Охотники за умами. ФБР против серийных убийц - Марк Олшейкер

Что же я ищу в таких посланиях? В первую очередь я обращаю внимание на тон. Если в нескольких письмах политикам, кинозвездам, спортсменам тон становится твердым и требовательным («Ты так и не ответил на мои письма!»), я принимаю его всерьёз. Душевная и физическая истощенность оборачивается неуступчивостью. Значит, скоро последует срыв. Любое поведение можно назвать формой психического заболевания. Но для меня важнее всего выяснить, насколько оно опасно.

Хотя в тюрьмах нам приходилось беседовать и с женщинами, все наши публикации построены на основе анализа бесед с преступниками-мужчинами. Вы уже заметили, что описанные случаи серийных и сексуальных убийств касаются только мужчин. Исследования демонстрируют, что практически все серийные убийцы — выходцы из неблагополучных семей, что в детстве они испытывали физическое и сексуальное унижение, потом становились алкоголиками или наркоманами. Такое прошлое не редкость и у женщин, а девочки куда более, чем мальчики, подвержены половому насилию. Почему же серийные преступники-женщины представляют такую редкость, что обвиняемая во Флориде в убийстве мужчин Эйлин Вурнос сразу же привлекла к себе всеобщее внимание.

На этот счет у нас нет определенной точки зрения хотя бы потому, что до сих пор в этой области не проводилось серьезных исследований. Некоторые предполагают, что объяснение такому феномену следует искать на уровне тестостеронов,[48] то есть обусловливают его гормональными и химическими факторами. Единственное, что мы можем утверждать, что женщины обращают воздействие побудителей внутрь собственной личности и вместо того, чтобы наказывать других, обрекают на наказание самих себя и становятся алкоголичками, наркоманками, проститутками или совершают самоубийство. Или как, видимо, мать Эда Кемпера, вымещают злость на близких, что, с точки зрения психики, действует крайне разрушающе. Но факт остается фактом — женщины убивают совершенно не так, как мужчины.

Каким же образом поступать в случае потенциальной угрозы со стороны человека и предотвращать беду, пока еще не поздно? К сожалению, на этот вопрос не существует однозначного ответа. Часто последней линией обороны порядка и дисциплины становятся правоохранительные органы, а не семья, и эта ситуация опасна для общества, поскольку в тот момент, когда мы вмешиваемся, оказывается уже трудно что-либо исправить. Можно лишь предотвратить худшее.

Многие в этом случае кивают на школу. Возможно, перегруженные учителя и способны исправить положение, если станут уделять все семь часов ребёнку из неблагоприятной среды. Но остаются другие семнадцать часов.

Нас часто спрашивают, позволяют ли наши исследования уже на ранней стадии предсказать, вырастет ли ребенок опасным? Ответ Роя Хэйзелвуда: «Безусловно. Но то же самое способен предвидеть хороший учитель начальной школы». Правильное воспитание, сильный личный пример способны в корне изменить ситуацию.

Специальный агент Билл Тафойа, который являлся «футурологом» в Квонтико, отстаивал выделение в течение по меньшей мере десяти лет денежных средств каждый год в размере того, что мы направили на операцию в Персидском заливе, на возрождение и расширение проекта «Хед старт»[49] — наиболее эффективной за всю историю антикриминальной программы. Он не соглашался, что решить дело можно увеличением числа полицейских, но отстаивал расширение «армии социальных работников», которые помогали бы забитым женщинам и бездомным семьям с детьми найти достойных людей, которые бы взяли на воспитание их малышей. Что подкреплялось бы поощрительной системой налогов. Я не уверен, что такое решение оказалось бы всеобъемлющим, но оно могло бы стать хорошим началом. Потому что, как это ни печально, психиатры могут спорить в свое удовольствие, а мои люди при помощи психологии и бихевиористической науки помогать ловить преступников, но когда мы вступаем в дело, обществу уже нанесен непоправимый урон.

19. Иногда побеждает дракон

Когда в Грин-Ривер, неподалеку от Сиэтла, в июле 1982 года обнаружили тело шестнадцатилетней девушки, никто не придал этому особого значения. Река, бегущая от Маунт-Рейнир[50] к Пьюджет-Саунд,[51] издавна печально славилась как место нелегального захоронения трупов, тем более что жертва оказалась молодой проституткой. Полиция встревожилась только тогда, когда 12 августа пришла информация об еще одном женском трупе в реке и вскоре еще о трех. Убитые были разного возраста и цвета кожи, но все оказались задушенными. Некоторые были с грузилом — преступник явно пытался скрыть их на дне. Все оказались голыми и у двух во влагалище обнаружили мелкие камешки.

