Приграничное владение 2 (СИ) - Матюшенко Артем

—Есть деньги, есть. Анатолий э…

—Вадимович. — С готовностью подсказал худой. — Хорошо. Спасибо вам, за Андрея. Мы же с ним вместе уже двадцать лет работаем, а тут такое, видите. Есть такие люди, которые на горе всегда поживиться готовы! Но если нужно, звоните не стесняйтесь. — Он в чувствах махнул рукой и быстро пошел обратно по коридору.

Клим под удивленные взгляды своих друзей посадил доктора на широкое сиденье микроавтобуса, тот сразу откинулся на подголовник и вырубился. Скорее всего сказалось нервное напряжение последних дней. А тут возбужденный мозг увидел свет в проеме возможного выхода из столь сложной ситуации и вырубился от напряжения последних суток.

—Так, сейчас доктора домой завезем и все объясню. — Сказал он удивленно смотревшим то на него, то на уснувшего доктора друзьям. — Пойду корзину свою заберу, его жене отдам, да и халат вернуть надо. — Клим вздохнул и вновь пошел к больничному корпусу.

—Вот так, парни. Ситуевина просто атас! — Закончил свой рассказ Клим, когда они отвезли доктора домой.

—Это, че получается, это беспредел какой-то совсем получается! — Разгорячился Сергей. — Давай этих уродов соберем и к вам, туда всех отправим? А там вы их или в рудники иди на лесоповал, такое дерьмо ваще не жалко, пусть в поте лица впахивают. Вместе с судьей этой гребаной.

—Серый, помолчи, — перебил его Саша, — Чего делать-то будем? — Обратился он к задумавшемуся Климу.

—А чего делать? Выручим доктора. Деньги же есть? — Спросил он друзей. — Если рублями миллион не наберем, то евро, что отец дал разменяем. Отцу, я объясню ситуацию, думаю он против не будет. А вам потом со своей доли отдам.

—Клим, ты че? Ты значит, хороший, доктору поможешь, а мы в стороне? С общих возьмем. Серый не против? — Повернулся к Дубровину Саша.

—А, че Серый? Че я за деньги веденый? С общего, так с общего. Просто наказать бы этих уродов. — Сплюнул он в окно сквозь зубы и судью эту прижать.

—Серый, эта Никишкина — федеральный судья! Давай всем проблемы устроим, да? Раз деньги есть, решим по хорошему. Худой мир лучше доброй войны. — Подвел итог Саша. — Единственное, что можно сделать, так скостить сумму. Ну высудят они миллион, так доктор им будет десять лет с зарплаты выплачивать. А так предложим сразу, скажем тысяч семьсот, может и согласятся. Ты поговори с ней, Клим.

—Э… Сань, может ты сам поговоришь? Тут понимаешь, я слова забывать стал. Я же редко с вами общаюсь. Да изучал ваш язык, скажем так экстерном, как кино посмотрел и запомнил. А теперь вот, забываю. Буду, там с ними тупить.

—Ладно, без проблем, — махнул рукой Саша, — надо, так поговорю.

—Не боись, мы тебя подстрахуем. — Похлопал его по плечу Дубровин и сунул сотовый. — Звони тогда, чего в долгий ящик откладывать, набивай стрелу.

Вначале, разговор не клеился, внучок пытался быковать и дерзить, пока не узнал, что им хотят отдать деньги, решив вопрос с доктором.

Саша прикрыл трубку ладонью, — Хочет сегодня встретиться, без Звягинцева, говорит, что все расписки напишет и вопрос закроют. Что сказать?

—Встречаться и разговаривать, все одно надо, — Кивнул Клим, — А отдавать деньги без доктора или нет, там решим.

Саша кивнул и продолжил разговор.

Договорились встретиться через три часа, поэтому отвезли в поселок Клима, решив, что он с деньгами подождет их в вагончике-жилище Сани. Да и оставшуюся сумму, должен был подвезти Кирилл, Сашин брат. А сам Александр с Сергеем, поехали встречаться с вымогателями.

Когда подъехали к кафе, где было назначено место встречи, решили, что Саша пойдет разговаривать один, а Сергей подстрахует, поехав позади.

