Дикая полынь - Цезарь Солодарь

Беседуя в Праге с девушкой-биофизиком, я не мог определить "фабричной марки" атаковавшей ее французской сионистки. Но теперь, познакомившись с направленностью "Б'рит иврит Оламит", нисколько не сомневаюсь, что молодую пражанку пыталась провоцировать питомица именно этой организации. Выходит, от "голоса крови" через советологию всего один шаг до наркомании и мимолетных встреч с интересными мужчинами в благоприятствующей этому израильской обстановке! Ничего не скажешь, разнообразный арсенал провокационных средств используют французские активисты сионистской ассоциации, пекущейся о родном языке.

Стремление сионистов демагогически отвлекать общественность от борьбы с подлинным антисемитизмом, по существу для них выгодным, и одновременно проводить знак равенства между антисионизмом и антисемитизмом - этот спекулятивный маневр своевременно раскрыли и осудили французские коммунисты. Еще в 1971 году теоретический центр Коммунистической партии Франции - институт Мориса Тореза подкрепил серьезной аргументацией недвусмысленный вывод: "Критиковать идеологию сионизма и разоблачать фальсификаторов - это не значит проявлять антисемитизм (по без конца повторяемой сионистской формуле "антисионизм-антисемитизм"). Напротив, это означает отвергать утверждение, будто все евреи - соучастники политики расизма, экспансии и агрессии, это означает выступать против доктрины "вечной ненависти" (имеются в виду измышления сионистских историков о "вечной ненависти всех народов мира против евреев". - Ц.С.), за братство народов".

С такими же справедливыми оценками провокационной практики сионистов неоднократно выступала и газета Компартии Франции "Юманите".

Тем не менее пойманные, как говорится, с поличным сионисты продолжали делать свое черное дело. Негласная, но властная сионистская цензура оголтело "искореняла" во Франции не только малейшее осуждение политики и экономики Израиля, но и любое критическое высказывание об израильской культуре.

Пресс такой цензуры испытал на себе публицист Ноэль Калеф, многие годы до того превозносившийся сионистской прессой за его обнадеживающие статьи об Израиле. Но вот он посмел на основе серьезных исследований подчеркнуть, что одна из причин, по которым пока еще не сформировалась собственная израильская культура, - это застывший в своей древней структуре язык, плохо подчиняющийся требованиям живого стиля и уводящий писателей в лоно пафоса. Какой поднялся переполох! Сколько проклятий призвано было на голову новоявленного "антисемита" Ноэля Калефа!

Такие трансформации, такие кульбиты не редкость для пропагандистской машины сионизма во Франции, гордящегося тем, что присущий ему "теоретизм" способствует его "высокому международному авторитету", то есть придает ему особенный вес в сионистских кругах не только Западной Европы, но и Америки.

В этом есть доля правды. Действительно, стоит только французским сионистам предать кого-либо анафеме, как это приобретает международную известность...

Сколько оскорбительных нападок и угроз обрушили, например, сионисты США, Англии, Бельгии и, конечно, Израиля на французского публициста еврейского происхождения Роже Икора, предостерегшего со страниц еженедельника "Ле фигаро литтерер" о чрезвычайной опасности помноженного на милитаризм и теократический дух еврейского национализма: "Все это создает страшную смесь религиозного фанатизма и расизма".

ЗЛОВЕЩАЯ ТЕНЬ ФАШИЗМА

Эта страшная смесь все густеет и растекается. Она закономерно порождает в Израиле организации и службы, говоря о которых никак нельзя не помянуть фашизм.

- Ой, как просвечивает родство с ним, - сказала мне пожилая парижанка, жена владельца магазина близ Блошиного рынка, недавно побывавшая в Израиле. - Муж давно недоволен моим увлечением сионизмом. Он убежден, что во всех несчастьях его родственников, проживавших до войны в Польше, виноваты только сионисты. А я, правду говоря, за последние шесть лет не пропустила, кажется, ни одного собрания сионисток нашей общины. И хотя с доходами у нас в магазине сейчас не очень хорошо, муж сказал мне: "Поезжай туристкой в Израиль, посмотри все своими глазами и по совести ответь себе, можно ли верить тому, что сионисты рассказывают нам об этой стране". Так случилось, что на второй день приезда я смогла увидеть и услышать одного из нескольких десятков "главных членов" новой организации "Кахх". Когда мне сказали, что ею руководит Меир Кахане, я вначале не поверила. Не может быть, подумала я. Ведь во многих странах, и у нас во Франции тоже, столько евреев краснели от стыда, когда узнавали о новых бандитских нападениях лиги Кахане в Америке. И мы радовались, когда на собраниях нам рассказывали, что за "антигуманизм" его в Израиле не раз привлекало к ответственности. А он, оказывается, в Израиле сколотил террористическую шайку и открыто проповедует такие кровавые дела, что невольно вспоминаешь фашистскую пропаганду. И не только проповедует, но и организует разбойничьи нападения на арабские семьи. Хочет заставить их покинуть родные места и даже совсем эмигрировать из страны. Я слушала, слушала про делишки "Кахха", а потом впервые в жизни взялась за блокнот и перо. Составила маленький список террористических дел и планов кахановской организации. Только тех, о которых своими ушами слышала от израильтян, причем и от таких, которые говорили о "Каххе" с удовольствием и вовсе не осуждали израильских кахановцев...

