(Не)люди (СИ) - Елена Сидоренко

— Я нашел идеальный для тебя вариант! — закричал однажды запыхавшийся Юко, едва ввалился домой. Он был весь мокрый из-за бега и мелкого дождя, но с таким горящим взглядом, что Куд не начал ворчать, а молча проследовал в его комнату. Нина, сгорая от любопытства, поспешила следом. Они оба пребывали в приподнятом настроении, но с каждым словом Юко Куд мрачнел все сильнее, а Нина волновалась так, что, когда друг заорал, вгрызлась в ногти и прижалась спиной к двери. Она впервые с момента переезда наблюдала, как эти двое дерутся, и просто боялась влезть и разнять, как раньше. Она видела, насколько слаба по сравнению с ними. Насколько они жестоки и яростны.

Когда Куд, запустив пальцы в волосы Юко, едва не проломил столешницу его головой, Нина завизжала, но не услышала собственного голоса. Карлик зарычал и, вывернувшись так, будто у него нет позвоночника, ударил Куда ногой по лицу, отчего тот согнулся. В следующий момент стальная ладонь зажала нос, и сквозь металл на ковер закапала кровь. Они смотрели друг на друга исподлобья и хрипло дышали на грани рычания. Будто не люди вовсе. Даже не не-люди — настоящие звери. Нина впервые увидела, что на самом деле происходит между Кудом и Юко. Не дружба, не вражда, не привычка — что-то совершенно другое, ей не доступное. То, что она узнать очень и очень боится. И Нина просто сбежала, зажала уши руками и зажмурилась, возведя между собой и друзьями невидимую преграду. Она чувствовала кожей, как за стеной происходит настоящий ад, как эти двое швыряют друг друга на пол и в стены, разбивают руки, ноги, лица и мебель со стеклами окна. И каждый удар — будто по ее телу. Почти до боли. Пока, наконец, все не прекратилось. Тишина была похожа на вакуум, поэтому голос Куда, зовущий ее, показался неправильным и ненастоящим. Слишком спокойный, пусть и гнусавый голос.

— Нина, куда ты дела аптечку? У нас остались бинты? Наш Толстун сломал палец.

Нина, не веря услышанному, вышла из комнаты на негнущихся ногах, не чувствуя веса собственного тела. Наощупь по темной квартире, чувствуя на кончиках пальцев сквозняк из комнаты Юко, она добралась до кухни и, не открывая глаз, достала аптечку. Потом, как в трансе, вернулась в комнату карлика и наблюдала, как мастерски Куд фиксирует палец Юко, а тот другой рукой стирает с них обоих кровь и затыкает ноздри ватой. Будто ничего не произошло, будто они оба, вспыхнув и перегорев, погасли, выплеснули ярость и злобу. Они перевязали друг друга, а потом позвали Нину, все еще ошеломленно прячущуюся в углу, пить чай. Когда Куд едва не уронил чайник, Юко внимательно осмотрел его протезы и констатировал: левый сломан.

— А денег на ремонт у нас нет. И ты уже в этом году использовал страховку.

— Ты вынуждаешь меня все-таки согласиться? — Куд бесцветно усмехнулся и протянул карлику кружку горячего чая. — Ладно, черт с тобой, я согласен. Только учителем или наставником я тебя звать не буду, Толстун.

— Тогда не называй меня Толстуном на работе, Тупышка, — и они, посмеиваясь, под вздох облегчения Нины протянули друг другу здоровые и целые руки.

Вскоре двухмесячный кризис остался в прошлом. Нина предпочитала не вспоминать о дне, когда Куд согласился стать учеником Юко и перешел на его направление. Парни предпочитали не вспоминать, как сильно тогда плакала Нина, заработав приличный шок. В их дом вернулся уют, достаток, сладости на ужин, спокойствие и увлечение работой — Куд, хоть и не очень обрадовался тому, что стал лишь подмастерьем подмастерья, казалось, полюбил новое дело. Интеграция компьютерных технологий и биологии. Создание не просто искусственного интеллекта, а проекции человеческой личности на программе казалось ему жутко сложным и интересным. Они с Юко считали, что если такое окажется возможным, это будет настоящим прорывом и чудом. Шансом увековечить увядающие умы человечества. Превратить смертных ученых в машинных богов. Потому что люди Юсты неотвратимо старели, а не-люди не успевали перенять их знания. Время бежало слишком быстро.

Куд делал успехи. Как и предполагал Юко, он прекрасно усваивал новый материал, а из-за постоянных тренировок дома и желания показать всем, что он может больше, лучше и быстрее, Куд стал настоящей находкой для их отдела. Генетик, который быстро нашел параллели между своим и их направлениями и наловчился эти параллели использовать. Даже Ивэй, которая была против перехода Куда, после хороших отзывов коллег о бывшем ученике оттаяла и вновь начала наведываться в гости. Она поняла: удержать Куда там, где он не может творить, невозможно, поэтому в отделе Юко, где не было постоянной программы, ограниченного числа проектов и рамок, он нашел свое место.

