Том 13. Положите ее среди лилий. Плоть орхидеи. Ловушка мертвеца - Джеймс Чейз

— А я ему в этом помешаю, потому что я положил труп в морозильник, — сообщил я как ни в чем не бывало.

— Что? — Элен вскочила.

— Я положил твоего самоубийцу в холодильник.

— Ты с ума сошел!

— Замолчи и слушай, — спокойно продолжал я. — Я не сошел с ума, а вполне отдаю себе отчет в своих действиях. Тебе неизвестно, что я являюсь неплохим специалистом в области рефрижерации. Мне приходилось продавать холодильники, а для этого я проходил курсы по этой теме. Дестер был так уверен, что мы не сможем придумать надежный план, потому, что знал, как мало времени будет в нашем распоряжении. Он исходил из того факта, что любой врач в состоянии с большой точностью определить время смерти человека. Дестер застрелился в 8.40, и полиция, несомненно, может доказать, что мы оба были в это время дома. Вот на что надеялся твой муж. Но, поместив труп в холодильник, я перехитрил Дестера. При низкой температуре внутри холодильника процесс разложения тела приостанавливается. Можно держать тело Дестера в холодильнике шесть недель или шесть месяцев, и только тогда, когда мы вынем его оттуда, процесс разложения возобновится. Ты следишь за моей мыслью? — Я наклонился вперед и посмотрел на Элен. — Так вот, предположим, что мы достанем тело из холодильника в следующую субботу, отвезем за город и оставим там. Когда бы полиция ни обнаружила труп, врач будет готов поклясться, что Дестер умер в субботу, тогда как в действительности прошла неделя с того дня, как он застрелился. Неужели ты не видишь, насколько это упрощает все для нас?

Элен сидела, стиснув руки. Мне казалось, что я слышу, как бьется ее сердце, но это были удары моего собственного.

— Нет! — вдруг воскликнула она. — Это слишком опасно! Нас разоблачат!

— Ну и что! Ты ведь не очень беспокоилась о разоблачении, выбрасывая Ван-Томлина из окна?

— Я не выбрасывала его.

— Это ты так говоришь. А сейчас твое положение гораздо безопаснее.

— Нет, полиция решит, что я убила мужа.

— Не будь дурой! Это единственный шанс получить деньги. Неужели ты думаешь, что я стал бы затевать такое дело, если бы не был уверен в его безопасности? Я знаю, что говорю. Мы двинемся вперед только после того, как придумаем верный план. Тогда нам нужно будет только вынуть Дестера из холодильника и оставить его где-нибудь, чтобы все думали, что его застрелили.

Элен взяла дрожащей рукой стакан и отпила виски.

— Я боюсь этого Мэддакса.

— Но ведь мы теперь предупреждены в отношении его. Что из того, что он умен и ловок? У нас есть время — и мы можем просчитать каждый свой шаг Мы начнем только тогда действовать, когда убедимся, что ход наш верен и не имеет ни малейших погрешностей. Нам спешить некуда, большой запас времени позволит нам разработать надежный вариант алиби.

— Предположим, мы сделаем, на наш взгляд, все удачно, но нас все равно обвинят в убийстве Дестера?

— От такого обвинения нас спас сам покойный, — сказал я, доставая письмо Дестера из кармана. — Это послание дал мне твой муж, чтобы я бросил его в почтовый ящик. Оно адресовано адвокату. На наше счастье, я забыл его отправить. Сейчас ты узнаешь, о чем оно.

Пока я читал письмо, Элен сидела неподвижно и слушала. Ее лицо еще больше побледнело, глаза же пугали вспыхивающим в них холодным огнем. Когда я кончил, Элен тут же выплеснула наружу кипевшее в ней возмущение.

— Дьявол! — воскликнула она. — Значит, это была ловушка. Дестер и не собирался отдавать мне деньги.

— Это теперь не имеет никакого значения, — сказал я, спрятав письмо в бумажник. — Твой муж был хитер, но недостаточно. Если нам что-то не удастся, если мы совершим ошибку, — конечно, мы не собираемся допускать просчеты, — но если это вдруг произойдет и полиция решит, что мы убили Дестера, то это письмо спасет нас от камеры смертников. Тогда нас обвинят только в мошенничестве.

Элен протянула руку.

— Отдай мне письмо!

Я покачал головой.

— Прости, но ты его не получишь. Оно останется у меня. Ты очень хороша, но я тебе не доверяю. Это письмо — моя гарантия на случай обмана с твоей стороны. Если мы вдвоем будем работать по моей схеме, то я не собираюсь предоставлять тебе возможность вытолкнуть меня из окна или повесить мне на шею обвинение в убийстве. Нет, письмо останется у меня. Я буду беречь его, как зеницу ока. Оно поможет мне держать тебя на крючке.

