Флора и фауна - Райдо Витич

Я вырвала кулон и, бросив в футляр, закрыла крышку: хватит!

Бройслав с прищуром глянул на меня:

— Нервничаешь? Отчего же если не веришь?

— Ограждаю психику от лишнего яда мистики.

— Хорошо, — навис надо мной, руками в стол уперся. — А я в футляр войду? Ты сама? Не стоит бегать, девочка, и бесполезно.

— Ты ненормален, — разозлилась.

— Да, — улыбнулся насмешливо.

Мне захотелось ударить его по монументальной, ухоженной физиономии и тем избавиться от соблазна видеть ее, дотронуться пальцами до щеки, впиться в губы. Их вкус уже преследовал меня, глаза одно желание будили — запомнить их. Или вспомнить, принять как есть, сдаться.

Лучше оттолкнуть, разбить иллюзию пусть грубо, но точно, и тем уйти от наважденья, в котором я — не я, а он — не он, и оба — марионетки то ли Богов, то ли себя самих. А может провиденья?

— Я больше не стану убеждать тебя…

— Прекрасно.

-.. Но завтра свадьба…

— Без невесты.

— Что нужно сделать, чтобы она появилась? — потянул за пуговицу. Я хлопнула по его руке:

— Не это.

Он выгнул бровь в сомнении и вдруг заломил мне руки, скинул жестом со стола посуду, освобождая место.

Мои зрачки расширились, я поняла, чего он хочет, но не поняла, как он догадался, что я хочу того же.

Мне в голову пришло испытать его, сорвать с лица маску великосветского джентльмена. К досье, в которое он не верил, добавить пару штрихов, рискнуть, пойти ва-банк и либо сдаться, либо бежать и от него, и от себя. И если суждено мне первое, то я хотя бы буду знать, с кем на самом деле имею честь ходить в одной упряжке. Фальшь слов меня давно не привлекала — дела, вот истинная суть людей. Повадки их, манеры, реакция на пике накала, действия в состоянии аффекта.

Риск. Я чувствовала, что иду по краю, задумав поиграть с тираннозавром — Бройславом, но мне нравилось рисковать, нравилось играть с ним. Подспудно я чувствовала безопасность, чтобы не натворила, но как бывает часто, интуиция, то неосознанное, что подсказывает тебе верный шаг, отвергается разумом, прагматичным мозгом.

Я не исключение. Мой жизненный опыт был жесток достаточно, чтобы избавить хозяйку от сахарных иллюзий, и слушать подсознание он не желал. А я, привычная ему повиноваться, готова была сдаться на милость Бройслава, но не по мистическим мотивам, не оттого, что что-то связывает нас из прошлых жизней. Чтобы ни было — прошло, сейчас мы другие и в этом мире, в этой жизни, с этим Даганом — Энеску я хотела полной ясности. Хотела знать, с кем имею дело, с кем предстоит мне связаться. Пусть зверем покажется — мне будет проще с ним мириться, чем с этим ласковым, сексуальным, слишком уж покладистым экземпляром.

В конце концов, это было бы справедливо. Ведь он читал меня как Шекспира или Кафку, а сам в ответ лишь обложку посмотреть давал.

— Ты ничего не добьешься, держа меня в клетке своих ласк и стен замка. Я не привыкла к ограниченной свободе и не собираюсь привыкать.

— Дело только в этом?

— Одна из главных причин. Я не рабыня и не пленница.

— И даже не игрушка, — пытливо посмотрел в мои глаза. — И ты свободна.

— Тогда я не хочу опять провести день здесь. Я особа любопытная и деятельная. Познакомь меня с окрестностями. Хочу в город, хочу пройтись по улицам и бутикам, посидеть в ресторане, поиграть в казино. Мне скучно.

Бройслав отвернулся, но я заметила, как его лицо напряглось.

— Хорошо. Собирайся, съездим в город.

Что нужно мужчине от женщины, а женщине от мужчины — не такой уж простой вопрос. Стандартный ответ: секс в первом случае и замужество во втором, мало примитивен — далек от истины настолько же, насколько гороскопы на неделю, напечатанные в какой-нибудь захудалой газетке. Верить им — себя не уважать. Ну, скажите, пожалуйста, как можно и кому нужно составлять гороскоп на индивидуума? Это очень трудоемкая, серьезная работа, для которой мало надо иметь обширные знания по астрологии и астрономии, так еще точно знать дату и время рождения. Гораздо проще сгрести данные под одну планку и выдать общее для нее. Например: Козероги, упрямцы, рожденные с конца декабря по середину января. Ваш гороскоп! — объявляет диктор радио или печатается подзаголовок, и вся туча рожденных в это время внимательно читает ту лабуду, что относится к общему типу Козерога, среднестатистическому, рожденному от начала века и до «вчера». А они, между прочим, бывают утренние и вечерние, дневные, ночные, рожденные в первую или вторую, а то и третью декаду, не говоря уж о влиянии на гороскоп дня недели, в котором родились, года. Ну, и какая может быть точность, если, например, меня, рожденную в одиннадцать вечера второго января 1979 года, ставят на одну плоскость с рожденным пятнадцатого января в два часа дня 1957 года и выдают общее? Мало получается мутированный Козерог, так еще и мутный гороскоп.

Все же в этом отношении я стервь, потому что люблю точность и дотошна к каждой мелочи, прекрасно понимая, что при всей стандартности картины место индивидуалам все же отведено, и места те в вольерах не вакантны.

Контингент человеческого зоопарка делится как фауна на виды, классы, группы, типы, и, как животный мир, многообразен. Достаточно выйти на улицу и убедиться, внимательно оглядевшись вокруг: тут вам и тип простейших, класс жгутиковых — прямые и плоские в своем мышлении как эвглена зеленая, как и положено, с одним ядром, контролирующим их жизнь — у кого желудком, у кого гениталиями. И тип хордовых — прогибающихся, от класса земноводных — тех, что рождены ползать и ползают, начхать им на небо со своей земли, до типа млекопитающих, что, живя на земле, зорко поглядывают в небо и пытаются разместиться и тут, и там, потеснить соответственно везде, где можно и кого можно, а порой и кого нельзя, а вот, удается ли это, уже от вида зависит. Или статуса, если на общечеловеческий язык перевести. Тут уже социология в права вступает, громко шурша листами томов исследований в данной области.

Взять учебник зоологии и типы предстанут перед нами во всем многообразии, а пробелы в знаниях и некоторые неточности можно ликвидировать, ознакомившись с социальной и возрастной психологией. И уже отсюда плясать, выявляя реальные объективные ответы на сакраментальный вопрос о мужчинах и женщинах. И получать не только объективные ответы, но и четкие планы по взятию тех или иных крепостей.

У меня в связи с длительным изучением этого вопроса выработалась своя схема деления человека на группы, типы и классы. Основных я точно знаю — три:

Тип сильных, тип слабых и тип неопределившихся. Причем последние порой как рождаются в этом типе, так и умирают. Именно среди них имеется класс приспособленцев: залипал и прилипал, класс сумчатых, которым всегда мало и всегда надо то, что есть у других, класс паразитов: от «пиявок» до «комаров». Этот тип самый предсказуемый и понятный. С ним просто как с кактусом — главное не забывать поливать надеждой на светлое будущее и удобрять периодически своей верой и преданностью. И живут, плодоносят даже и к тебе тянутся, а только дай слабинку — полей не один, а два раза — на шею сядут и поедут. Легко. А главное, удивятся, если ты возмутишься или воспротивишься.