Игра на грани - Мирослава Кащей

– А создание запретных артефактов, это разве не основания?

– М-м-м, малыш, а кому известно, чем мы собираемся заняться? А? Со стороны все выглядит, так, словно я решил провести день со своей любимой девушкой, в моем поместье.

– Что? А о моей репутации ты подумал? – возмутилась я, на что Кристофер покровительственно улыбнулся и наклонился ко мне, после чего доверительным шепотом пояснил:

– А ты моя девушка, и пока я хочу, о тебе будут думать так, как я хочу!

– Ты что себе возомнил! – моему гневу не было предела. Продолжить свою гневную тираду мне не дали, Кристофер одним движением привлек меня к себе и поцеловал, я попыталась сопротивляться, но меня только крепче прижали к себе.

– Малыш, не зли меня, – тяжело дыша, попросил он, немного отстранившись, а потом привлек меня к себе, так что я носом уткнулась ему в грудь.

– Отпусти!

– Нет, – последовал краткий ответ и в подтверждение пересадил меня к себе на руки и в довершение зарылся ладонью в волосы. – Мой маленький, милый артефактор, – услышала я его довольный шепот, расстроилась. Ну, вот еще одно подтверждение о том, что я всего лишь полезная вещь, не более того. Спорить бесполезно, меня все равно не слышат, устало вздохнула, попыталась отстраниться, не пустил, так и ехали молча, карета, пошатывалась и размеренно скрипела, от чего меня клонило в сон. А еще я неожиданно согрелась в объятьях Кристофера и все же задремала. Очнулась, когда экипаж остановился, и дверца открылась, пропуская внутрь второго подельника.

– Хм, мило! – заявил Рэндольф, присаживаясь напротив, я потянулась к окну, чтобы приоткрыть штору и взглянуть на дорогу, как оказалось, мы проезжали по одной из центральных улиц Мердариона.

– Далеко еще?

– Нет, скоро прибудем! – проигнорировав недруга, ответил Кристофер. Он оказался прав, вскоре, экипаж остановился, возница крикнул, чтобы открывали ворота, и мы неспешно въехали на широкий двор поместья семьи герцога Ри Фэйра. Я хотела как можно скорее выбраться из Кареты, но Кристофер шикнул, чтобы я не торопилась, у него дома, видите ли, не принято идти пешком до крыльца. Когда мы наконец-то остановились, меня все равно не отпустили, аристократ дождался, пока ему откроют дверцу, выбрался из экипажа сам и помог спуститься мне. Демонстрируя на редкость учтивые манеры, даже Рэн недовольно поморщился, увидев недруга в этом амплуа.

– Добро пожаловать в скромную обитель семьи Ри Фэйр, это конечно не родовой замок, но здесь тоже весьма уютно, – с вежливой улыбкой, но довольно сдержанно, как и полагается будущему герцогу предложил Кристофер.

Я позволила себе осмотреться, поместье было великолепное, огромный дом в три этажа, укрытый виноградной лозой, приветливо глядел широкими окнами на эспланаду, украшенную широкими аллеями и цветущими клумбами, справа раскинулся зеленый парк, оттуда слышалось журчание воды, наверное, там был фонтам, возможно даже не один.

Пока я рассматривала двор к нам подошли слуги поприветствовать молодого господина.

– Подайте завтрак в летнюю гостиную, – распорядился Кристофер и уже нам: – Надеюсь, вы не откажитесь быть гостями в моем доме?

– Конечно же, нет! – опередил меня с ответом Рэндольф и первым предложил руку, я тут же за нее уцепилась, лучше уж этот некромант, чем ненормальный колдун. Правда от моего взора не укрылась веселая усмешка на лицах ребят, снова издеваются, поняла я, но все же послушно направилась вслед за Кристофером. Мы прошли множество богато обставленных коридоров и залов, возможно, если бы меня оставили в одном из таких коридоров, я вряд ли бы нашла выход, разве что при помощи артефакта. Мой родовой замок, наверное, уступает в размерах их поместью. Всегда поражалась, род Ри Фэйр не так уж близок к власти, но по достатку они заткнут за пояс всем известный род Ри Вирьен. Интересно, чем это можно объяснить?

Когда мы наконец-то добрались до летней гостиной, у меня едва не разболелась голова от пестрого убранства дома. Отчим тоже питает слабость к дорогим вещам, а я никогда не понимала, зачем создавать из дома музей. Что интересно, летняя гостиная оказалась вопреки моим переживаниям, местом довольно уютным, широкие окна украшенный легкими шелковыми шторами открывали прелестный вид на парк. Да и вообще в комнате царила ненавязчивая атмосфера, не было ярких, вопиющих цветов, скорее наоборот, здесь подбиралось все в одной гамме, где преобладал бежевый цвет, кое-где мелькало золото, но наибольшее внимание концентрировалось на небольшом обеденном столе из красного дерева, и подходящих кресел в тон ему. Что меня приятно поразило так это живые цветы в вазах, расставленные по комнате заботливой рукой. Благодаря этому в гостиной царил приятный цветочный аромат. Кристофер заметил мое удивление и пояснил:

– На заднем дворе оранжерея, там даже зимой что-нибудь цветет, и слуги к приезду гостей всегда приносят цветы. Присаживайся! – Кристофер галантно отодвинул для меня кресло, пришла, села и перевела все внимание на хозяина, который устроился по правую руку, во главе стола, Рэндольф сел напротив меня.

– Замечательный дом! – привычно отдала должное убранству я, таковы требования этикета.

– Брось, Ками, тебе же он совсем не понравился.

– Отчего же, здесь очень красиво.

– Да и совершенно не уютно, мои родственники часто интересуются, почему я не живу в этом особняке, им почему-то невдомек, что если жить здесь, то нужно вставать на три саата раньше, чтобы вовремя попасть на занятия и столько же добираться обратно.

– Не могу не согласиться, – я продолжала вежливо поддерживать беседу.

Слуги подали первые блюда так, как это считалось завтраком, то еда соответственно была легкой, несколько видов салатов, блины и омлет с овощами и зеленью. Привычно положила салфетку на колени, взяла в руки приборы и неспешно приступила к трапезе, когда подняла голову, заметила несколько растерянные взгляды.

– Что-то не так? – прожевав, вежливо осведомилась я.

– Ками, мы не на светском приеме, здесь можно отбросить манеры и этикет, – пояснил мне Кристофер, я сдержано кивнула, принимая во внимание замечание, но ответила, как положено:

– Прошу простить, но мне так привычнее, – конечно же, солгала, но нарушить правила в его доме, все равно, что признать нашу дружбу или более близкие отношения. Даже если это никто не видит, то сам хозяин дома намек поймет.

– Право слово, мне искренне жаль, что вы так считаете! – разумеется, он все понял, одним привычным движением развернул ранее отложенную салфетку и тоже положил на колени, затем правильно взял приборы и только тогда приступил к трапезе. Рэндольф одарил меня недовольным взглядом, но сделал, так же как и хозяин. – Но я надеюсь, ваше отношение ко мне в ближайшем будущем изменится.