"Фантастика 2023-173". Компиляция. Книги 1-20 (СИ) - Останин Виталий Сергеевич

Понятно, что внятного огнестрела (фейерверки и сигнальные пороховые петарды не в счет) у меня не было, и роль стрелков в терциях выполняли обычные арбалетчики. С другой стороны, тут и стальных кирас не водилось, так что и их должно было хватить.

Чтобы минимизировать путаницу — все-таки смешивать разные подразделения без внятной муштры чревато, — я призвал на помощь манипулярную тактику римской армии. Переработанную с учетом местных реалий — под сотни.

В первых рядах, как и положено, стояли обладатели самых крепких доспехов: драконы, стражи и защитники. Через одного вместо профильного оружия они получили пики — наскоро наделанные из ровных бамбуковых стволов с насаженными на них наконечниками клевцов-гэ. Этого добра у меня в обозе было много, так что я не экономил.

За ними располагалась пехота полегче, а внутри построения укрывались стрелки, чьей задачей было стрелять поверх голов товарищей, когда те опускались на колено. Ну и завершала это все конница, разделенная на небольшие отряды, в обязанность которой вменялось противодействовать прорывам вражеской кавалерии.

Конечно, я не собирался просто двинуть терции вперед и сим победить. Тактику испанской пехоты шестнадцатого века я рассчитывал дополнить придумкой русского полководца графа Румянцева из века восемнадцатого. Тот, сражаясь с турками и имея семнадцать тысяч пехоты, сумел разгромить армию в сто пятьдесят тысяч. На марше мы несколько раз прогнали движения в таком порядке и вроде добились того, чтобы при движении строи не разбивались. Осталось посмотреть, как это все пройдет испытание боем.

В общем, с точки зрения военной стратегии получился настоящий павлино-утко-еж, но чего еще было ждать от человека, который военную историю изучал по Вики?

— По подразделениям! — приказал я, и капитаны, отдав честь, поскакали каждый к своей терции.

Еще одно нововведение, которое я решил испробовать. Каждый из моих капитанов был очень серьезным бойцом в рукопашной. Их задачей, кроме наблюдения за сохранением боевых порядков, было еще и затыкание дыр. Собой. Ну и работа в качестве центра связи с полководцем, я же телепат, хех.

— С Богом, — шепнул я себе под нос.

Через несколько минут неизвестные в древнем Китае терции двинулись вперед. Десять ровных (пока еще!) квадратов, каждый плюс-минус по три тысячи человек. Полки держали дистанцию на два полета стрелы друг от друга, то есть оставляли достаточно места, чтобы у вражеского полководца появилось искушение ударить в эти «слабые» места.

Пройдя три ли, формации остановились. Что бы я там себе ни думал, под моим началом были не профессиональные испанские ветераны, которые не боялись ни Бога, ни черта, и умели наступать там, где другие бежали. Мои солдаты не были обучены полноценному бою в терции, и я это понимал. Максимум, на что я мог рассчитывать, — это короткий марш в новом построении, а потом стояние в обороне, у которой нет ни тыла, ни фланга.

Наступил момент истины. Если я сделал все правильно, сейчас Юн Вэйдун видит перед собой армию, численно уступающую его войску, которая начала наступление, а потом испугалась и не желает идти дальше. Чтобы усилить это ощущение, от трех центральных терций стали отваливаться специально отобранные отряды, которые тут же устремились в тыл.

— Давай, Вэйдун! Такой шанс! — шептал я сквозь зубы, торопя вражеского полководца принять единственно правильное решение. — Бей! Враг дрогнул, даже не вступая в бой! Надави! Ну же!

И генерал желтых дал. Видя пока еще редкие ручейки беглецов, он двинул свои порядки вперед. На ходу его отряды перестраивались с тем, чтобы окружить отдельно стоящие терции, и ударами с нескольких сторон раздавить их.

Втягиваясь таким образом, в ловушку.

Глава 28. Военачальник узнает о роли духов в масштабных сражениях

Ну, я надеялся, что движутся они в ловушку, а не встали на путь, который приведет их полководца к славе как самого удачливого военачальника Поднебесной, способного разбить неприятеля, не вступая с ним в бой.

