Бойся тьмы - Александра Айви

Леве надеялся, что раны.

Он выпустил второй залп магии. В этот раз искры проникали в саму ауру, взрываясь, словно фейерверк.

Запах обугленной плоти смешался с запахом серы и отвратительным зловонием гниющего тела. Словно кто-то только что открыл гроб, вырытый из-под земли.

Темнота продолжала дрожать, а затем, как патока, сползла прочь от Темной Властительницы.

Леве закрыл рот, запоздало поняв, что Темная Властительница, ощутив опасность, повернулась к нему.

— Что ты натворил? — завизжала она, потянувшись к эфемерному духу, словно могла его удержать.

— То, что и обещал, — прокаркал он, хотя едва мог стоять.

С треском, дух отделился от Темной Властительницы, убегая от искр, которые преследовали его.

— Нет. — Женщина отступила, ясно осознавая свою уязвимость. — Невозможно.

— В моем словаре нет слова «Невозможно!» — процитировал Леве Наполеона, и улыбнулся, когда Эбби подошла к Темной Властительнице и схватила ее за шею.

— Умри, — тихо прошептала Эбби.

— Ты… — Содрогаясь от силы богини, вливающейся в тело, Темная Властительница впивалась взглядом, наполненным ненавистью, в Леве. — Ты заплатишь за это.

Леве надеялся, что это пустая угроза.

Злобная шлюха начала плавиться изнутри от силы богини света. Кожа начала разлагаться, выплескивая наружу багровое пламя.

Но, даже умирая, Тёмная Властительница указала пальцем на Леве

Он попытался отскочить, но опоздал, и хотя Темная Властительница была окутана мерцающей дымкой, разряд ее молнии ударил прямо в грудь.

Леве закричал от невыносимой агонии, пронесшейся по крошечному телу. «Sacrebleu».

Такую боль горгулья перенести не мог. К счастью, он провалился в счастливое небытие.

И последняя мыль в голове Леве не относилась к смерти, или жертве, или к запаху Янны, внезапно окутавшему его.

Он думал, что, наконец, сделал это

Стал настоящим героем.

И он надеялся, что о нем сложат песнь.

Глава 25

Приближаясь к сражающимся божествам, Касси ощутила мгновение, когда Темная Властительница умерла.

И не из-за того, что в подвале мгновенно стало тихо, и не из-за прекратившихся разрядов молний.

И даже не по испарившемуся запаху серы.

А по изменению давления в подвале. Словно прошла страшная буря, оставив за собой свежесть весеннего дня.

Но Касси едва замечала, как злобное божество пожирает мерцающий туман. Перед глазами лишь стоял, лежащий на земле, со сломанными крыльями и разорванной молний грудью, Леве.

— Леве. — Касси опустилась перед ним на колени, взяла его руку в свою и посмотрела на маленькую демонессу, которая встала рядом. — Проклятье, ты обещала, что защитишь его.

Женщина смотрела на нее непроницаемыми черными глазами и ничего не выражающим выражением лица.

— Я позабочусь о горгулье.

Касси закусила губу.

— Он…

— Не переживай. — Она загадочно улыбнулась и посмотрела за плечо Касси. — Тебе придётся смириться.

— Что?

Касси окутал запах Вера, прежде чем она оказалась прижатой к голой груди.

— Касси, — прорычал Кейн, сердце, которого колотилось под ее ухом. — Я говорил тебе, держаться в стороне.

— Погоди. — Она обернулась через плечо и тяжело вздохнула, когда увидела, что демонесса с Леве уже исчезли.

И Касси надеялась, что женщина сможет о нем позаботиться.

В противном же случае, Касси… ну, она не решила еще что, но сделает что-то грозное.

Очень-очень плохое.

— Касси?

— Не важно. — Она повернула голову и уткнулась носом в изгиб шеи своего супруга, упиваясь его запахом.

Кейн судорожно выдохнул.

— Ты меня убиваешь.

— Еще не время.

— У тебя было об этом видение? — поддразнил он и запутал пальцы в ее волосы, чтобы Касси посмотрела на его, плавящую тысячи сердец, улыбку.

Тысячи и одно, поправилась Касси, прижимая руку Кейна к своей груди.

— Нет.

Потерянные друг в друге, Касси и Кейн не замечали ни демонов, бегущих от вампиров и оборотней, не говоря уже, что пережили конец света.

Даже неуместный детский плач.

Пока к ним, нарушая подобие уединения, не подошли Стикс и Сальваторе.

Оба короля выглядели потрёпанными.

Стикс был в крови, а его волосы, словно занавес, ниспадали на спину. Сальваторе же смог откуда-то достать спортивные штаны, которыми прикрыл наготу, но на его теле все еще были видны, заживающие, раны.

— Твою… мать, — пробубнил Анассо, смотря куда-то за Кейна и Касси.

— Что еще? — отрезал Кейн, опуская Касси на землю, после чего развернулся, чтобы встретить новую опасность.

Касси же, не готовая к новому сражению, не спешила оборачиваться.

Еще очень долгое время она не будет готова к новой опасности.

Сначала ее взгляд задержался на изможденной Эбби, сидящей у Данте на коленях. И, несмотря на измождение и раны, Эбби выглядела невероятно здоровой, учитывая, что только, что сражалась с Темной Властительницей.

В итоге Касси посмотрела на ужасно красивого вампира с ирокезом и его пару полу-джинна, Лейлу, держащую двух малышей на руках.

Малухия и его сестра-близнец.

Дети, созданные Темной Властительницей для великого возвращения, теперь стали невинными младенцами, которые сами будут вершить свои судьбы.

— Это конец? — выдохнула она.

— Темная Властительница мертва, — сказал Стикс, указывая на опаленную поверхность пола. Все, что осталось от злобного божества, после воздействия силы Богини Света

— На самом деле мертва? — потребовал Сальваторе.

— Так кажется.

Все повернулись к древнему вампиру, но заговорил Король Веров, озвучивая мысли всех.

— Пиявка, ты совсем не помогаешь почувствовать радость победы, — сказал он. — Мы в безопасности или нет?

Стикс слабо покачал головой.

— Не уверен. Такая сила… — он поморщился, — так просто не исчезает.

Касси поняла, что он имел в виду.

Отчасти.

Существовали ли теории о черных дырах и тисках, которые смогли бы сдержать такую мощь?

Если Вселенная не давала исчезнуть энергии или информации, то, что уж говорить о божестве?

Но в данный момент, невозможно было углубиться в это обсуждение.

К счастью, Кейн чувствовал то же самое. Одним резким движением, он поднял Касси на руки и прижал к груди.

— Кажется, об этом должны позаботиться короли, а не прислужники, — произнес Кейн.

Кейн улыбнулся Касси, с похотливым огоньком в голубых глазах.

— А у меня назрел медовый месяц.

— Береги ее, — грубо приказал Сальваторе

— Знаю, знаю, — произнес Кейн. — Она — пророчица…