Словно заподозрив меня в недоверии к ее словам, женщина торопливо пояснила:

- Почему я исписала полблокнота, а в последний вечер начисто переписала все на четырех листах? Думала, у нас в Париже моими бумагами заинтересуются, ведь наши евреи только кое-что знали о нападениях "Гуш-эмуним" на арабов. Я, правда, узнала, что "Гуш-эмуним" расправляется и с израильтянами, если они смеют сочувствовать арабам. Хорош "блок верующих", ничего не скажешь! Но все гушэмунимские делишки - это просто хулиганские выходки по сравнению с тем неслыханным зверством, что задумал Кахане вместе со своими помощниками в "Каххе". Ужас! "Армия расправляется с сопротивляющимися, а мы докончим то, что она недоделала, и расправимся поголовно со всеми" - вот какие инструкции дает Кахане своим "главным членам"...

- Можно ознакомиться с вашим списком? - непроизвольно вырвалось у меня.

Тут уж в разговор вмешался - и весьма решительно - муж возвратившейся из путешествия туристки.

- Вы думаете, я сошел с ума? И хочу обанкротиться? И вижу во сне, чтобы меня вышвырнули из Парижа? Я сразу сказал ей: спрячь свой "меморандум" под три замка и никому не вздумай показывать. Нажить себе врагов - сионистов - только этого нам недоставало!

- И все-таки я показала свой список журналистке - с долей вызова продолжала женщина. - Она, правда, совсем еще молодая, пока еще ее строчки печатаются без подписи. Но настоящая журналистка. Она тут же при мне все прочитала. И пришла в ужас. Потом снова прочитала...

- Не тяни резину, - вновь вмешался в разговор муж, - а то господин Солодарь еще, не дай бог, подумает, что твоя журналистка схватила список и побежала в редакцию, чтобы напечатать его в вечернем выпуске на самой первой странице!

Женщине явно не хотелось продолжать рассказ. После длительной паузы она без прежнего оживления тихо произнесла:

- Девушка тоже не хочет калечить себе жизнь. Она взяла с меня слово, что я ради своих детей никому не скажу ни слова про... Вы понимаете - про что...

- Договаривай уже. - На сей раз муж говорил с грустной интонацией. - Расскажи, как журналистка прибежала на следующий день. Прибежала рано утром, до открытия магазина. - Но жена молчала, и он сам мне пояснил: - Журналистке показалось, что мы с женой не поняли, что играем с огнем. А, скорее всего, просто испугалась за себя. Она хоть и не еврейка, но сионисты могут испортить жизнь и ей...

- Она мне сказала, - вновь оживилась женщина, - что ни один сионист, ни один близкий сионизму человек не должен знать о нашем разговоре. Сказала так, что я поняла: ей не простят. И задрожала. Мне, еврейке, тем более не простят, если я хоть словечком, хоть намеком посмею сравнить некоторые сионистские организации Израиля с фашистскими.

Бедная женщина! Дрожащая за своих детей, не знала она, что даже израильская печать нет-нет да проговорится, что покровительствующая кахановскому "Кахху" националистическая организация "Техия" заимствовала некоторые формулировки своей программы у фашизма. Не дошел, вероятно, до скромного магазина близ Блошиного рынка тот номер газеты для избранных "Монд дипломатик", где об организаторах "Техии" было сказано: "Эти деятели без стеснения сравнивают свою партию с некоторыми фашистскими движениями Европы". И конечно, не известна моей напуганной парижской собеседнице политическая резолюция состоявшегося в июле 1980 года пленума ЦК Коммунистической партии Израиля, открыто обвинившего правительство Бегина в расширении и усилении процесса фашизации общественной жизни в Израиле. Со свойственной коммунистам бескомпромиссностью в резолюции отмечается _фашистский характер_ предложенной 13 июля 1980 года правительством поправки к закону о "борьбе против террора". Эта поправка предусматривает трехлетнее тюремное заключение для тех, кто борется за справедливый мир на Ближнем Востоке на основе уважения законных прав палестинцов. Под ярмо изуверского закона, следовательно, попадут и арабы и евреи, считающие Организацию освобождения Палестины единственным законным представителем палестинского народа. Иными словами, законодательно подкрепляются разбойничьи планы всяких "Техий" да "Каххов".