Драконий отбор, или Очень хочется замуж! - Лена Зиздок

сухо сообщила княжна таким голосом, что любому стало ясно: в самом деле ведь переломает.

— Стража! Сколько можно бездействовать? — воскликнул псевдо-Донован. — Вам кто вообще платит, мы с братом или какая-то человечка безродная?

— ВашСветлость, так ваши родители вообще-то, — пробасил начальник стражи.

— Не придирайся к словам! Как я уже сказал, человечку выгнать из замка, княжну запереть! Ну, хватит глазами хлопать! Исполняйте!

Кто его знает, может, меня б и правда выставили за ворота. Как ни крути, против самозванцев у стражников не было ничего, кроме моего слова. Но тут случилось нечто непредвиденное. Со стороны спального замкового крыла послышался шум и крики, и нашим взглядам предстала занимательная картина. В нашу сторону, ловко уходя от преследования слугами, летел Рырик, неся в задних лапах Гуччи. Сделав круг над нашими головами, виверна пошел на снижение и разжал лапы. Не знаю, то ли промахнулся, то ли нарочно, но Гуччи шмякнулся псевдо-Доновану прямо на голову, с пыхтением поерзал пузиком по его физиономии, пытаясь не упасть и наконец отпрыгнул ко мне за миг до того, как Донован попытался его смахнуть. Впрочем, на моих руках непривычно скользкий квакун рассиживался недолго, с воинственным кваком он прыгнул на лицо уже Расселу, попинал его задними лапами по носу и только потом прыгнул обратно ко мне, чрезвычайно довольный собой.

Княжичи стояли и обтекали в самом прямом смысле — Гуччи щедро смазал их лица своей слизью

Она стекала густыми каплями с щек и подбородка… а вместе с ней «стекали» и княжеские лица. Иллюзия сползла с обоих, как дешевый аквагрим под напором воды. Это я потом уже вспомню, что квакуны вроде как стабилизируют магию хозяйки ну и способны убрать всю «лишнюю» или «чужую» магию, типа легких проклятий или иллюзий.

— Ты?! — возмущенно завопила Анникен. — Кира, да это тот придурок, который меня в коридоре зажать пытался, когда мы в «поймай принцессу» играли!

— Анита, драгоценная моя, это лишь от больших чувств к тебе! — пылко воскликнул уже-не-Рассел. — Ты сразила меня наповал с первого взгляда!

— Я тебя сейчас так сражу — мало не покажется! — прорычала Анникен, перекинула букет из руки в руку поудобнее и пошла в атаку. Букет у нее был солидный, не чета моему, из крупных тяжелых цветов типа калл и ирисов, била она самозванца долго и со вкусом, пока стражи ее аккуратно под локоток не оттащили.

— Убью, отрыжку виверновую, — Анникен воинственно сдула со лба выбившуюся из прически прядь волос. — Куда настоящего Рассела дел, ты, Скурвин сын?

Хороший вопрос, между прочим! Где наши настоящие женихи, а?

Глава 59

Рассел проснулся с противно-сладким привкусом во рту, как в детстве, когда они с братом тайком обожрались конфет на ночь глядя. Вот наутро примерно так же во рту было, правда, голова не болела, как сейчас.

— Это ж какое пойло мы с Доном вчера употребили, что даже драконья регенерация с ним не справилась? Еще и заснул в такой позе неудобной, все руки затекли, — отрешённо подумал княжич и попытался потянуться. А вот фигушки. Руки оказались прикованы к столбикам кровати. Более того, это была не его кровать, не его спальня и даже его одежды на нем не было, спасибо, хоть простынкой прикрыли самое ценное. На миг мелькнула отчаянная мысль, что это шуточки Донована, хотя при всей их любви к приколам и розыгрышам друг над другом братья никогда не шутили.

Но тут скрипнула дверь, и сразу стало ясно — Донован тут не при чем.

В комнату вошла довольно улыбающаяся разодетая Сатиния. Хотя, пожалуй правильнее было бы сказать — «раздетая», потому что из одежды на ней был только фривольный кружевной халатик, под которым смутно угадывались полоски белья, и все.

— Проснулся, сокровище мое, — проворковала драконица, не сводя с Рассела влюбленного взгляда. — Ты наверное пить хочешь, держи, я принесла.

В самом деле, в руках у нее был чуть запотевший кувшин с лимонадом. Княжич хотел было ее послать, но потом решил, что посылать без сушняка во рту будет куда удобнее, и великодушно позволил себя напоить. Хотя, конечно, принюхался сначала к лимонаду — вроде ничем посторонним не пахло, значит никаких приворотных зелий внутри вроде не подмешано.

— Отпусти меня, сейчас же! — гневно потребовал Рассел, едва жажда была утолена.

— Конечно-конечно, милый, — проворковала Сатиния, поглаживая его по щеке. — Но не сейчас, чуть попозже. Сначала мне кое-что от тебя нужно.

И она с порочной усмешкой схватила своего пленника за главную мужскую гордость. Рассел застонал, и совсем не от удовольствия — руки Сатинии даже сквозь простыню были, как и всегда, неприятно холодными. Ну а она, конечно, восприняла стон совсем иначе и довольно заулыбалась.

— Не знаю, что ты задумала, но напоминаю — у меня сегодня свадьба! И ничего ТАКОГО я с тобой не хочу!

— Не переживай, Расси, это только пока, — драконица погладила его по груди и с помощью простенького артефакта подожгла стоявшую на прикроватной тумбочке курительницу.

— Что это? — насторожился княжич.

— Ничего вредного, легкое возбуждающее средство. Ой, нет, вру, — она кокетливо захлопала ресницами, — на самом деле самое сильное из тех, что я смогла найти. Немножко даже запрещенное, но мы же никому не скажем, правда? Через пятнадцать минут ты будешь готов поиметь любую, которая окажется в шаговой доступности. А тут я. И, так удачно, выпила зелье с силой твоего брата, знаешь, которое рекомендуют парам для увеличения шансов зачатия? Говорят, после него многие залетают с первой попытки. Так что придется тебе на мне жениться, чтобы воспитывать нашего общего малыша. — Ч-и-т-а-й- на- К-н-и-г-о-е-д-.-н-е-т-

— И не подумаю! Беременность с первых дней не определяют, а к тому времени, как она станет заметна, я буду благополучно женат на Анникен и, само собой, жениться на тебе не смогу.

— Ты не сможешь на ней жениться, потому что в этот самый момент она, скорее всего, уже становиться женой Уэйтона, — с явным удовольствием произнесла Сатиния. — У него в семейной сокровищнице нашлись парочка прелюбопытных артефактов, поэтому наивная игринорская дурочка будет думать, что выходит за тебя, а потом уже будет поздно.

— Что за чушь! Ани сразу поймет, что это не я! Уверен, она моя истинная, а значит легко почувствует подмену.

— Истинность давно не более чем сказки, — яростно клацнула зубами драконица. — Ты просто путаешь с истинностью влечение к этой смазливой мордашке. А ведь я ничуть не хуже!

Она сердито отшвырнула в сторону стоявшую у кровати табуретку, выпятила грудь вперед и дернула за поясок халатика. Видимо, поясок должен был