Серийный характер преступления стал очевиден, и на жителей Сиэтла нахлынули жуткие воспоминания о прошлом кошмаре, когда неизвестный по кличке Тэд похитил в округе и убил по крайней мере восемь женщин. Дело не могли раскрыть в течение четырех лет, пока за серию жестоких убийств в женском общежитии во Флориде не арестовали некоего Теодора Роберта Банди — симпатичного и на первый взгляд законопослушного человека. К тому времени он пересек всю страну, убил не меньше двадцати трех молодых женщин и получил право навечно занять место в нашем паноптикуме психических ужасов.

Майор Ричард Краск из отдела криминальных расследований округа Кинг, горя желанием на практике применить приобретенные им теоретические знания, обратился в ФБР с просьбой подготовить психологический портрет Убийцы с Грин-Ривер. Хотя следователи вновь созданной и действующей на территориях с разной юрисдикцией оперативной группы разошлись во мнении: совершил ли все преступления один и тот же человек, убийства объединял, по крайней мере, один общий фактор — все женщины были проститутками и работали в районе развлечений на тихоокеанском побережье неподалеку от Международного аэропорта Сиэтла-Такомы. К тому времени пропало еще несколько женщин. В сентябре в Квонтико по делам службы из Сиэтла приехал старший специальный агент Алан Уайттейкер и представил подробные материалы по пяти случаям. Как всегда, когда необходимо было уединиться и оградить себя от коллег и телефонных звонков, я заперся наверху в библиотеке и, глядя в окно (всегда приятное разнообразие для тех, кто работает в подвале), старался проникнуть в умы преступника и жертв. Целый день я провел, изучая материалы: отчеты осмотра мест происшествий, фотографии, протоколы вскрытий и описания жертв — и пришёл к выводу, что, несмотря на различия в возрасте и расе погибших и модус операнди преступника, существовало достаточно сходства, чтобы полагать, что все убийства совершил один человек.

Я разработал детальный психологический портрет физически крепкого белого мужчины, умственно недалекого, хорошо знакомого с рекой, нисколько не сожалеющего о том, что совершил. Напротив, считавшего это делом жизни. Поскольку он когда-то претерпел от женщин унижение, то теперь наказывал тех, кого считал из них самыми худшими. Но я предупредил полицию, что, благодаря характеру преступления и типу жертв, многие могут соответствовать этому портрету.

В отличие, скажем, от Эда Кемпера, этот неизвестный не был гигантом мысли. Он совершал преступления повышенного риска. И акцент следовало сделать на превентивную тактику, которая вывела бы НЕСУБа на некий контакт с полицией. Уезжая из Квонтико, Уайттейкер увез с собой психологический портрет.

В том же месяце в районе подлежащих сносу домов недалеко от аэропорта был найден сильно разложившийся труп еще одной женщины. Она была голой, с парой мужских носков вокруг шеи. Медицинский эксперт утверждал, что ее убили примерно в то же время, что и других жертв с реки. Вероятно, преступник сменил модус операнди, узнав, что за рекой установлено наблюдение. В своем «Поиске Убийцы с Грин-Ривер» Карлтон Смит и Томас Гвиллен подробно рассказали о ходе расследования. Под подозрением оказался сорокачетырехлетний таксист, который во всем соответствовал психологическому портрету. Уже на ранних стадиях, он попытался втереться в следствие, звонил в полицию, советовал, где искать убийцу, указывал на других таксистов. Много времени проводил с проститутками и разными бродягами в районе развлечений, вел ночной образ жизни, беспрестанно колесил в округе, пил и курил, как и предполагал портрет НЕСУБа, и высказывал обеспокоенность по поводу безопасности проституток. Пять раз был неудачно женат, жил у реки со вдовым отцом, владел старенькой, допотопной машиной, за которой почти не ухаживал, и внимательно следил за освещавшей расследование прессой.

Полиция наметила встретиться с ним в сентябре и решила посоветоваться со мной о стратегии разговора. Но в то время, чтобы справиться со всеми делами, я скакал с одного места на другое, и когда позвонили из Сиэтла, меня не оказалось в городе. Начальник подразделения Роджер Депью ответил, что я вернусь через несколько дней, и настойчиво посоветовал не вызывать подозреваемого до разговора со мной. Тем более что этот человек до сих пор охотно шел на контакт с полицией и, судя по всему, не собирался скрываться.