Элен бесстрастно смотрела на меня.

— Лучше отдай мне письмо, Глин, — почти нежно попросила она.

— Нет!

Она пожала плечами и медленно подошла к туалетному столику. Взяв гребенку, стала расчесывать волосы.

— Теперь тебе все известно, — сказал я, внимательно наблюдая за своей партнершей. — Ты собираешься начать игру?

— Мне она кажется по-прежнему опасной, — ответила Элен, отложив гребенку, — По-моему, Мэддакс разоблачит нас.

Она открыла ящик стола. Я ждал этого движения и, вскочив, двумя прыжками покрыл разделяющее нас расстояние. Схватив ее за руки, я отбросил женщину от ящика. Мне удалось увидеть лежащий там револьвер 25-го калибра. Но забрать его не успел: Элен тигрицей налетела на меня. Я не ожидал, что она так сильна. Во время борьбы мы упали на пол, и она стала душить меня. Ее лицо в этот момент было просто страшным. Я ударил женщину в солнечное сплетение, она застонала от боли и выпустила меня. Тогда я навалился на нее всей тяжестью тела и постарался пригвоздить к полу, но она сбросила меня толчком колена в грудь. Поднявшись с пола, мы оба почти одновременно бросились к ящику стола, но я успел немного раньше и, схватив револьвер, прицелился в Элен.

— Мне не хочется стрелять в тебя, — предупредил я, — но придется, если ты сделаешь хоть одно движение.

— Отдай мне письмо, — потребовала она.

— Я уже сказал «нет», — ответил я.

— Прочь отсюда! Но ты еще пожалеешь…

— Но не так, как я пожалел бы, если бы отдал его тебе. — Я подошел к двери, не спуская с Элен глаз. — Мы поговорим завтра, — пообещал я. — Успокойся, остынь. Руководство делом я беру на себя. От тебя требуется только сказать: «Я согласна».

Я закрыл дверь. Выйдя из дома, я направился в гараж. «Роллс-ройс» был в моем полном распоряжении. Я сел в машину и выехал за ворота. Успокоился я только тогда, когда положил письмо и револьвер Дестера в сейф, а ключ от сейфа запечатал в конверт и адресовал управляющему моего банка с просьбой хранить пакет и содержимое до моего востребования. Конверт с ключом я опустил в почтовый ящик банта. После этого вернулся домой.

В ту ночь я спал очень мало. Слишком много нужно было обдумать и устроить. Я не пытался решить вопрос, как выдать самоубийство Дестера за убийство. Еще будет время заняться этим. Теперь же необходимо было продумать, как объяснить его отсутствие людям, которые будут спрашивать его, и как отделаться от кредиторов, которые, прослышав об увольнении Дестера, могут отобрать дом и, главное, холодильник.

Сначала мне в голову пришла идея — снять какой-нибудь отдельный коттедж и перевезти холодильник туда. Но потом я отказался от этой идеи. Во-первых, из-за громоздкости и тяжести мы вдвоем с Элен не справились бы с ним. А во-вторых, если бы полиции и Мэддаксу стало известно, что мы перевезли холодильник, то они могли бы разгадать наш план. Итак, холодильник должен находиться там, где и был: на глазах у всех. И мне оставалось только молить Бога, чтобы никому не пришло в голову заглянуть в него.

К восходу солнца я уже четко разработал первые шаги к осуществлению своего плана. После шести часов я встал и направился в дом.

Я подошел к спальне Элен и открыл дверь. Элен лежала на спине; она курила и бесстрастно взглянула на меня. Я закрыл дверь и подошел к кровати.

— Хэлло! — бросил я приветливо. — Все еще сердишься на меня?

— Что ты сделал с письмом? — спросила миссис Дестер.

— Положил в сейф, откуда его никто не возьмет. Забудь о письме. Оно не должно встать между нами. Ведь нас ждет партнерство в игре, где ставкой будет 750 тысяч долларов. Зачем же нам ссориться?! — Элен промолчала и отвернулась. — Итак, тебе было дано на размышление несколько часов. Каково твое решение? Начинаем мы кампанию за обладание страховкой или нет?

— Как ты собираешься осуществить это?

— Пока не знаю. Я начну думать конкретно о деталях плана тогда, когда выясню твою позицию. Одно мне ясно: мы имеем 99 шансов из ста на успех. Я не взялся бы за это дело, если бы допустил хоть на секунду, что мы можем потерпеть неудачу. Так ты со мной или нет?

Элен кивнула.

— Да, я с тобой.

Я наклонился и поцеловал ее. Я ожидал, что она отвернется, но она этого не сделала. Она лежала, глядя в потолок, и на поцелуй не ответила. Я мог с таким же успехом поцеловать собственную руку. Должно быть, такие поцелуи и довели беднягу Дестера до бутылки.

Я усмехнулся.