Пёрл-Харбор: Ошибка или провокация? - Михаил Маслов

2. С особым вниманием к линкорам и авианосцам, мы бы хотели иметь ваши доклады о них на якорных стоянках (это не так важно), у причалов, на буях и в доках. Кратко укажите типы и классы. Если возможно, отметьте факт швартовки двух и более кораблей борт к борту у одного причала»[674].

Возможно, гражданский человек и не поймет всей значимости данной телеграммы. Но для военного — она очевидна — это план бомбардировки Пёрл-Харбора. Недаром буквально сразу после перевода и дешифровки получил название «Бомбовый план», кстати, его английская версия появилась 24 сентября 1941 г. Разделение главной базы американского флота на районы и просьба следить за кораблями говорили сами за себя. Вот только ни генерал Шорт, ни адмиралы Киммель и Блох, те люди, которым было просто необходимо познакомиться с этим документом, так и не увидели его до 7 декабря 1941 г. Возможно, ознакомься они с ним в сентябре — ноябре 1941 г., и Пёрл-Харбор так и остался бы главной базой флота, а не символом величайшей национальной трагедии США. А для этого надо-то было всего ничего — нормальная координация действий между станциями «Пять» и «Хайпо».

«Великолепный механизм» покрывал огромным зонтиком весь Тихий океан, американским радиоразведчикам удавалась перехватывать большую часть дипломатической переписки Токио с зарубежными миссиями. Конечно, из всех вышеперечисленных систем дипкодировки наиболее информативной для американцев была «фиолетовая», именно ее использовали японцы для наиболее значимых и секретных посланий. Естественно, в Токио стремились максимально усложнить и этот шифр, так, диски с ключами для переписки Токио—Вашингтон всегда отличались от тех, что использовались для передачи сообщений Токио—Берлин. Тем не менее американцы сумели решить и научиться предсказывать последовательность ключей для всех посольств. Поэтому в Белом доме были в курсе всех самых потаенных движений японской внешней политики.

Как и в 1920-е годы, американские спецслужбы не гнушались ничем для добывания новых японских кодов. В ход шли проникновение в консульства и посольства, подкуп, вскрытие сейфов на кораблях, проходящих таможенный досмотр. (На жаргоне шифровальщиков все это называлось «прямые методы».) Через расшифровку перехваченных сообщений американцы, как правило, знали, когда и каким именно маршрутом в японские посольства и консульства будут прибывать книги с модификациями шифров или их новыми аналогами. И во что бы то ни стало стремились перехватить курьеров. Так, ВМС перехватили следующее сообщение: «Курьер Фукида будет на борту «Явата Мару», прибывающим в Ваш город 24 апреля 1941 г.»[675] Курьер вез новые коды в Сан-Франциско. Офицеры ВМС, представшие в качестве агентов таможенной службы, поднялись на борт «Явата Мару» в день его прибытия. Далее они вскрыли ящики, в которых хранились шифровальные книги, быстренько все сфотографировали и положили на место, как будто ничего и не произошло, и пропустили груз на территорию США. Теперь японским дипломатам «можно» было пользоваться новыми шифрами. Но этого было мало, американцы умудрились заодно подкупить главного радиста «Явата Мару». Т. Харада продался за 40 000 долларов, безумные по тем временам деньги, и передал противникам Японской империи код коммерческого флота «Шин»[676]. Эта система шифрования должна была вступить в действие в случае начала военных действий. Сколько японских судов было перехвачено американскими субмаринами в результате этой удачной сделки, известно только Богу, но можно с уверенностью предположить, что много.

Однако самой темной частью истории «великолепного механизма» в 1941 г. является дешифровка военно-морского кода Японии. Точнее, 29 различных шифров, использовавшихся военно-морскими силами Японии для передачи сообщений. Вся эта система называлась «Кайгун Анго». Японский военно-морской код был решен американскими криптоаналитиками в 1936 г., однако в июне 1939 г. ВМС Японии вновь сменили всю систему шифров. Некоторые из новых кодов принципиально отличались от всех ранее использовавшихся японцами кодов.

Тем не менее к концу 1940 г. пять основных шифров были вновь декодированы военно-морским министерством. Об этом свидетельствует письмо за номером 081420, направленное начальником штаба ВМС командующим Тихоокеанским и Азиатским флотами:

«Предмет: Криптографическая активность, текущее состояние.

