фурнитурой, она занимала все доступное пространство. Люциан невозмутимо следил, как Хиро достал по виду уже старинный ключ и отпер замок. Когда он распахнул обе дверные створки, нас обдало потоком жаркого ночного воздуха. Синеволосый праймус вышел из комнаты. Я хотела проследовать за ним, но Люциан меня удержал.

«Сначала Хиро переговорит со своими людьми. Давай дождемся, пока он за нами не вернется, чтобы нас нечаянно не посчитали непрошеными гостями», – мысленно предупредил меня он. Он казался расслабленным, хотя его глаза ни на миг не теряли бдительности.

«А где мы вообще?» – спросила я его, вглядываясь в пространство за дверью. Я надеялась, что ответ не будет содержать понятие «катакомбы». У меня совсем не было настроения сегодня ночью снова исследовать новые миры.

Снаружи в ночное небо поднимались очертания нескольких деревьев. Казалось, что они расплывались в тенях, словно кто-то использовал слишком много краски, чтобы их нарисовать. Раздавалось жужжание, щебетание и кваканье. Кроме этого – таинственная тишина.

«По моим догадкам… где-то среди болот Луизианы», – ответил Люциан.

«ЧТО?!»

Он успокаивающим жестом накрыл мою ладонь своей:

«Возможно, мне стоило заранее рассказать тебе о Белиале и его эксцентричном поведении, Ари. Но я не хотел тебя пугать».

Я нахмурилась и беспокойно переступила с ноги на ногу в своих новых туфлях.

«О чем мне следует знать?» – нервно осведомилась я. Снаружи слышались голоса. У нас оставалось не так много времени до прихода Хиро. Люциан медлил с ответом, как если бы он очень аккуратно выбирал слова.

«Бел, он… дьявол».

Я глубоко вздохнула и закатила глаза:

«Только не начинай снова. Ты прямо как Райан».

Люциан двумя пальцами приподнял мой подбородок и заглянул в глаза:

«Нет, Ари. Я серьезно. Бел – дьявол. Люцифер, Сатана, Самаэль, Азазель, Вельзевул, Мефистофель, дьявол… У него тысячи имен, но только один облик, и ты вот-вот с ним встретишься».

Помимо мой воли у меня задрожали руки. Вот о чем говорил Райан.

«Ты тащишь меня к… Сатане?!»

Спасибо и на том, что Люциан не стал напоминать, что я сама настаивала, что пойду с ним. Он, вздохнув, запустил руку в волосы.

«Помнишь, о чем Лиззи говорила тебе в самом начале? Человеческие понятия о добре и зле здесь не играют роли. Он просто праймус».

Легко ему говорить. А все-таки тысячелетия религиозного влияния просто так не вычеркнешь. Люциан поймал мои трясущиеся пальцы и нежно их сжал.

«Ари, это прозвучит странно, но в данный момент здесь ты не в большей безопасности, чем где-либо еще. Меня это зверски бесит, потому что я просто не выношу этого напыщенного позёра. Но он не шевельнет и волоска на твоей голове. Бел просто одержим легендой об Изаре. И это он сделал так, чтобы она повлияла и на ваши людские предания. Звезда, указывающая путь к Спасителю нашему. Мать Искупителя. Два брата, один из которых убивает другого. Люцифер – светоносный, павшая утренняя звезда. Ничего не напоминает?»

Черт, он сейчас говорит про Библию?!

«Он отдал бы жизнь, чтобы спасти Изару».

«И в чем тогда проблема?» – недоумевая, уточнила я.

«Он в каком-то роде коллекционер…»

«А я могла бы стать жемчужиной коллекции?»

«Да, – признал Люциан и серьезно посмотрел на меня. – Ари, просто постарайся не провоцировать Бела и не подогревать его интерес к тебе».

После того как Хиро вывел нас из старого викторианского особняка, парадные ворота которого оказались порталом, он повел нас по разрушенному мосту через болота. Не единожды Люциану приходилось подхватывать меня, чтобы я не упала на каблуках. Вдоль нашего пути были расставлены факелы и свечи, отбрасывающие свой свет на черную воду под нами. Все это смотрелось немного мрачновато, но выглядело бы даже романтично, если бы не забавные декорации: на деревьях болтались испачканные кровью кости и перья. На стволах красовались пентаграммы, украшенные куриными лапками. Подозрительные тканевые мешки лежали на закапанных воском кучах камней, напоминающих алтари. То и дело на нас пустыми глазницами взирали черепа. Если бы я была одна и без своих стен, я бы наверняка уже наделала в штаны от страха. Но не приближаясь к этому и с Люцианом рядом со мной, все это казалось скорее плохой «пещерой ужасов»[14].

Когда перед нами открылись мангровые заросли, над болотами показалась ультрасовременная вилла из стекла и стали. Откровенно говоря, я предполагала, что в конце дороги мы увидим страшный замок или как минимум дом с привидениями, но этот Бел, по-видимому, предпочитал жить с комфортом. Тропинка сменилась мраморными плитами. Они, будто каменные островки, утопали в травяном море, как на поле для гольфа. Свет от галогеновых фонарей смотрелся практически стерильным по сравнению с факелами.

Настало время взять себя в руки. В тени виллы располагался бассейн. Сопровождаемая мягкими всплесками, чья-то фигура двигалась в подсвеченной воде.

– О, пожалуйста, нет… – простонал Люциан. Я переводила непонимающий взгляд с него на ту фигуру, из предосторожности огляделась вокруг, но не уловила ничего, что могло вызвать у него такую реакцию.

«Что?» – мысленно спросила я его.

«Просто подожди!» – его взгляд остановился на пловце. Подплыв к бортику, мужчина мощным движением вылез из бассейна. Вода струйками сбегала по его загорелому телу, как будто этот парень вышел из рекламного ролика. На его хорошо накачанной спине выделялось несколько более светлых линий. Они смотрелись как шрамы от печатей и перекрещивались так, что образовывали собой искаженную звезду. Его знак праймуса. Она напоминала пентаграмму, но два верхних окончания и одно нижнее были заметно длиннее боковых.

«Вау», – я только что столкнулась с источником одного из старейших символов зла.

Парень небрежно провел руками по светлым волосам и повернулся к нам, открыв вид на безупречную верхнюю часть своего тела. Он выглядел старше, чем Люциан, что-то вроде сёрфера среднего возраста. Потом пара бирюзовых глаз обнаружила меня, сверкнула потрясающая улыбка, а на его щеках появились две очень милые ямочки. И это сам дьявол?!

– А, вот вы и пришли, – воскликнул он и направился к нам. По пути он подобрал полотенце и провел им по груди и лицу. Затем он обернул его вокруг влажных плавок с ироничным рисунком в виде языков пламени, завязав узел свободнее и ниже, чем нужно. Люциан закатил глаза.

– Ты, должно быть, Эриана, – сказал Бел мелодичным голосом и