О самом Юн Вэйдуне я знал не слишком много, лишь некие общие сведения, которые были доступны Мытарю еще из чтения имперских архивов. Генерал Желтых повязок был идущим по Пути. Исходно — Героем, как мой Пират, но с рядом, скажем так, некоторых отклонений, которые дало учение Желтого Неба. Традиционный для ханьцев Путь, основанный на первостихиях, он дополнил даосскими практиками, которые превратили его, говоря языком компьютерных игр, в мультикласс.

Большего мне советник рассказать не смог, так как свои способности Юн Вэйдун особенно не светил. На административном поприще он тоже себя ничем особенным не проявил, да и в военном плане брал не тактикой со стратегией, а «большими батальонами». Но, предположительно, владел какими-то колдовскими дисциплинами.

Да, я понимаю, как это звучит — а ци, типа, не магия? Да, магия. Основанная на использовании энергии, направленная на усиление тела, духа и разума. Но Путь желтых иначе, как колдовством, называть было сложно.

Они ставили себе на службу духов и в результате превращались кто в заклинателя, кто в призывателя. Неприятные ребята, я с их колдунством очень плотно познакомился, когда первый квест богини выполнял и за Соловьем-разбойником гонялся.

Так что я ждал, когда вражеский полководец жахнет чем-нибудь, похожим на дождь из медуз по моей армии, но тот либо приберегал заклинание на последний момент, либо ничем подобным не владел. И тогда я сосредоточился на управлении войсками. Противник к этому времени вышел на дистанцию стрельбы из лука.

Юн Вэйдун атаковал в классических формациях. Впереди застрельщики, за ними пехота, немногочисленная конница держится пока в отдалении — ей работа позже будет. Построение, насколько я могу судить — «Крылья журавля». Войско разделено на два крупных блока, надвигающихся на мои силы под небольшим углом. В классическом линейном бою подобный строй заставляет противника растягивать сектор стрельбы и создает угрозу охвата флангов, но мне по этому поводу и так переживать было бессмысленно.

Как обычно, бой начали стрелки. Лучники «желтых» обрушили на мои стоящие неподвижно терции настоящий ливень стрел. Били прямо, по небольшой настильной траектории, стреляли навесом, целя в центр построений.

Ожидая этого, я распорядился наделать множество простых бамбуковых щитов, наскоро обитых кожей, которые без труда держали вражеские стрелы и спасали середину построения от обстрела. Передние же ряды были надежно скрыты ростовыми щитами.

Точнее, я думал, что щиты будут спасать. Но, как оказалось, не всех. Самая крайняя слева терция вдруг потеряла плотность построения, и я скорее догадался, чем увидел, что стрелы без всякого препятствия бьют навесом в глубину построения.

Продолжалось это не слишком долго, буквально несколько залпов, но потери крайняя коробка успела понести серьезные. Стоящие по внешнему периметру более профессиональные и хорошо защищенные бойцы практически не пострадали, а вот центр выбило едва ли не наполовину.

«Тигр говорит Карпу. Доложи, что произошло?»

Моих капитанов на все коробки не хватило. Четыре терции возглавили Бык, Пират, Прапор — даже Мытарю, насквозь гражданскому специалисту, пришлось встать в середину построения одной из терций. Амазонка осталась на командовании конницей, а я должен был видеть всю картину целиком, чтобы своевременно отдавать нужные распоряжения. Так что пришлось изыскивать в войсках одаренных, которые достигли минимум пятого разряда на своем Пути. Мне была безразлична из специализация, годились даже Секретари и Лекари, лишь бы умели принимать мысленные команды Стратега.

Карп — в смысле, звали его Бао Мулин — был Стражем. И я как-то рассчитывал, что его терция меньше других пострадает от обстрела.

«Духи! — истошно заголосил у меня в голове командир десятой терции. — Колдун напустил духов прямо внутрь боевых порядков! Солдаты запаниковали, побросали щиты! В это время лучники врага стали стрелять!»