Аллея ангелов - Кезалия Вердаль

Показалось, весь цех подорвали с помощью атомной бомбы. Пол лаборатории раскололся пополам, а по стенам пробежали глубокие трещины.

— …почему она так выделяется среди других подростков? — закончил за меня папа, довольно прислушиваясь к звукам разрушения. Как ни странно, почему-то его не пугала мысль о том, что здесь может случиться завал. — Эта девочка — чудо! Знаешь, Девилла была моей первой подопытной. Я случайно подобрал её на улице, когда ей было всего десять лет.

Наша встреча была не из самых приятных: девочка украла мой бумажник и была поймана с поличным. Я мог бы сдать ее в полицию, но что-то удерживало. Она внезапно напомнила мне… тебя в детстве. Её глаза светились такой же сообразительностью, решительностью и силой, что не могло не привлечь моего внимания.

Я также узнал, что Девилла тоже является сиротой и сбежала из детского дома, где с ней обращались не самым лучшим образом. Тогда я понял, что не смогу просто так оставить ее на улице и решил удочерить.

Со временем ещё многое открылось в её характере: девочка оказалась удивительно умной, но ужасно упрямой. Ее проказы порой сводили меня с ума, но честно признать, вместе с ней было намного веселее. Девилла стала ходить в школу и всегда отличалась от других невообразимой бойкостью и активностью, что всегда отражалось на плохом поведении. Но все преподаватели не могли оставить вне сомнения её умственные способности — Девилла всегда во всём была первой, чем я мог гордиться, — пояснил мне свои связи с черноволосой незнакомкой папа.

«Зачем он рассказывает мне это? Как он может говорить, что гордится ею? Разве не я являюсь его смыслом жизни и самым любимым человеком на этой Земле?»

Ох, как я могла постоянно лелеять надежду, что когда-нибудь папа вернётся и будет безгранично доволен моими достижениями. А теперь я должна выслушивать, как он рассказывает о любви к той девчушке, которая не только заняла мое место, но и хочет навсегда украсть дорогих мне людей.

— Но всё же в её поведении было что-то очень агрессивное. Она могла ради собственной цели пойти на что угодно. Именно она пожелала сама получить способности после какого-то случая в школе, который её ужасно обидел. Я долго не мог понять причину такого решения, так как Девилла безупречно хранила секреты, и со временем понял, что это бесполезно и сдался. — Отец сложил стопку бумаги и положил её в ящик стола. Он не обращал внимание на усиливающуюся вибрацию и продолжил. — Именно в ней я видел респект своей задумки, дочка. Девилла была целеустремленна, решительна, амбициозна, полна личных неразрешенных обид и даже жестокости, что соответствовало бы идеальному десмоду. Но всё же существовал риск того, что эксперимент обрушится, однако девочка настаивала на своём.

Мои ожидания оправдались: Девилла получила неизмеримые способности — нечеловеческую силу, ловкость, быстроту, молниеносную реакцию и более того — возможность всаживать яд, который разъедает внутренности людей, нейтрализуя их способности. Твой дедушка тоже поплатился за свою спешку оставить меня в детском доме.

Меня затошнило. Отец с тем порождением зла убили моего дедушку. Такого отвращения я ещё никогда не ощущала в своей жизни.

— Знаешь, скольких людей она уничтожила своим даром? — поинтересовался у меня собственный отец с таким удовлетворенным видом, точно хвастался новой машиной, а не тем, что его приёмная дочь кровожадное животное.

— Пап, извини, но мне как-то неинтересно, сколько невинных людей она смогла уничтожить. Радует только одно — я тоже скоро войду в их число, — с сарказмом произнесла я, начиная уставать от длинного разговора.

Я никогда даже не допускала мысли, что буду с какой ненавистью глядеть на собственного отца, что буду желать причинить ему боль и заставить страдать. Эта встреча принесла мне больше боли и слёз, чем его уход десять лет назад.

— Ангелина, не говори так. Я придумаю, как тебя спасти, — в голосе отца прозвучала заметная нотка беспокойства. Он как будто очнулся от своих воспоминаний и внезапно осознал, что всё это время рассказывал о чужой девочке, на которую променял собственную дочь. — Я смогу придумать, как нейтрализовать яд.

— Нет, спасибо, — решительно произнесла я и встала на ноги. Нечего больше унижаться перед этим бессердечным человеком. Это уже не мой папа — время и сумасшедшие идеи превратили его в одержимого ученого. А мой отец погиб много-много лет назад, когда мне было всего шесть лет. — Ты уже отнял у меня практически всё. Отобрал отца, украл любимого, погубил друзей — ты лишил меня смысла жизни и будущего, пап. Спасибо тебе большое. Надеюсь, на том свете со своими близкими мне будет намного приятней. Обязательно познакомлюсь с бабушкой. О, и конечно же, с дедушкой.

Я огляделась; мой отец полностью потерял дар речи. Он не ожидал, что дочь может говорить такие жестокие вещи. Я открыла ему глаза на правду.

— Пап, признай — я тебе уже не нужна, — потребовала я с неким злорадством. — Скажи честно: ты уже давно забыл, что у тебя есть дочка.

Внезапно всё вокруг покачнулось и помутнело, а резкая боль разорвала сердце. Горло стало больно жечь, точно разъедать кислотой. Я схватилась за грудь и прислонилась к железной двери.

— Ангелина, что с тобой? Не говори так! Я всегда помнил о тебе, — начал оправдываться мужчина и хотел подойти, но я его сразу же остановила.

— Пожалуйста, не подходи. Боюсь, твоё присутствие только ухудшит положение, — выдавила я.

Боль в горле стала распространяться по телу: сначала жар охватил грудь, затем перекинулся на руки, живот дико скрутило и мои ноги подкосились. Я невольно упала на холодной пол.

— Лина, яд стал распространяться, дай я тебе помогу! — прокричал папа, приближаясь ко мне.

— Нет, отойди, отойди… — бессвязно бормотала я, пытаясь отползти к стене.

Шум, который затих всего несколько минут назад, возобновился и стал ещё более страшным и сильным. Или… или это всего лишь мои галлюцинации? Меня бросало то в жар, то в холод. Всё вокруг закружилось в диком вальсе, размывалось, нестерпимые звуки разрывали барабанные перепонки, а вибрация пола не давала телу покоя.

Папа совершенно не обратил внимание на мои попытки отстраниться и присел рядом на корточки, нежно прикоснувшись к моему лицу. Я хотела откинуть его ладонь, но рука лишь бессильно повисла.

— Ангелина, перестань сопротивляться. Надо бежать, что-то случилось снаружи, — объяснил отец, оглядывая рассыпающуюся лабораторию. — Теперь небезопасно здесь находиться!

Оказывается, эти движения и шумы не плод моего воображения! Здание на самом деле тряслось и разваливалось на части.

«Неужели отец только сейчас это