Возвращение изгнанника - Рэймонд Фейст

Со всех сторон сюда же стекались эльфы, чтобы помочь раненым.

— Что случилось? — выговорил, кашляя, Каспар. Паг обернулся, услышав этот вопрос, и поднял руку, призывая к молчанию. Каспар понял почему, как только увидел лицо Томаса.

Беспредельный гнев исказил красивые черты принца-консорта. Глухим голосом, еле сдерживаясь, Томас заговорил:

— Кто посмел? — Он обвел глазами застывшие тела и сорвался на крик: — Кто посмел так поступить с моим народом?

— Те, кому нужно вот это, — сказал Паг, указывая на Талноя. — Они могут не знать точно, что это такое, но догадываются о его исключительной важности. Они почувствовали, что здесь находится носитель темной магии, и захотели получить над ним власть.

— Откуда тебе это известно? — спросил Каспар, стягивая с пальца кольцо.

— Ничего другого быть не может. Более того, я знаю наверняка, кто послал убийц-танцоров.

— И кто же?

Лицо Пага в этот момент являло собой маску контролируемого гнева, не менее пугающего, чем гнев Томаса, а может, и более опасного — именно из-за железного контроля, что сдерживал его в узде. Маг тихо проговорил, чеканя каждое слово:

— Твой старый друг Лесо Варен. Все это, — широко развел руки Паг, — доказывает, что он вернулся, потому что только он обладает мощью создать одновременно столько убийц-танцоров.

— Почему он атаковал нас здесь? — спросил Каспар.

Паг кивком головы указал на Талноя.

— Должно быть, он почуял его присутствие, когда Тэйтар и чародеи сняли защиту Эльвандара, чтобы позволить нам перенестись отсюда. — Паг взглянул на Томаса. — Я чувствую свою ответственность за случившееся. Ведь если бы я решил уйти тем же путем, что и прибыл сюда, он никогда бы не смог проникнуть в ваше убежище.

Томас покачал головой.

— Нет, мой добрый друг. Это не твоя вина. Он бы все равно прорвался через нашу защиту. Помнишь, когда ты был пленником в мире цурани, только Макрос Черный сумел отразить нападение цуранийских чародеев. Если они знали, как сломать нашу оборону, то знает это и Варен.

Паг нахмурился.

— Возможно, ты прав. Я пошлю к тебе Миранду, как только вернусь домой. Ее опыт может пригодиться Тэйтару и остальным, когда они будут восстанавливать защитные заклинания. — Он смотрел на дым, висящий в воздухе, слушал стенания и крики отчаяния. — Это не должно повториться.

Каспар мог лишь молча кивнуть.

При дворе королевы собрались члены Совета, чтобы оценить ущерб, нанесенный атакой темных сил. Это было печальное занятие. Шестнадцать эльфов пожертвовали жизнями ради того, чтобы уберечь свою родину. Еще дюжина погибла в огне, трое из них — дети.

Паг отвел Каспара в сторону, пока Агларанна и Томас слушали донесения из разных концов Эльвандара.

— Эльфы могут иметь только одного ребенка в сто с лишним лет. Поэтому понесенные сегодня этим народом потери — тяжелейшие со времен Войны Врат. Погибших детей будут оплакивать долгие годы.

Каспар тихо ответил:

— Я догадывался об этом. Ужасная трагедия.

Тем временем к королеве обратился Асьяла:

— Наши охранные заклинания были сметены в мгновение ока, ваше величество. Это значит, что кто-то изучал нашу защиту долгое время, тщательно и скрытно. Как только защита пала, на нас обрушили два других заклинания. Пожар был вызван простым заклинанием огня, но очень объемным. — Следующие слова Асьяла адресовал Пагу: — Это произошло не из-за тебя, мой друг. Думаю, даже если бы мы не приоткрыли для вас защиту, результат был бы тем же.

Вперед выступил Тэйтар. Его глаза скрывались под нахмуренными седыми бровями, но все равно было видно, что в них горит гнев.

— Паг, Асьяла прав. Это была не случайная атака. — Он подошел к Талною. — Может, наш старый враг почуял присутствие этого существа здесь и решил воспользоваться моментом, но эффективность нападения и тщательность подготовки, необходимой для снятия защиты, поджога деревьев и переноса такого количества убийц-танцоров вглубь нашего леса, — все говорит о том, что эту атаку давно и терпеливо планировали. Нет, решение о вторжении в Эльвандар было принято давно, это очевидно. Вероятно, только точное время атаки оставалось неопределенным.

Паг кивнул, соглашаясь со старым эльфом.

— Варен, должно быть, готовил нападение на Эльвандар в качестве запасного плана, ведь он не мог знать, что мы привезем это создание именно сюда. Что касается самого плана, то он был эффективен и прост, однако для его осуществления требовалось великое мастерство. Заклинание дезориентации сработало сразу же, как только пала защита, и время появления убийц-танцоров тоже было рассчитано точно. Вне всяких сомнений, что само по себе нападение было не чем иным, как отвлекающим маневром — масштабным, кровавым и жестоким, — под прикрытием которого планировалось похитить Талноя. — Паг вздохнул: — И все равно я не могу не винить себя. Если бы я не доставил сюда этот артефакт, ничего бы этого не случилось.

— Не терзай себя понапрасну, друг мой, — сказал Томас и взглянул на Талноя. — А ты не находишь парадоксальным то, что, не будь здесь этого существа, мы бы понесли куда более тяжкие потери? Раньше или позже, но я уничтожил бы убийц-танцоров, однако за это время погибло бы еще больше наших людей. И вот еще что я хочу сказать: я видел Талноя в деле. Это страшное создание, вы должны удалить его из Мидкемии как можно быстрее, потому что перед армией таких существ Мидкемия не устоит. — Принц-консорт подошел к своему другу. — То, что я помню о жизни Ашен-Шугара, это одно, а мой собственный опыт — совсем другое. Паг, объединенная мощь Королевства и Кеша, все маги Звездной Пристани и острова Колдуна — все они вместе не смогут справиться с десятью тысячами этих созданий. Действуй без промедления.

— Да, пора отправляться, — согласился Паг. — Думаю, всем нам стало ясно, что Варен опять возглавил силы, противостоящие Конклаву, и при этом он ведет себя смело, даже безрассудно. Снятие защиты с Эльвандара — дело совсем непростое, а сверх того две дюжины убийц-танцоров… — Он многозначительно покачал головой, глядя на друга детства и королеву эльфов. — Такое колдовство столь же чудовищно, как и создание Талноя, потому что в каждом убийце-танцоре заключена душа, добровольно отдавшаяся магу для его черных дел. Только фанатики способны пойти на такое.

Каспар отметил, что Томас вернулся к Агларанне и склонился к ней, чтобы вполголоса сказать что-то. Королева, выслушав мужа, взяла его за руку и с тревогой заглянула в глаза. Через секунду она опустила взгляд, словно смирившись, и Томас поцеловал ее и обернулся к Пагу и Каспару.