Александр II Освободитель. От России крепостной к революционной - Валерий Евгеньевич Шамбаров

И с собой попытался покончить, умер от раны. Кто стоял за ним, осталось неизвестным. Но Вильгельм, друг Александра II, вышел из строя. Заместил его кронпринц Фридрих, женатый на дочери британской королевы, ярой русофобке – а ее мнения были для мужа законом.

Ну а ведомство Горчакова придумало хитрый план – перед конгрессом расколоть противников, закулисно договориться с ними отдельно. Но в Вене Андраши предъявил то самое «сверхсекретное» соглашение, где Австро-Венгрии за нейтралитет обещали Боснию и Герцеговину. И тут уж перед нами всплывает грандиозная загадка с этим самым соглашением [88, с. 314, 318]. Выделение Боснии и Герцеговины в отдельное автономное образование впервые озвучил сам Александр II – когда Абдул-Хамид запросил о мире, и царь перечислил предварительные условия. Именно они легли в основу Сан-Стефанского договора. Вот и спрашивается: мог ли государь «забыть» о соглашениях, которые он же заключал с Австро-Венгрией? До такой степени «забыть», что оказаться на грани войны, собирать армию на Украине!

Нет. Он был по натуре человеком чести. А с Австро-Венгрией лично налаживал отношения, создавал «Союз трех императоров». И вдруг так откровенно «кинуть» Франца Иосифа, перечеркнув собственные обязательства? Вывод напрашивается единственный. Не только Игнатьев, составлявший Сан-Стефанский договор, но и государь об этих соглашениях ничего не знал. Представители российского МИДа заключили их за спиной своего императора. И может быть, даже не перед войной, а задним числом теперь, при сепаратных договоренностях. Цель – обосновать претензии Австро-Венгрии и собственные уступки. В любом случае это был дипломатический сговор.

Что же касается англичан, громче всех скандаливших, то они вдруг выказали полную готовность договариваться. Но Дизраэли озаботили границы Болгарии. Она получила территории с выходом не только к Черному, но и к Эгейскому морю. А если станет младшей союзницей России, то и русские через нее получат выход в Эгейское и Средиземное моря, да и с Константинополем в любой момент окажутся совсем рядом. Волновал англичан и сдвиг наших границ в Закавказье, углубление в Азию. Посол в Лондоне Шувалов получал из министерства инструкции договориться во что бы то ни стало, и по всем пунктам шел на уступки, заключив соответствующее секретное соглашение. А крайним для ликвидации конфликта сделали автора Сан-Стефанского договора Игнатьева, лучшего дипломата России уволили в отставку.

Но Англия-то была себе на уме. Невзирая на договоренности с Шуваловым, заключила соглашение в Австро-Венгрией, держаться на конгрессе заедино. И с Турцией – обязалась защищать ее интересы, за что султан… отдавал британцам остров Кипр. В результате не русские раскололи противников, а Англия окрутила всех, в том числе Россию. Берлинский конгресс открылся 1 (13) июня 1878 г. под председательством Бисмарка. Встретились представители Англии, Франции, Австро-Венгрии, России, Италии, Турции. Приехали и делегаты Сербии, Черногории, Греции, Румынии, от турецких армян. Но к ним относились свысока, а то и с откровенными насмешками. Держали за дверью и вызывали лишь в случаях, непосредственно их касающихся. Даже официальных заявлений от их правительств не принимали.

Тон задавали главы британской и австрийской делегаций, Дизраэли и Андраши. Франция и Италия им поддакивали. На заседаниях присутствовали германский кронпинц Фидрих с женой-англичанкой, настроенные к нашей стране враждебно. Но ведь и Бисмарк держал «зуб» на Россию и персонально на Горчакова. А тот возглавлял русскую делегацию. Ему было уже 80 лет, он стал полной развалиной. Мало того, силясь почерпнуть «молодую» энергию, он давно уже употреблял наркотики. На первое заседание его принесли в кресле, и он сразу же «по ошибке» показал Дизраэли секретную карту, составленную в МИДе, с максимально допустимыми для России уступками [3, с. 231]. Разумеется, на меньшее англичане с австрийцами уже не соглашались.

Отбиваться от лица нашей страны пришлось Шувалову. Но как ему было отбиваться, если он сам по указаниям МИДа подписывал соглашение с Дизраэли? А царь писал Долгоруковой: «Я надеюсь, что конгресс не приведет к началу новой войны… Хотя я скорее предпочту войну тому постыдному миру, который Англия и Австрия, как представляется, собираются нам навязать» [24, с. 254]. Однако даже от царя зависело далеко не все. Его дипломаты еще до конгресса сдали все позиции! Споры разгорались уже о частностях. А вокруг государя находились люди (и в том числе Долгорукова), убеждавшие, что воевать все равно нельзя, выработанные решения придется принять.

1 (13) июля конгресс завершил работу подписанием Берлинского трактата. Как и требовали англичане, Болгарию отодвинули от Константинополя и Эгейского моря. Для этого ее разделили надвое. Автономным княжеством становилась только Северная Болгария, до Балканских гор. А в Южной вводилось самоуправление, губернатор из христиан, но она оставалась турецкой провинцией. Управление Болгарией налаживалось не одним русским комиссаром, а коллективно, с комиссарами других великих держав. Пребывание в стране русских войск сокращалось с 2 лет до 9 месяцев.

Босния и Герцеговина вместо образования автономного государства передавались под протекторат Австро-Венгрии. Независимость Сербии, Черногории, Румынии конгресс подтвердил, но территориальные приобретения сербов и черногорцев сильно урезал. За интересы жадной Румынии англичане и австрийцы воевать совершенно не собирались, ей пришлось вернуть России Южную Бессарабию, получив взамен Добруджу и дельту Дуная. Но попутно… конгресс предписал Румынии дать евреям равные права с христианами.

В Закавказье за Россией оставались отвоеванные у турок Карс, Ардаган, Батум с прилегающей областью. Но Баязет и Алашкертскую долину по настоянию англичан возвращали султану. Контроль за реформами в Турецкой Армении возлагался не на царское правительство, а на все великие державы. Русские войска из Эрзерума и других османских владений выводились. Проливам Босфор и Дарданеллы возвращался прежний статус, султан в случае войны мог закрывать их по своему усмотрению.

Французский историк А. Мале писал, что самые значительные выгоды урвали «две державы, не принимавшие в войне никакого участия, причем одна из них, Англия, сделала неизбежной саму войну, поощряя турок». Да, Австро-Венгрия хапнула Боснию и Герцеговину, британцы за услуги султану получили Кипр. Границы балканских государств конгресс перекроил, перессорив их между собой. Из-за передачи реформ в Турецкой Армении под коллективный надзор великих держав, возвращения территориального залога и вывода царских войск эти реформы так и не были проведены. Последствиями Берлинского трактата стали резня армян в 1894–1896 гг., геноцид в 1915 г., Балканские войны, теракт в Сараево в 1914 г. и завязка Первой мировой войны.

Впрочем, эти итоги проявились позже. А по завершении конгресса Горчаков телеграфировал царю: «Берлинский трактат – самая черная страница в моей служебной карьере». Александр II приписал на полях: «И в моей тоже». Правда, при более взвешенном анализе либеральное крыло правительства признало достижения успешными. Государя убеждали: «Не сочли бы мы безумцем того, кто еще два года назад предрек бы столь блестящий