Зайчик для Волкова - Ная Таль

— Смог, — одним словом поясняет всё, что происходит, — но, кажется, не стоило, — вручает пакет и идёт снимать куртку.

— Как ты мог? — Тут же набрасывается Геля на своего брата.

— Я хочу, чтобы у меня тоже был папа, — поддакивает Ванечка.

— Федя заядлый холостяк, к тому же не любит журналистов, — разводит руками, отбиваясь от нападок.

— Ты заботишься о нём, а обо мне кто позаботится? Я, может быть, тоже замуж хочу, — продолжает наседать Геля.

— У тебя есть старший брат, который прибьёт любого, если он сделает тебе больно, а у Феди такого брата нет, — оправдывается Волков. — Не обижай его, — просит свою сестру. — А то знаю я тебя, — качает головой.

— Я расскажу тебе, где он живёт, — заговорщически шепчу новой подруге. Не одной же мне страдать от их семейства. Мне кажется, они друг другу подходят.

— Кажется, пора обосноваться в Питере, — подмигивает она мне.

— Так и знал, — закатывает глаза сводник, — спелись.

— Ты обещал мне гостя, — беру своего мужчину за руку.

Геля точно не пропадёт и не постесняется ещё раз двести подойти к Феде. Да, и Дрозд не робкого десятка.

Гость к нам явно не спешит. Мы прождали его до самого торта, но он так и не пришёл. Возвращаемся за стол. Именинник должен задуть свечи.

— Мы ждали этот момент весь вечер, а кто-то только ради этого и пришёл, — объявляет ведущая. — Торт!

В зал выкатывают тележку со сладостями. Несколько ярусов пирожных, кексов и наверху мой торт. Руки начинают дрожать, потому что катит всю эту прелесть ОН. Тот, чьи торты украшают дни рождения звёзд и блогеров. Тот, кому реклама давно уже не нужна. Тот, к кому я так хотела попасть на мастер-класс. Равиль Замков. В белой униформе с эмблемой своей кондитерской.

Зажмуриваюсь и снова смотрю на него во все глаза. Это не сон!

— С днём рождения, друг. Теперь я понимаю, почему ты отказался от моих услуг, но я всё же добавил своих десертов к столу. Не привык приходить с пустыми руками.

Голова кругом! Руки потеют от волнения, но мне же надо постараться удержаться и не пищать от восторга. До меня поздно доходит фраза про друга. Что? Серёжа подходит и обнимает мою мечту, они о чём-то переговариваются. А мы все, замерев, как единый организм ждём, когда именинник задует свечи и поздравления разрывают громкостью тишину в клочья. Я всё смотрю на невысокого брюнета и поверить не могу, что он тут, передо мной, стоит только подойти.

— Прежде, чем мы все попробуем торт, я хочу сделать одну вещь. Иди сюда, — подзывает меня к себе Волков.

На ватных ногах иду к своему мужчине. Он такой серьёзный и, кажется, сильно волнуется. Дуралей, но моё сердце предательски пытается сбежать в пятки и стучать весёлую морзянку там.

— Юля, ты мой лёд и крылья. Мы вместе всего несколько месяцев, но кажется, что уже много лет. Я люблю тебя. И пойму, если ты откажешь, но очень хочу знать, ты выйдешь за меня?

Всё, словно во сне и мне бы не просыпаться, но Серёжа встаёт передо мной на одно колено и протягивает кольцо. В том злополучном видео Геля говорила про чёрный бриллиант, но я и представить себе не могла, что он будет похож на шайбу. Мини-версия просто.

— И не надейся, — качаю головой и возмущённые вздохи заполняют зал. — Даже не думай, — повторяю громко.

— Скажи «да», — подсказывают мне откуда-то сбоку.

— Без подсказок, — заглушаю вопли несогласных с моим решением. — Отказа не будет. Да, Волков. Да! Я выйду за тебя и буду нервировать тебя до-о-олго.

Ну, а на что он рассчитывал? Мариновал меня целую неделю! Я же нервничала, переживала и надумала себе уже всё, что можно и нельзя.

— На то и расчёт, — улыбается мне и надевает кольцо на палец. — Это самый лучший подарок.

Тягучий и томный поцелуй только начало и как же мне сейчас хочется сбежать отсюда и закрыться в спальне. Подальше от суеты и людей, чтобы чувствовать своего мужчину каждым миллиметром кожи. Ласкать его в ответ и дарить всю себя.

— Хватит-хватит, а то мы уже покрываемся плотным слоем зависти, — прерывает наш поцелуй мой кумир.

— Юля, а это твой сюрприз, — знакомит нас теперь уже мой жених.

Улыбаюсь, как ошалелая дурочка. Наверное, нельзя быть настолько счастливой, но я счастлива и готова со всеми делиться своей радостью.

— А теперь торт, — объявляет Равиль.

Каждому достаётся по микроскопическому кусочку, но есть же ещё и другие сладости. Поэтому я больше не переживаю, что торт оказался маловат. Волнуюсь только потому, что мой кумир оставляет кусочек и себе и с каким-то затаённым мазохизмом жду критики.

— М-м-м! — Хватаюсь за руку Серёжи, потому что ноги подкашиваются. Не понравилось? — Отвратительно, — резюмирует мэтр, морщась. — Настолько отвратительно и горько сейчас мне. Она же меня подсидит! Особенно от крема паршиво. Как? Как можно было его сделать настолько вкусным? И почему ты работаешь не на меня?

Закрываю лицо ладонями, надо сдержаться и не прыгать по залу, как сумасшедший заяц по первому снегу. Ему понравилось! Понравилось!

— Спасибо, — выдыхаю и от смущения не могу посмотреть на мужчину.

— Спасибо скажешь, когда мы вместе цех твой запустим. Серёга попросил помочь с организационными вопросами и так по мелочи, но рецептом крема я заставлю тебя поделиться.

— Ни за что, — не улыбаюсь, а свечусь от счастья.

— Вот и молодец. Пойдём, нам нужно обсудить даты и время, когда я смогу прийти к тебе.

Смотрю на Серёжу и буквально подпрыгиваю от нетерпения. Прямо как Марс перед прогулкой у двери.

— Иди, — подталкивает меня жених.

— Я тебя люблю, — кидаюсь с обнимашками, готовая задушить в объятиях.

— Я тебя тоже.

***

Крадусь на мягких лапках по гулкому коридору, чтобы ни звука не пролетало, а голос в наушниках пыхтит:

— Я, пф, приеду позже, пф, — дыхание моего мужчины сбивается, и я, представляя себе совершенно пошлую картину, из-за чего может настолько сильно прерываться речь, прикусываю губу.

— Ты же обещал, — упрекаю его, а сама прислушиваюсь к звукам вокруг.

Тишина. Неестественная и глухая. С утра в спортивном центре слишком мало людей. Не знаю, с чем связано, но мне это на руку. Девушка на ресепшене сказала, что Серёжа в малом тренажёрном зале, заставила снять верхнюю одежду и обувь и указала направление, куда идти. Ножки в капроновых чулках скользят по натёртому кафелю и пальчики непроизвольно поджимаются, но я иду вперёд. Читаю надписи на дверях и продолжаю слушать пыхтение в трубку.

Ну, Волков, погоди! Так просто ты не отделаешься. Правильно