Жестокая сказка - Александр Сапегин

— Ваше величество, я решил, что секретарю необязательно знать, что во дворце присутствует над-князь, — сказал Дранг.

— Конспиратор Таргов, — буркнул король и без всяких церемоний поздоровался с Мидуэлем. — Показывай, что у тебя? — приказал он герцогу, опускаясь в мягкое кресло рядом с престарелым снежным эльфом. — Бериэм встретился с Великим князем?

— Вчера, — ответил эльф. — В Месанию прибыли послы верховного хана.

— Вот как… — протянул король, краем глаза наблюдая за установкой кристаллов в крепежные стойки.

— Алехандр Месанский знает о битве. Орки предложили союз.

— Что князь?

— Согласился. Орки уводят тумены на юг, снимают стойбища, шанью не будет оборонять Тартус — города «серых» не приспособлены для осадного сиденья. Князь получает, по самым приблизительным оценкам, сорока-пятидесятитысячную армию. После последнего поражения от шанью отложилась большая часть улусов. Каганы активно снюхиваются с «зеленухами», скоро арии погонят эту шарашку на Мерию и Лес, сильно достанется Тоиру. Королевство Местория умерло, не успев родиться.

— Мясо на передовую.

— Да, но иначе у орков нет ни одного шанса, так они смогут пересидеть за стенами крепостей, шанью пытается сохранить свой род, другого ему ничего не остается, Серой Орды больше нет. В Месании спешно ремонтируют горные цитадели и сооружают заградительные поля из разрыв-камней, на подходах к границе устанавливают магические ловушки.

— Мерию можно списать со счетов, принцы передрались за трон и вряд ли смогут договориться, «зеленухи» растопчут их без проблем. Знать бы, пойдут арии на юг или довольствуются землями «серых»? — Гил на минуту задумался. — Дранг, скажи, по какому случаю ты нас собрал?

— Мы нашли причину исхода ариев. — Король всей шкурой почувствовал идущее от над-князя напряжение. — Арий поглощает море. Поэтому они напали на Алатар.

— Исхода?

— Прошу, смотрите. — Над крепежными стойками возникло изображение.

Птица летела высоко над водой, над пенными волнами кое-где поднимались редкие островки с выстроенными на них храмами. Странно, зачем строить храмы посреди моря? Додумать король не успел. Ветер прекратил гнать волну, чайка опустилась ниже, под синей водой мелькнули дома. Птица сделала круг, ошибки быть не могло — толща морской воды похоронила под собой большой город. Скоро показался берег. Морские волны лениво бились о плоские камни мостовой, ныряющей в пучину улицы. Чайка, забирая на юг, полетела вдоль побережья.

Картинка сменилась, теперь вместо глади моря под крылатым шпионом проносились громадные деревья, украшенные желтой листвой. Налетающие порывы ветра срывали листья, бросая их вниз и устилая землю толстым ковром.

— Определившись с координатами, мы закинули на Арий несколько сов, — пояснил герцог.

— Что за деревья? — поразившись гигантским размерам лесных великанов, спросил король.

— Меллорны, — прошептал Мидуэль.

— Меллорны?! — Удивлению всех присутствующих в комнате не было предела.

— Началось, — одними губами промолвил древний эльф.

Вскоре лес остался далеко позади, птица приближалась к какому-то городу, под пернатым брюхом мелькали четкие, ровные строения.

— Дай картинку в перспективе, — выдал Дранг распоряжение управляющему иллюзией магу. — Вот так, хорошо, хватит!

Это был не город. На многие лиги вокруг тянулись склады и пакгаузы. Громадные животные с рыжей и черной шерстью, мощными бивнями и смешными, как у барлов, хоботами таскали по проложенным между складами рельсам многочисленные вагонетки, вокруг которых суетились десятки людей. Управляемая оператором сова сделала несколько кругов и полетела вдоль главной линии, на которую выводили боковые пути. Рельсы центральной дороги упирались в циклопический портал. Подобное сооружение маги королевства построили для переселения орков с островов.

Пернатый шпион, облетев гигантскую арку, направился к куполообразным постройкам, возносящимся ввысь на ближайшем холме. Садящееся солнце высветило своими лучами громаду храма и белоснежные стены домов большого города, расположенного у подножия холма.

Подлетев к месту поклонения, сова опустилась на ветку раскидистого дерева и спряталась в густой листве. Площадь перед храмом была запружена людьми, все чего-то ждали.

Солнце постепенно проваливалось за горизонт, на город опускалась тьма, граница тени поднималась вверх по золотистым куполам храма. Наконец последний луч сорвался с высокого шпиля и пропал. Заполонившее площадь людское море качнулось назад и отхлынуло от отворяющихся створок храмовых ворот.

В сплошной темноте внутри храма вспыхнул огонек, рядом с ним родился еще один, потом еще и еще. Из открытых ворот на улицу потекла огненная река. Тысячи людей в белых длиннополых рубахах, подпоясанных то ли кушаками, то ли широкими ремнями, несли в руках факелы. В самом центре колонны восьмерик обнаженных до пояса дюжих молодцев нес на плечах какой-то паланкин. За паланкином, постукивая по мощеной дороге длинными посохами, следовали длиннобородые жрецы и маги. Люди на площади протягивали к процессии руки и подпаливали свои, заранее припасенные факелы от уже горящих. Каждый запаливший огонь тут же пристраивался в хвост процессии. Огненная река и не думала кончаться, вбирая в свое тело тысячи светящихся точек. От факелов в черное небо поднимались мириады искр, со стороны казалось, будто над шествием витает громадная стая светляков.

— Близнецы всемогущие! — выдохнул кто-то из присутствующих в зале, когда сова поменяла насест.

Прогоревшие до половины факелы бросались на землю, тотчас запаливались новые. Вскоре вся дорога была усеяна раскаленными углями, по которым арии продолжали спокойно ступать босыми ногами. Ни у одного человека в колонне не было обуви.

Факельное шествие втянулось в город, где к нему стали присоединяться новые огненные ручейки. Прямая, как стрела, дорога привела живую реку на широкую площадь перед высокой портальной аркой. Стоило первому факельщику перешагнуть невидимую черту, как на столбах, обступавших площадь, зажглись магические светильники. Окружающее пространство залил яркий свет. Темнота, прожигавшая свое покрывало об искры рукотворных светляков, отступила. Сова, ухнув, перелетела на ферму арки, где спряталась в густой тени. Людская река растеклась по площади.

Скрытый вуалью паланкин был встречен громоподобным ревом. Изображение дернулось, видимо, испуганная птица хотела улететь, только воля мага-оператора удержала пернатое создание на месте.

Внеся паланкин на высокий помост, установленный в центре площади, носильщики достали из ножен длинные узкие клинки и застыли, напоминая собой статуи.