На самом деле, Макаров немного боялся, что Серега психанет при разговоре с вымогателями и слетит с катушек, есть за ним такое. А тут надо как-то тоньше, поделикатнее, что ли. Лицемерить… хотя, скорее не лицемерить, просто улыбаться врагу зная, что перед тобой подлый враг. Тут нервы железные нужны. Хоть заранее знаешь, что мрази конченные, сам бы таких душил, но сдерживать себя приходится. А вообще прав Серый — туда бы их и палкой по хребтине и на рудники, а не миллион.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

За столом сидели два парня лет двадцати восьми- тридцати. Как понял Саша, один обиженный смертью дедули внучок, второй его лепший кореш. Оба широкоплечие, оба с золотыми цепурами на бычьих шеях, но друган чуть побыковатее и крупнее внучка и морда чуть поотмороженней.

Что же вы сидите пыжитесь, ведь известно- чем больше шкаф, тем громче падает, — подумал Саша, — если я свой дар подключу и разгонюсь как следует, то вырублю вас обоих. Даже понять ничего не успеете, валяться под столом будете.

Через несколько минут общения, внучок кивнул, — Короче, выплачиваете за Айболита деньги и расходимся. Мы согласны на восемь сотен, но все чтобы сразу, чтобы сиси не мять. Говорите, деньги у вас уже приготовлены?

—Нужно, чтобы Андрей Петрович присутствовал, — пожал плечами Саша, — И ваши паспорта тоже, вернее твой, для расписки, — кивнул он головой в сторону внучка. Предупреждаю сразу — мы за хорошего человека вписываемся, но кидалово не пройдет, только расписка и расписка заверенная у нотариуса.

—Зачем нам нотариус, братан, да и доктор ваш нафига нужен? Мы тебе целого судью привезем. Она все расписки сама заверит, и сразу возьмет копию для закрытия дела. Нам тоже швырялова с вашей стороны не надо, поэтому она поприсутствует при передачи денег. Пойдет? — Еще в кафе Саша пытался дозвониться до доктора, но тот трубку не брал, видимо спал пьяный. Клим же сказал, что он был сильно пьян когда они с ним разговаривали. И что теперь, на потом все переносить? Саша задумался на пару минут, потом все же кивнул:

—Ну если судья с нами за деньгами поедет, то думаю устроит. — Принял решение парень. — Даст нам соответствующий документ, что дело в отношении нашего друга закрыто.

—Ща, звякну ей. Если сейчас сможет, то сейчас и поедем, если нет, то вечером с ней поедем и деньги заберем, — через десять минут он вернулся к столу, где Саша и друган внучка молча прихлебывали кофе меряя друг друга холодными взглядами, — Все хоккей, ща за ней заедем и до вашего поселка рванем.

Корефан внучка был за рулем свеженького, серебристого Хайлендера. Пока ехали в салоне висело тягостное молчание. Саша не горел желанием общаться с людьми которых считал моральными уродами, а уроды, видимо, отвечали ему тем же. Саша аккуратно скосил взгляд на повороте — все в порядке, Серегин сарай, чуть на отдалении, следовал за ними.

Они заехали в один из не так давно отстроенных комплексов, недалеко от центра города. Две двадцати двухэтажные свечки, были огорожены забором со шлагбаумом и постом охраны на въезде. Их кроссовер пропустили без вопросов, либо внучок жил здесь же, либо он частенько заезжал к своей тетушке судье и примелькались у охраны. Подъехав к одному из подъездов, они вышли из машины и внучок позвонил ей по телефону. Минут через десять, когда бычки переростки уже выкурили по сигарете, а Саша устал прогуливаться поодаль, из подъезда вышла женщина лет пятидесяти. Коротко стриженная и крашенная под блондинку. Хотя может, она была немного моложе, но расплывшаяся, бесформенная фигура и припухшее лицо, щедро припудренное, с ярко подкрашенными синими обводами глазами, не шли на пользу ее возрасту. В руках она держала, небольшую ярко-фиолетовую, сумочку-портфельчик.

—Федеральный судья Никишкина, — тут же пришедшая ткнула раскрытым удостоверением под нос Саше и потребовала: — Ваш паспорт или другой документ удостоверяющий вашу личность!

Ни здравствуйте вам, ни привет. Сразу видно — привыкла показывать свою власть.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Саша помотал головой, — С собой паспорта нет, только банковские карточки могу показать. Да и зачем мой? У вас же данные Андрея Петровича есть?

—Ну хорошо, как я поняла, вы хотите во вне судебном порядке уладить возникший конфликт, сам Звягинцев где? — Все так же, с напором спросила судья.

—Он себя плохо чувствует. Переволновался из-за всего этого. А мы, с внуком умершего, договорились на сумму в восемьсот тысяч рублей. Но если без него нельзя, давайте на завтра перенесем?