Любовь по его правилам - Рина Ушакова

— Откуда у меня его номер? — сказала она. — Мне даже сидеть рядом с ним противно, не хватало ещё его тупой голос в свободное от школы время слышать.

— Но ты же можешь его узнать? Пожалуйста! — попросила Маша и сложила руки в мольбе.

— А ты не можешь просто написать ему? Или до тебя такие технологии ещё не дошли?

— Не могу, — ответила сестра и надула губы. — Он меня в чёрный список закинул.

Про себя Даниэла посмеялась над такой находчивостью старосты, а заодно взяла этот метод на вооружение, в случае если Маша окончательно её достанет. Внешне, однако, она сохранила спокойное выражение, чтобы не вызвать подозрений.

— Я постараюсь, но не обещаю, — сказала Даниэла.

Пожалела она об этом практически сразу: сестра со счастливыми воплями кинулась ей на шею и чуть не задушила в своих объятьях. Даниэла с большим трудом высвободилась из них и вернулась к предсказаниям, а Маша от радости запела какую-то песню на итальянском, завалившись обратно на кровать.

— А-а-а! У меня сейчас голова треснет! — не выдержала и закричала Даниэла, вцепившись в волосы.

— Расслабься, сестрёнка, это всё убывающая луна в Козероге, — сказала Маша. — Вот завтра в девять часов двадцать две минуты она перейдёт в Водолея, и ты сразу почувствуешь, что тебе станет легче, такой прилив энергии будет!

— Мне уже сейчас станет легче, если ты перестанешь меня грузить своими гороскопами! — огрызнулась Даниэла. — Лучше бы помогла придумать что-то.

— Фачилэ! Записывай.

Как и предполагалось, на следующий день луна в Водолее никак не повлияла на жизнь Даниэлы. После выходных той хотелось только одного: спать, поэтому на первый урок она пришла с заметным опозданием, на которое, однако, никто не обратил внимания, даже учительница.

В последнюю неделю предпраздничная суматоха достигла своего апогея, и ни про какие занятия речь уже не шла. На понедельник были запланированы утренники у младших классов и, хотя проходили они в другом крыле здания, новогоднее настроение охватило всех. Пока учителя судорожно заполняли бесконечные отчёты, таблицы и карты, каждый спасался от скуки, как мог. Одни ученики собирались в небольшие группы и болтали, другие радовались тому, что никто не отбирает у них телефоны, ну а третьи просто спали.

Естественно, Даниэла решила присоединиться к последним, но отдохнуть у неё не получилось. Стоило ей только удобно устроиться за партой рядом с Вероникой, которая рисовала эскизы в блокноте, как её сон самым грубым образом прервали.

— Денисова, хорош дрыхнуть, иди распечатывай свои предсказания.

— Потом, — промямлила Даниэла, не поднимая головы.

— Знаю я эти твои потом, — сказал староста. — За пять минут до начала окажется, что ты опять забыла.

Сил подняться у неё не было, поэтому она продолжала лежать и надеяться, что проблема разрешится сама собой, однако убывающая луна, по-видимому, так не работала.

— Денисова, мне долго ждать?

— Сходи сам, — вяло ответила Даниэла.

— Чего?! — возмутился староста.

— Пожалуйста, — добавила она.

Вежливость на него не подействовала, но у Даниэлы был в запасе ещё один козырь, против которого он уже ничего не мог противопоставить.

— Знаешь, староста, — сказала она, посмотрев на него. — У меня тут Маша спрашивала твой номер… и адрес…

Его лицо моментально вытянулось, и Даниэла поняла, что нашла самый эффективный способ воздействия на него. Хотя она и не планировала делиться с сестрой такой информацией, старосте знать об этом было совсем необязательно, чтобы он оставался посговорчивей.

— Я ей пока ничего не сказала, — продолжила Даниэла, — но только потому, что у нас с тобой временное перемирие…

— И ты думаешь, что я этого испугаюсь? — спросил он с напускной смелостью.

Даниэла молча кивнула головой, ни капли не сомневаясь, что её неприкрытый шантаж приведёт именно к тому результату, на который она рассчитывала. Такая самоуверенность заставила старосту напрячься и осознать серьёзность намерений Даниэлы, поэтому ему пришлось согласиться на её условия.

Отпраздновав победу, она снова пристроилась на парте и закрыла глаза, но не прошло и пяти минут, как она почувствовала, что кто-то тормошит её за плечо. Даниэла решила, что это староста с запозданием придумал новые аргументы и вернулся, чтобы продолжить спор, поэтому резко подорвалась.

— Что тебе ещё от меня надо?! — выпалила она и тут же осеклась, так как увидела перед собой Максима.

Он уже привык, что от Даниэлы можно ожидать чего угодно, но такая реакция удивила даже его. От неожиданности Максим резко отдёрнул руки в сторону и замер, но вскоре понял, что находится вне опасности, и широко улыбнулся.

— Поговорить хотел, но, если я не вовремя, могу подождать, — сказал он.

— Извини, мне просто приснился жуткий сон о том, что я учусь в одном классе с непроходимым тупицей, который возомнил себя главным, — ответила Даниэла и, прикрыв рот, зевнула.

О её вражде со старостой Максим прекрасно знал, поэтому рассмеялся, но потом посерьезнел и наклонился к ней.

— Выйдем в коридор? — попросил он. — Важный разговор есть.

— Ладно, — сказала Даниэла и повернулась к Веронике. — Я скоро.

Учительница к таким перемещениям во время урока отнеслась спокойно, а вот одноклассницы проводили их завистливыми и недовольными взглядами, в очередной раз убедившись, что эти двое всё-таки вместе.

— В общем, тут такое дело… — замялся Максим, когда они покинули кабинет. — От нас Фил ушёл.

— Что значит ушёл? — не поняла Даниэла.

— Он сегодня в принципе в школу не пришёл, а такого вообще никогда не происходило, — объяснил Максим. — Но это ещё не всё, он заявил, что ему надоело быть старостой, и он больше не будет этим всем заниматься. У нас все в шоке, пытались уговорить его подождать хотя бы пару дней, потому что на нём весь праздник держится, так Фил вообще заявил, что собирается уйти на домашнее образование и учиться самостоятельно.

Звучало это невероятно, но причин не верить Максиму не существовало. Уж кто-кто, а он знал Феликса лучше всех, и если даже его это сбило с толку, то всё оказалось серьёзней некуда.

— Может он просто пошутил? — неуверенно спросила Даниэла.

— Фил? — сказал в ответ Максим, многозначительно подняв брови.

Предположить такое действительно можно было только от очень большого отчаяния, потому что поступать так исключительно ради развлечения Феликс не стал бы.

— Что с ним тогда случилось? — пролепетала Даниэла.

— По-моему, он немного приуныл из-за вашей ссоры и не нашёл ничего лучше, чем пропасть с радаров. Я пытался расшевелить его, но это бесполезно, он молчит и делает вид, что всё в порядке, хотя ясно, что это не так.

Даниэла и представить не могла, что её слова так подействуют на Феликса, и даже сейчас в