Драконий день (СИ) - Янтарина Танжеринова

— И что говорит целитель?

— Целитель в полном недоумении, мэора. Он не понимает, как возникла болезнь и почему она так внезапно отступила, — пожал плечами юноша. Чувствовалось, что говорить ему об этом неприятно. — Я заснул больным и слабым, а проснулся совершенно здоровым, как мне сказали.

Интересно, это был отвлекающий манёвр? Чтобы сбить её со следа, отвлечь от истинного виновника? Замечательно, могут себя поздравить, им это удалось. Все прочие Файханасы присутствовали на «рассветном кофепитии» и больными не выглядели. Айриэннис оказалась там же, где была вначале, и вновь понятия не имела, кто «маг-враг». Правда, она всё равно радовалась, что это не Фирниор, а мага она и так найдёт, дайте срок.

От несколько недовольных размышлений её отвлёк Фирниор, сообщивший:

— Мэора Айнура, а ведь не я один ночью внезапно заболел, представляете? Пострадал также мэор Мирниас, у него примерно то же самое, что у меня. — Он помялся, но всё-таки добавил неохотно: — Ну, о мэоре Тианориннире вы, наверное, и сами знаете.

— Знаю что? — насторожилась магесса.

Юноша удивился:

— А разве вам не сообщили, мэора? Он тоже заболел, наш целитель посещал обоих и говорит, что это просто эпидемия какая-то.

Да-да, эпидемия, кто бы сомневался. Придуманная специально с целью одурачивания одной настырной магессы, которой его светлость едва ли желает долгих лет жизни и великолепного настроения поутру. Наверное, «чудесно исцелившегося» Фирниора герцог специально послал предстать пред её очами, чтобы она убедилась в ошибочности собственных выводов. Тианору подсунули какое-нибудь зелье, лишающее сил, и не исключено даже, что зелье было выпито добровольно. Айриэ почти не сомневалась, что менестрель служит его светлости. Охотно или нет — это уже другой вопрос, для неё значения не имеющий. А самое забавное, что Тин, наполовину эльф, к Запретной магии не способен в принципе. Но Файханас вряд ли об этом знает, вот и пытается с его помощью сбить магессу со следа.

Мирниасу тоже могли, скажем, подлить что-нибудь в пищу. Вдовицу его, что ли, прижать и расспросить как следует? В любом случае, молодому артефактору стоит нанести визит, именно этого от неё и ожидают. Вслух она сказала:

— Спасибо вам за новости, Фирниор. Поеду, пожалуй, навещу наших больных — вдруг я увижу больше, чем ваш целитель, если болезнь вызвана магическими причинами. Желаю приятной прогулки.

Фирниор был заметно обижен и раздосадован тем, что от его присутствия так быстро избавились. Однако Айриэ некогда было выгуливать этого хорошенького щеночка, пусть развлекается самостоятельно.

Глава 17

Визит к Тианору оказался мучительнее, чем она ожидала, причём для обоих. Похоже, ему было так же неприятно лгать ей, как Айриэ — слушать эту ложь.

На сей раз он встретил её, сидя в пухленьком, уютном креслице, заботливо укутанный светлым пушистым пледом. Квартирная хозяйка менестреля, столкнувшись с магессой в дверях, озабоченно шепнула, что целитель не смог сказать, что за неведомая хворь напала сегодня на троих его пациентов. Оставил, мол, укрепляющее питьё, подпитанное слабенькой магией, да велел принимать каждые три часа. А если в состоянии больного что-то изменится, немедленно послать за ним.

При виде любовницы Тианор едва заметно сморщил нос, но сказал почти без укора, кротко опустив ресницы:

— Айнура, спасибо, что пришла. Хоть ты и знаешь, как мне не нравится, что ты видишь меня таким слабым.

Она с ласковой и чуть грубоватой насмешливостью посочувствовала, внимательно рассматривая полуэльфа. С его аурой всё было в относительном порядке, слабость и упадок сил никоим образом не угрожали жизни. Но выглядел он скверно, и дело было даже не в бледности и залёгших под глазами тенях, делавших его тёмно-янтарные глаза неправдоподобно огромными. Тианор боялся. Так сильно, что нервно вздрагивал при внезапном шуме на улице или у старичков за стеной, причём едва ли сам это замечал. Его пальцы то и дело комкали плед и тут же отдёргивались от него, будто обжёгшись. Временами у менестреля подёргивалось левое веко, и он со злостью тёр глаза, пытаясь избавиться от тика. И настоящей улыбки у него никак не получалось, губы кривились в жалкой гримасе, а в глазах плескался страх. Айриэ делала вид, что ничего не замечает, но Тин слишком хорошо её изучил, провести его не удалось. М-да, ситуация… Ты знаешь, что я знаю, что ты лжёшь…

Их беседы и встречи раньше проходили легко и весело, не приходилось ничего скрывать друг от друга и выверять каждое слетевшее с губ слово. Когда Тианориннир переменился? Пожалуй, вскоре после убийства мельничихи. Тогда он начал…хм, служить его светлости, так получается? Или делал это с самого начала, не так уж важно, в конце-то концов. Жаль, что она была с менестрелем достаточно откровенна, но, с другой стороны, она и не поведала каких-то особенных тайн. Так что пусть его хозяева кушают то, что он мог им поведать, и давятся, корррявое Равновесие!.. Однако сильно же Тианора напугали, если гнева его светлости он боится больше недовольства магессы. С другой стороны, менестрель — человек (точнее, полуэльф) маленький, а грозный и почти всесильный герцог — вот он, рядом. Что захочет, то и сделает. Видимо, его светлость был крайне убедителен, раз Тианор даже не попытался искать защиты у Айриэ.

Мерзко, что Тианор всё-таки виновен перед ней в чём-то, иначе не прятал бы сейчас глаза, не ёжился неуютно и не смотрел тоскливо в окно, наверняка отсчитывая минуты до её ухода. Мерзко и противно смотреть на предавшего твоё доверие, но это можно пережить. Запить гадкий привкус предательства добрым гномьим пивом в хорошей компании, сразу и полегчает. Трагедии тут нет, фарс дешёвенький разве что. Плевать.

— Как же это с тобой случилось, непонятно? Ты ведь полуэльф, должен обладать иммунитетом к большинству человеческих болезней.

— Будь это простуда, я бы не заразился, — криво усмехнулся Тин. — Но это не заразная болезнь, хотя бедняга целитель уже, кажется, не знает, что и думать. Ты же наверняка слышала, Айнура, что я у него — уже третий такой пациент. С юным Фирниором всё обошлось, целитель счастлив, а то герцог сильно нервничал из-за болезни племянника.

— Я при этом присутствовала, только счастливое выздоровление благополучно проспала. Зато Фирниор уже успел сегодня нанести мне визит, юноша вполне себе жив и здоров. Если бы я его лично утром не видела и ауру его поблёкшую заодно, я бы ни за что не поверила. Может быть, и ты тоже быстро поправишься?

— Не думаю, что я такой же счастливчик, — буркнул менестрель. — Кстати, а зачем это он к тебе поехал? Ухаживает, что ли?