1. В свете современной сложной международной обстановки, целесообразно ознакомить адресатов с существующей ситуацией и перспективами дешифровки оранжевых криптографических систем...

2. В течение последних 10 лет разведка в отношении оранжевых была оснащена решенными кодами оранжевых ВМС и в меньшей степени системами пеленгации и анализа передвижений флота. Каждое перемещение оранжевого флота предсказывалось, и огромный поток информации о дипломатической активности оранжевых был доступен...

3. В настоящее время оранжевый флот использует пять основных криптографических систем, все они дешифрованы, названия:

A. Флагманский код.

Шифр, используемый с этим кодом, меняется каждые десять дней. Код и шифры находятся в руках командующего четырнадцатым военно-морским округом и дешифрован настолько, что практически любое перехваченное послание может быть декодировано.

Б. Код торгового флота.

Система читабельна на 99%, но вспомогательная кодировка названий кораблей и географических пунктов пока не установлена. Изменения шифра происходят ежеквартально, следующее в июне 1941г....

B. Код материальной части.

Данная система шифрования имеет нерегулярное расписание смены шифра от 10 до 30 дней. Текущая информация не может быть получена путем дешифровки посланий данной системы кодирования, но примерно в течение 6 месяцев мы уверены, что сможем читать донесения данной системы вскоре после перехвата.

Г. Оперативный код.

С данным кодом используется шифр, несмотря на то что метод дешифровки хорошо отработан, процесс является крайне трудоемким и занимает от часа до нескольких дней на дешифровку каждого послания.

Д. Разведывательный код.

Данная система имеет наименьшее значение, поэтому ею пренебрегли в пользу других шифров... Министерство продолжит работу с этой системой...

4. Учитывая текущее распространение разведывательной информации, обязанностью служб разведки средств связи является предоставление соответствующим начальникам разведывательной информации и выводов, полученных посредством радиоразведки. Поскольку, очевидно, непрактично главнокомандующему американским флотом быть первой инстанцией при сборе данной информации, и невозможно для него использование расшифрованных оранжевых депеш, ввиду отсутствия в его штабе офицера со знанием японского языка, желательно, чтобы командующий четырнадцатым военно-морским округом и командующий шестнадцатым военно-морским округом время от времени предоставляли полученную разведывательную информацию как главнокомандующему, так и министерству. Это гарантирует, что все оранжевые послания, переданные в военно-морской кодировке, будут переведены сразу после перехвата, чтобы информация носила наиболее оперативный характер, вся деятельность по анализу и дешифровке должна быть подчинена этой цели. В качестве общего правила, все перехваченные декодированные и переведенные оранжевые послания должны храниться в порядке, обратном хронологической последовательности их перехвата.

5. Необходимо учитывать, что существующая оранжевая система кодов может быть заменена новой сразу после начала войны. Таким образом, разведывательная информация, по существу, может быть недоступна с этого времени и до момента успешной дешифровки. Между тем информация может быть получена из радиоперехватов и радиопеленгации, как это было в течение последнего года»[677].

Данный документ за подписью адмирала Р. Ингерсола является красноречивым подтверждением того, что новая японская система военно-морских кодов была решена в 1940 г. Но сам по себе документ интересен другим: в соответствии с этим письмом ответственность за сбор разведывательной информации возлагается на командующих военно-морскими округами. Анализ и выбраковку должны были проводить также они (не имея в своем распоряжении развитой службы аналитиков и не являясь профессионалами в разведке), после чего перехваченные донесения доставлялись в Вашингтон и командующим флотами. В принципе система довольно стройная, если забыть тот факт, что каждая СПР имела определенную специализацию, занималась решением одного кода, а всю остальную перехваченную корреспонденцию недешифрованной отправляла на станцию «ЮС» в Вашингтон. Только центр «Каст» имел возможности для полномасштабной работы по дешифровке и переводу японских донесений. Станция «Хайпо» на о. Оаху получила задание дешифровать «флагманский код», шифр, используемый японским высшим командованием. Несмотря на то что это было сделано, результативность работы была крайне низкая. Этот код очень редко использовался японскими ВМС. В то же время подобное разделение привело к печальным последствиям, «оперативный код», основной для японского флота, расшифровывали «Каст» и «ЮС», таким образом, Рошфор на Оаху попросту не имел возможности «читать» основную массу переговоров японского флота.