В одно лето Юста в честь празднования столетия корпорации устроила настоящий подарок всем людям и не-людям. Им разрешили покинуть город на неделю, чтобы навестить родных и близких, и даже выделили средства на перелеты и переезды. В то лето Нине исполнялось двадцать восемь лет.

— Я наконец-то увижусь с няней! — тихо визжала она, не сдерживая счастья, барабаня ладонями по коленям. Юко усмехнулся, глядя, как взрослая девушка не-человек, до боли похожая на молодую Ивэй, не может усидеть на месте.

— Под тобой сейчас стул загорится, как ты на нем вертишься, — беззлобно заметил карлик, который тоже ехал повидаться с отцом. Он решил все-таки попробовать помириться с ним. — Нина, прекрати вести себя, как ребенок. За нами от этого быстрее не приедут.

— Но это же няня! Сколько лет прошло! Я так волнуюсь, Толстун!

— Эй!

— Ага… — задумчиво выдохнул Куд, глядя на затылок ребенка, что устроился на его коленях. Он тоже сильно волновался перед встречей с матерью, которую не видел столько лет. Он вез с собой маленького Немо, чтобы познакомить его с ней.

Когда малышу исполнилось четыре года и выяснилось, что у него проблемы с умственным развитием, Куд через Нину устроил Немо в специализированный детский сад и забрал жить к себе. Он не впервые тогда привел его домой, но впервые — насовсем. И Нина с Юко приняли малыша как своего. Куд все-таки оформил опекунство и даже подарил Немо фамилию матери, хотя по документам неизвестный ребенок был Ферретом, потому что сам Куд по документам был Ферретом. И в пятое лето жизни у малыша появился шанс увидеть мир за пределами Юсты. Возможно, единственный шанс за всю жизнь, думал Куд и жалел, что когда это дитя вырастет, оно не будет помнить путешествия.

— Куу, — Немо, спрыгнув, подергал Куда за штанину и что-то промычал. Тот опустил взгляд и строго потребовал:

— Скажи внятно, чего ты хочешь?

Немо снова начал мычать. Куд говорил одно и то же, малыш чего-то хотел, но не получал желаемого. Очень скоро он захныкал, а потом и вовсе упал на грязный коврик у порога и показательно разревелся. Куд стоял на своем и даже бровью не повел. Нина, наблюдая за поведением обоих, вздохнула, в который раз удивляясь, насколько холодным может быть Куд по отношению к Немо. Насколько жестокой может быть его строгость.

— Да не скажет он. Он не говорит еще, ты же знаешь.

— Все нормальные дети в четыре года говорят!

— Но он не «все нормальные дети». Дай ему время, — она одарила друга выразительным взглядом и, опустившись перед Немо на корточки, начала уговаривать его подняться. Она была мягкой и заботливой — полной противоположностью Куда. Она понимала, что Немо умственно и психически отсталый, но не знала, когда удастся это преодолеть.

— Оставь! Ты его балуешь. Если сильно чего-то захочет — озвучит, а потакать ему не надо. А ну поднялся! Быстро! — И Куд, разозлившись, грубо встряхнул малыша, а потом и вовсе дал ему подзатыльник. Немо, получив по голове стальной рукой, скривился и заплакал во весь голос. Нина ударила Куда и начала ругаться с ним. В этот момент в дверь позвонили, и на пороге появился пожилой полный мужчина с забранными в куцый хвостик седыми волосами и тростью в руках.

— Опять? — он поймал метнувшегося к нему малыша и поднял на руки. — Сколько раз тебе говорить, чтобы ты не издевался над ребенком! Иди ко мне, Немо, дед тебе поможет. Что ты хочешь, малыш? Я тебе шоколадку принес, держи.

— Папа-Джо, и ты туда же! Не балуй его, он только перед выходом поел!

— Замолчи! — Джонатан тряхнул головой и сердито свел брови. — Нина, тебе определенно надо научить его нормально обращаться с детьми! Юко, прекрати делать вид, что ты мебель!

Юко никак не отреагировал: он всегда делал вид, что его тут нет, когда Куд начинал воспитывать Немо, а Нина — Куда. Девушка надулась:

— Да я пытаюсь! Не знаю только, в кого он такой упертый и требовательный.

«А я знаю», — подумал Джонатан, но ничего не сказал. Он начал спускаться по лестнице с Немо на руках и опираться на перила. Голова немного кружилась от тяжести, а спустя три пролета и вовсе началась отдышка.

— Так, слезь с деда, он устал, — скомандовал Куд, и Немо, побоявшись еще одного подзатыльника, быстро отошел от Джонатана, которого тут же подхватили с двух сторон Куд и Юко. Мужчина раздраженно отмахнулся