Путь к вершине - Евгений Онегин

Лагерь разбили возле самого тракта. Пытаться углубиться в плоские, словно стол, степи не было никакого смысла — по следам на снегу даже слепой бы сообразил, куда направились беглецы. Их спасением сейчас были расстояние и скорость, а не заячьи петли.

Ровандисских гвардейцев отпустили вместе с телом Сейнариса. Как пояснил Ройвису Кесиан — подозрение в произошедшем неизбежно падет на вельсийцев. Цинично, но положения осажденного города это ничуть не изменит. Впрочем, рыцарь и сам прекрасно понимал, что они с Ветой по самое горло влезли в очередную интригу таэтис. Несколько раз на глаза ему попадалась Лиардис. Та ехала особняком в компании Астаэлле. Время от времени тревожный взгляд зеленых глаз обращался на молчаливую Вету. Девушка, однако, то ли этого не замечала, то ли попросту игнорировала, не собираясь прощать той обмана.

Лишь после того, как они оказались наедине в теплой палатке, чей полог надежно отрезал продрогших людей от пронизывающего ветра и еще более пронизывающих взглядов Астаэлле, Вета молча обняла Ройвиса.

— Прости, — едва слышно пробормотала девушка. По щеке покатилась слеза.

— За что? — Тупо переспросил Ройвис. Все это время он сходил с ума от попыток понять поведение возлюбленной — и не сказать, чтобы сильно преуспел. А тут еще и извинения по совершенно непонятному поводу.

— За то, что втравила тебя во все это. За то, что заставила предать Орден. За то, что… — Ладонь Ройвиса бесцеремонно закрыла ей рот, превратив срывающийся голос в невнятное мычание. Зрачки Веты расширились. Кажется, она была на грани истерики.

— Что бы я ни совершил, я это сделал совершенно осознанно и не собираюсь ни о чем жалеть. Куда сильнее меня беспокоишь ты. Там, возле деревни… — Ройвис осекся. При воспоминании о ледяном голосе Веты, о каменном лице, с которым она добивала умирающего Сейнариса, становилось не по себе.

Девушка тихо вздохнула. Ее нос ткнулся в плечо рыцаря. Словно крохотный котенок спрятался за пазухой у такого большого и грозного человека.

— Наверое, во мне все-таки проснулась кровь отца. Весь страх, который неотступно следовал за мной, презрение, которым меня обливала эта моль… Больше всего я хотела вернуть ему то, что он дарил мне все время моего пребывания в роли наследницы. И я бы с удовольствием сделала это еще раз, слышишь?!

— Вета! Перестань. — Бездна проклятий, как ее прикажете успокаивать? В черных глазах полыхала слепая, безудержная ярость. — Мы простоим не больше шести часов. Не так уж и много. Лучше бы тебе лечь спать — иначе ты, чего доброго, во время следующего перехода вывалишься из седла. Умения спать на скаку я за тобой раньше не замечал.

Девушка моргнула, словно очнувшись от мучавшего ее кошмара. По крайней мере, ее удалось уложить на одеяло. Сверху Ройвис накинул собственный плащ — благодаря небольшой походной печурке в палатке можно обойтись и без него.

— Я… совсем не такая, как тебе бы хотелось, да? — Глаза девушки закрылись, сонное бормотание было едва разобрать.

— Какой бы ты ни была, я все равно буду любить тебя. — Только сейчас Ройвис сообразил, что сказал ей это впервые в жизни. На бледных губах Веты проступила счастливая улыбка.

Заглянувший в палатку Кесиан обнаружил спящую девушку и нависшего над ней сонным сычом Ройвиса. При появлении аристократа тот даже бровью не повел. Похоже, неудобная поза совсем не помешала рыцарю провалиться в сон. Одобрительно хмыкнув, таэтис отправился восвояси.

— Вета, а что ты сказала Сейнарису? — Этот вопрос уже долгое время не давал Ройвису покоя. Что такое требовалось скрыть от остальных свидетелей мистического поединка? После полудня дорога под холодным зимним солнцем продолжилась. Астаэлле решила дать коням отдых, так что двигались куда медленнее, чем до привала. Поводов для тревоги не было: отправленные разведчики не нашли никаких следов погони.

Девушка так долго хранила молчание, что рыцарю показалось, будто она снова оказалась во власти недавнего оцепенения.

— Этот таэтис, Кесиан… Он втерся в доверие к Сейнарису. — Вета говорила неохотно, слова словно выдавливались из нее через силу. — Смог убедить его, что империя желает видеть в роли наследника именно его.

— А на деле? — То, что таэтис обвели покойника вокруг пальца, и так было очевидно. Но после смерти мечтавшего о смерти Веты принца в Ровандис оставался еще один преемник Архистратига и его растреклятой короны. Точнее, преемница…

— А на деле теперь я — единственная наследная принцесса Ровандис, находящаяся под патронажем империи, — мертвым голосом закончила за рыцаря Ветассия. — Ниточка, дергая за которую Круг Соцветий и Императорский Престол будут заставлять Архистратига плясать любые танцы, которые придут в головы имперских правящих кругов. Сами таэтис останутся вне подозрений — наследника прикончила сестра при пособничестве вельсийцев. Да еще и в порядке самообороны.

— Это ты ему и поведала?

— Да. — Вета опустила голову. Ройвис так и не понял, стыдилась она своей мстительности — или же просто боялась, что он-таки начнет ее презирать. Напрасный страх. Хотя Ройвис и ловил себя на мысли, что перемены в Вете его совсем не радуют. Равно как и шевельнувшееся в душе подозрение, что никаких перемен не было вовсе — и он попросту знал о ней куда меньше, чем хотелось бы.

— История, шитая белыми нитками, — пробормотал рыцарь себе под нос. Хотя, с другой стороны, в делах государственных и не такое бывает. Мало ли что тебе очевидно — будь любезен предоставить доказательства, иначе грош цена твоей уверенности. А вот с доказательствами причастности имперцев к убийству Сейнариса у Архистратига явно дело не заладится. Да и каким бы он ни был любящим отцом — одной лишь правды в качестве союзника явно маловато для того, чтобы на равных бодаться с империей. А такое для любого политика аргумент посильнее родственных чувств.

— Выходит, остаться в стороне от политических игрищ у нас все-таки не вышло. — Фраза получилась слишком уж поспешной: кажется, девушка вновь начала впадать в меланхолию. Ройвис наклонился и накрыл ладонью тонкие пальчики. Не слишком-то удобно проделывать такое, находясь в седле. Ничего, можно и потерпеть.

— У меня все равно не оставалось выбора, — пробормотала Вета. Рыцарь с облегчением увидел, что его жест заставил ее немного расслабиться.

Ответить было нечего. Разве что… Ройвис едва удержался от того, чтобы не бросить мрачный взгляд на ехавшую впереди Лиардис. То, что девчонка соврала, не вызывало никаких сомнений. Если бы вельсийские вельможи на самом деле узнали о том, кто живет в Веканисе под самым их носом, то информировать о таких новостях таэтисскую посланницу им бы и в голову не пришло. Не говоря уж о том, чтобы странным образом медлить, ожидая неведомо чего. Другое дело — зная истинное имя Веты, вовремя пустить его в ход, использовав замешательство девушки, не слишком-то сведущей в хитростях политических интриг.