Тварь - Владислав Выставной

– Так… – сказал, наконец, полковник. Взгляд его прояснился, стал жестче. – Это тот самый?

– Так точно, – сказал сталкер. – Он был с ними. Это я точно видел.

– Это правда? – теперь полковник обращался к Монаху. – Ты знаешь этого, м-м… Буку?

Монах ответил не сразу. Он знал цену слову – особенно в такой, вот, непростой ситуации. Впрочем, игра «в молчанку» не сулила явных выгод, и Монах кивнул:

– Знаю. Его, считай, половина Зоны знает.

Полковник перевел взгляд на сталкера. Тот едва заметно кивнул. Офицер побарабанил пальцами по столу, поглядел на задержанного прозрачным взглядом, сказал терпеливо:

– Я хотел бы, чтобы вы правильно поняли свое положение, э-э… Монах. Так ведь вас называют? Кстати, у вас есть нормальное, человеческое имя?

– Сейчас это важно?

– Допустим, что не важно, – не стал спорить полковник. – А вот, что действительно важно: против коалиционных сил ООН, отвечающих за безопасность в пределах зоны отчуждения, совершен ряд дерзких нападений. Имеются потери. И к настоящему времени эти потери продолжают расти. Некие силы всерьез настроены на дестабилизацию ситуации вокруг Зоны, и ваш знакомый, по-видимому, играет во всем этом ключевую роль…

– Вы очень витиевато выражаетесь, полковник, – спокойно сказал Монах. – Я не понимаю, к чему вы клоните. Говорите прямо: что вас интересует?

Полковник поморщился, скосился на сталкера. Тот продолжал стоять с невозмутимым видом, уставившись куда-то в окно. Ему, вроде, не было никакого дела до разговора.

– Ну, ладно… – протянул полковник. – Прямо, так прямо. Этот Бука – кто он такой? Мутант?

– Трудно сказать, – говоря это, Монах внимательно изучал собеседника. – Насколько я знаю, генетических отклонений у него не обнаружено, так что формально он не может считаться мутантом.

– Кем же его считать? – неприятно усмехнулся полковник.

– Это, смотря с какой точки зрения, – серьезно сказал Монах. – Я считаю, что он просто одержим дьяволом. Прости меня, господи…

Прикрыв глаза. Монах истово перекрестился. И на этот раз сталкер оторвался от созерцания невидимого пейзажа за окном и с интересом посмотрел на задержанного. Полковник замер на несколько секунд, посмотрел на Монаха с недоверием:

– Вы шутите? Причем тут дьявол?

– Ну, конечно, – с серьезным видом кивнул Монах. – У вас земля горит под ногами, а дьявол, как всегда, ни при чем.

– А, так вы религиозный фанатик? – с пониманием дела сказал полковник. – Простите, я хотел сказать – священник?

– Не совсем, – Монах едва заметно улыбнулся. – Но суть вы уловили верно.

– Ну, допустим, – сказал полковник. – Давайте по сути: что ему нужно, этому Буке? Чего он добивается?

– Хороший вопрос, – признал Монах. – Я знаю еще один, в том же духе: «в чем смысл жизни?»

– Не ерничайте, задержанный! – полковник начинал выходить из себя. – У нас люди гибнут, границы Зоны плывут, а вы зубоскалите тут!

– Я просто хотел сказать, что вопрос не имеет смысла. Он хочет того же, что и все люди. Вас должно беспокоить то, чего хочет Дьявол внутри него.

– В смысле?

– В смысле – Зона. Не берусь судить, но мне кажется, что его просто используют.

– Кто?

– Темные силы, которые и досаждают вам, прикрываясь Букой. На то он и Дьявол, чтобы вводить в заблуждение, отводить взгляд. Сатана изобретателен и любит прикидываться не тем, кем является на самом деле…

– Прекратите! – болезненно скривился полковник. – Вы имеете в виду Хозяев Зоны, так? Но доказано же – это миф!

Монах пожал плечами:

– Видите – я знаю не больше вашего.

– Советую вам хорошенько освежить память, – сухо сказал полковник. – Объявлено военное положение. Так что не удивляйтесь, если к вам будут применены самые суровые методы воздействия – надеюсь вы меня понимаете? Ладно, уведите его пока.

Полковник обернулся к сталкеру:

– Кто там еще остался? Надо всех допросить…

Монах насторожился – но его уже вели у к двери. Снова коридор, снова камера, грохот закрывающейся двери, щелчок засова.

– Где бы мы еще встретились, – раздалось из дальнего угла. – Пожрать есть чего-нибудь?

Монах обернулся. На узкой койке с удобством развалился Маус. Это очень полезное для сталкера качество – находить удобство и комфорт в любой обстановке. Ведь в Зоне порой приходится ночевать в самых невероятных местах, в окружении аномалий и мутантов. Наверное, эту камеру Маус воспринимал, как номер в пятизвездочном отеле.

– А где Антонов? – вместо приветствия спросил Монах. Он почти не удивился, встретив здесь знакомое лицо.

– На допрос увели, – сказал Маус. – Нас взяли…

– военные сталкеры, – подсказал Монах.

– Точно. Похоже, вояки решили всерьез взяться за дело, раз бросили против нас элиту…

– Вы добрались до Доктора? – оборвал его Монах.

– Э-э… – сталкер многозначительно обвел камеру пальцем. – Сдается, нас неспроста заперли вдвоем. Хотят, наверное, послушать, о чем мы будем трепаться.

– Мне скрывать нечего, – сказал Монах.

– Да, мне, собственно, тоже, – сталкер пристально посмотрел на приятеля. – В общем, да. Нашли его, шли назад вместе, а тут эти гаврики: подкараулили нас очень ловко – прикладом в пузо, мордой в землю, пяткой в спину – думал все, хана пришла. Короче, суровые ребята, никаких вариантов. В общем, нас с Антохой загнули по жесткому, а Док – как в воздухе растворился. Очень на него похоже.

Маус помолчал, посмотрел на приятеля, сказал, заметно помрачнев:

– Сдается, у нашего Буки сорвало планку. Устроил он что-то такое, отчего все вояки штаны обмочили. Видел, как забегали? Реально – что-то серьезное, даже представить себе не могу…

Он замолчал, глядя на Монаха: тот не слушал его. Закрыв глаза, чуть наклонив голову, он беззвучно шевелил губами. Маус тихо усмехнулся и принялся рассматривать ногти. За дверью раздавались крики, топали тяжелые каблуки. Вроде бы, даже слышались отдаленные взрывы. Пауза злилась не долго: снова заскрежетала дверь, и в камере оказался третий сосед. Он вошел нетвердым шагом и тяжело опустился на пол. Маус подскочил со своего места, бросился к вошедшему, в котором не так просто было узнать Антонова.

– Что с тобой?! Что, они с тобой сделали, Антоха?! – сталкер затряс друга за плечи. Тот болезненно морщился и шипел. Антонов действительно выглядел неважно: половина его лица оплыла и подернулась синевой, глаз затек, под носом обильно растекалась кровь.

– Да так, – с трудом проговорил ученый. – Нервный майор мне попался. Думает, что я это во всем виноват.

– С чего это вдруг?!

– Наш общий знакомый ему что-то наплел. Ну, ты понял…

– Этот, оранжевый? Бах?!

– Ага… Он самый… Показания из меня выбивали – будто это поможет им остановить Зону…