Риданские истории II - Виктор Александрович Авдеев

Бум! Грохот и треск сотрясли гостиную комнату. Казалось, стена рушится под напором тяжелых ударов каких-то металлических предметов. Затем последовал звук упавшего предмета на пол и протяжный, хриплый стон, вырывающийся из чьей-то глотки. Лоуренс подскочил на кровати как ужаленный и скатился с нее на ворсистый ковер. Сердце отбивало бешеный ритм в его груди, пытаясь вырваться наружу через грудную клетку. Кровь пульсировала в висках, голова кружилась. «Грабители!» — мелькнула мысль в сонном мозгу Лоуренса.

Он стал жаться к стене под неясные гортанные стоны и всхлипы, доносящиеся из гостиной. Лоуренс включил в спальне свет. Не сводя широко раскрытых глаз с темного дверного проема, он нащупал в углу за дверью высокую тубу, в которой хранились клюшки для гольфа. Он вынул одну из них дрожащими руками и занес клюшку над головой, приготовившись с размаху как следует врезать любому, кто попытается напасть на него в собственном доме.

Походкой вора он ступил в коридор, прислушиваясь к хрипам. Они все еще исходили из гостиной. Тот, кто мучительно стенал, по-видимому, и не думал покидать ее пределы. Или не мог…

Включая на ходу везде освещение, Лоуренс на мгновение застыл перед дверью гостиной.

— Кто здесь? — стараясь сохранить в своем голосе нотки уверенности, просипел он. — Я вызвал полицию! — соврал он и тут же понял, как он сглупил. У него под боком в спальне лежал мобильный телефон, а он им не воспользовался. Даже не подумал об этом!

— По-мо-ги! — прерывистыми слогами протянул захлебывающийся в приступах кашля голос.

Кажется, Лоуренсу пока ничего не угрожало. В противном случае незнакомец уже давно бы щелкнул курком пистолета. Да и не стал бы так шумно проявлять себя. Осознав это, Лоуренс сделал глубокий вдох, протянул руку за дверь и, нащупав включатель, нажал клавишу. Свет люстры озарил гостиную, и только тогда Лоуренс с занесенной над головой клюшкой сделал шаг в комнату. От увиденного у него безвольно раскрылся рот, а его оружие выпало из рук с глухим стуком о пол.

Его глазам предстало странное зрелище. В том месте стены, где он провел последние две ночи, слушая гулкие удары металла, теперь зияла дыра в полтора фута в диаметре. Куски выбитой штукатурки по краю пролома держались на рваных краях обоев и были похожи на серые тряпичные флажки, которыми украшивают аллеи, парки или уличные сцены, только разноцветными. На полу под самой дырой рыжей грудой беспорядочно валялись кирпичи, а на них — седой старик в окровавленных лохмотьях. Рядом с ним пристроилась блестящая шахтерская кирка с деревянной ручкой. Из груди ночного гостя рвались каркающие хрипы. Он жадно ловил ртом воздух, который затем со свистом выплескивался наружу жалобным воем.

— Ты как здесь оказался, старик? — вскрикнул Лоуренс, не веря своим глазам. — Откуда ты вылез? Что за чудеса?

— Аг-рр-х! — продолжал хрипеть тот, вяло ворочая конечностями среди кирпичей и бетонной пыли. Лоуренс заметил струящуюся по седым буклям его волос алую кровь.

— Лежи тихо, — чуть осмелев, воскликнул Лоуренс. — Я вызову врача. Они помогут…

— Нет! — выдавил из себя тот, отплевывая на пол капельки крови. — Остановись, безумец! Мне уже не помочь! Но я должен передать тебе одну вещь. Подойди ко мне, Торбин… — И он вновь зашелся диким кашлем, да таким, что слабое тело стало содрогаться, будто по нему молотили сразу дюжиной крепких дубин.

— Ты знаешь, кто я? — Лоуренс изумился так, что не сделал и шага в сторону телефона. — Да как ты вообще попал в мой дом? Что все это значит?

— Протяни ко мне свою руку! — судорожно сжимая в нестерпимом приступе кашля костлявыми руками обломки кирпича, прохрипел старик. — Я должен…

— Я тебя не понимаю! — покачал головой Лоуренс и сделал шаг к старику.

— Ну же, я издыхаю!

— Чего же ты от меня хочешь? — закричал Лоуренс, не понимая, как ему поступить теперь. Скорее всего тот прав, врач не успеет оказать несчастному помощь. Но что может он, Лоуренс?

— Дай мне руку!

Мистер Торбин в полном замешательстве протянул к корчившемуся на обломках старику свою ладонь, и тот с неожиданной ловкостью и силой ухватился за нее. Лоуренс вскрикнул от неожиданности и боли, почувствовав на удивление крепкую хватку старика. Его пальцы сжимали ладонь Лоуренса все сильнее и сильнее. Старик перестал трястись и медленно поднимал от пола свое лицо. Сначала его не было видно за водопадом падающих со лба длинных грязных волос. Затем Лоуренс увидел черты лица и содрогнулся от жути. На него смотрел он сам! Как в отражении зеркала, только постаревший на десяток лет и сильно измученный! «Этого не может быть! — пронеслось в голове Лоуренса. — Я не верю!»

Изо рта ночного гостя полилась черная густая жижа и закапала вниз. Его глаза хищно разглядывали Лоуренса и постепенно становились такого же цвета, что и слюна. Лоуренс видел, как на коже старика запульсировали темные жилки и вены, забегали тоненькими реками на шее и скулах. Затем перебрались на кисти рук и его пальцы.

Но что это? Они бежали все дальше и дальше, переметнувшись теперь и на кожу Лоуренса. Он почувствовал ядовитое жжение в мышцах. Боль проникала в его кости, выворачивая суставы. Ему хотелось кричать, но в легких не было и малой толики воздуха. Руки обоих мужчин почернели, покрылись потрескавшейся коркой и слились воедино. Они принимали вид сгоревшей в жарком костре оглобли.

Лоуренс пытался противиться новому страшному чувству, что захватывало его тело. Он вытягивал свою шею, задирая кверху подбородок, словно пытался отстраниться от темной силы и не дать ей завладеть его мозгом. Но эта скверна неумолимо распространялась внутри него, и вскоре Лоуренс провалился в бездонную пустоту…

Он очнулся весь мокрый под одеялом в своей постели. Вокруг было тихо. Ветви деревьев под светом тусклых уличных фонарей отбрасывали на стене его комнаты кривые движущиеся тени. Он включил настольную лампу и, сощурив глаза, поглядел на часы на полочке. Стрелки показывали два часа ночи. Лоуренс с облегчением выдохнул. Он был жив, а кожа рук выглядела такой же, как и всегда. Он разглядывал их, выставив перед собой. Его взгляд упал на бурое пятнышко на предплечье и нахмурился. Оно стало заметно больше, оно росло. И вот уже пятно растянулось бесформенной кляксой и стало сползать по направлению к локтю. Лоуренс не верил своим глазам! Пятно стало темнеть, становиться черным как смоль. Таким же черным, каким были его руки во сне про…

Но было ли это сном? Спит ли он сейчас? Кожа на его руках вновь стала чернеть от кончиков пальцев до плеча,