Первая книга - Тим Роверандом

   Альваро, хмыкнув, перевел взгляд вдаль. Позади уже остались замки Диммерхайм и Крабовый залив. Теперь по курсу корабля торчали острые иглы скал, поворачивающие побережье на север.

   - Нам придется обойти мыс, сэр, и на это потребуется несколько дней. Но сам Замок вы увидите уже завтра, - сзади к лорду подошел маг. Он не снял черный плащ даже на борту, кутаясь в него, словно от холода. Впрочем, Альваро уже знал, что под этим балахоном скрывается хоть и бледный, но вполне живой человек, и даже весьма общительный. Весь налет ужаса, царящий вокруг Крыла Воронов, сейчас казался специально созданной репутацией, позволяющей умным и увлеченным наукой людям не испытывать на себе излишнее любопытство обывателей. - Мы рады, сэр Альваро, что вы предпочли путь тайн магии и знания, пути обычного воина. Вы явно способны на большее.

   - Ваша лесть, уважаемый маг, сделала бы честь столичным салонным красавцам! - рассмеялся лорд. - Но я рад, что покинул Новый Рассвет. В последнее время мне там стало... душно?

   - Я думаю, правильнее было бы сказать "тесно", - маг оперся о фальшборт. - Вы выросли из уровня магов академии, Альваро, как и многие до вас. Надеюсь, вам придется по душе наш путь к знаниям.

   - Вы же знаете, что моя задача не только в этом? - Альваро глянул на мага.

   - Да, но уж в нашей лояльности вы можете не сомневаться. Просто таким людям как я, и, возможно, как вы, нет желания заниматься политикой. Мы хотим, чтобы нам не мешали в исследованиях, и готовы за это верно служить.

   - Многие считают ваши методы... Некрасивыми. Но я бы хотел сперва взглянуть своими глазами.

   - Вы все увидите, сэр Альваро. Вы все увидите своими глазами, в свое время, обещаю.

   Чайка наконец собралась с силами и тяжело взлетела, отправившись обратно, к сытному берегу, прочь от оголенных скал каменного полуострова магов.

   Желтая полоса, аккуратно нанесенная на стены пакгаузов, складов и гостиниц, стоявших вдоль причала, уходила вдаль. По зимнему времени порт был спокоен, и можно было разглядеть рисунок брусчатки. Флаги с зеленым драконом вились на ветру, и все вокруг казалось тихим и задумчивым.

   Мейс в широкополой соломенной шляпе, одетый как путешественник-торговец, неторопливо шел вдоль рядов ярко-желтых дверей, желтых подоконников, и ярких цветов стоящих, конечно, в желтых горшках. Постепенно народу становилось все больше, и ноги неторопливо вынесли мейса к небольшой площади, ограниченной башней наблюдателей на причале с одной стороны, и тремя внешне одинаковыми гостиницами с другой. Несколько торговцев разносили легкие закуски и безделушки, что прохожие так часто покупали "в подарок" и потом долго удивлялись, зачем и кому они их купили. В углу, на большой бочке из-под рыбы сидел молодой парень. Звонким голосом он привлекал внимание к своему рассказу. Под бочкой лежала шляпа, в которой уютно устроились несколько медяков и, кажется, даже серебро.

   - ... Разверзлись уста горы и сказала она воинам: "Ничтожные! Не одолеть вам меня, даже мысль обо мне больше ваших голов! Падите на колени, и я позволю вам носить мне камни!". Но и в этот раз не остановились воины, и пошли вверх по склону. Глазастый лучник, что был среди них, воскликнул: "Друзья! Я вижу пещеру! Там мы победим эту гору, проникнув в ее сердце!". Но тут со склонов горы рухнул камень, и предводитель, что был впереди, только и успел, что схватив эту скалу да рухнуть в пропасть, спасая остальных.

   - "Ха-ха-ха!" Рассмеялась гора. "Больше некому вас вести, я ваш новый предводитель! Поклонитесь мне, ничтожные и я буду заботиться о вас!". Но ответил Лучник: "нет у нас предводителя, но вести теперь он нас будет!" и вышел вперед Пекарь. И вошли люди и мейсы в пещеру, и увидели, что в глубине, на маленьком стульчике, сидит облезлый карлик. И не мейс и не человек. Кричит он в трубу, и кажется всем - гора говорит! Но сам он жалок и бессилен. "Как вы могли побить моих верных пауков? Как убежали от птиц?! От обвалов и тьмы?! Где тот мелкий пакостник, что привел вас?!!". Не верил он, что есть люди или мейсы больше него.

   - Рассмеялись тогда вошедшие, и отобрали трубу. И паукам показали его, чтобы не слушались более. И прочим птицам и зверям. Так и провели этого ничтожного по всем городам и лесам, и более никто не боялся горы. Ведь гора - она принадлежит народу, а не громкоголосому карлику!

   Аплодисменты раздались неуверенные и тихие, зато глаза у людей смеялись. Подхватив потяжелевшую шляпу парень поклонился и нырнул в щель между домами. А слушатели смеясь, стали спорить - как скоро стража прибежит?

   Лорд приподнял свою соломенную шляпу и улыбнулся убегающему парню. Тот, обернувшись, кивнул перед тем, как исчезнуть. Лорд убрал кошель, поправил гитару, и неторопливо пошел дальше. Начало было положено. И мейс тихонько показал язык высившейся вдалеке Серебряной Цитадели. Затем рассмеялся, и, насвистывая собственную мелодию, ушел по улице столицы Новой Империи вдаль.

   Складной походный стул был приятен и удобен. Привычная к нему, спина Дрейса отдыхала. Сапоги, заляпанные тающим снегом и грязью, тем не менее грели ноги. Вокруг расстилался прекрасный пейзаж. Сбегающий с холма ручей, блестя тающими льдинками падал небольшим водопадом в ледяное озеро. Дальше, за грядой холмов, расстилалось белое от снега нагорье. На одной из скал, словно гриф, зацепилась крепость Корхорен. Ее черно-белые стены отбрасывали длинную тень под зимнем солнцем. Рощицы облетевших деревьев, уснув, стояли в долинах, а мелкие речки блестели ледяным покровом на солнце. Всю эту спокойную картину венчали величественные и грозные вершины Драконьих гор. От края до края отделяли они горизонт. Их ярко-белые, покрытые ледником вершины, казалось держали на себе высокое синее небо. Туманные щупальца облаков едва-едва высовывались из-за перевала.

   Дрейс поставил последний мазок кистью и откинулся на спинку стула. Картина, которую он сегодня писал, нравилась ему все больше и больше. Уроки, что капитан брал у заезжего художника долгими вечерами, ожидая, пока перевал освободится от снега, пошли впрок. Теперь Дрейсу было не стыдно показать свои попытки друзьям.

   Размяв затекшие на холоде кисти рук, капитан поднялся и, собрав мольберт, спустился в лагерь. Вокруг кипела жизнь - крики тренировок на плацу, звон походных кузен, дым печек в столовых. Легион не скучал, и был готов по весне вернуться в свои, привычные земли. Словно дракон, стремящийся укрыться в скалах до той поры, когда придет его час.

   Земля содрогнулась. Расколовшийся камень выплеснул в небо лавовую струю и исчез в бездне расплавленной породы. И вот очередной язык лавы врезался в море, вызвав к жизни рев раскаленного пара.