Мое тело – тюрьма - Кицунэ Миято

Глава 1

Новые соседи

Когда Кира приехала, её ждало несколько новостей. Оказалось, что летом в общаге проходил ремонт и во всех блоках сделали душевые. Места под них вроде как были изначально предусмотрены, но по факту это были закрытые на амбарные замки комнатки. По правде говоря Кира никогда даже не задумывалась, что это за закрытая дверца рядом с умывальниками и считала её подсобкой для хранения непонятно чего.

А ещё в «трёшку» напротив заселили новых парней. Таша, которая оказалась в общаге, когда Кира приехала, сказала, что те второкурсники, которые жили там раньше, частично разъехались, а кого-то из них даже выгнали за неуспеваемость. Впрочем, если учесть их частые ночные «посиделки» и пьянки, это было не удивительно. Кира соблюдала режим и ложилась спать в десять вечера, спала она крепко и если засыпала, то по большей части «гулянок» не слышала, а знала о них только косвенно — по жалобам соседки-пятикурсницы Кати, которая в этом году тоже съехала из общежития, и из рассказов Саши, ну и по помятым рожам соседей «трёшки», просыпающимся уже после того, как все возвращались с учёбы. Впрочем, несколько раз музыка, крики и смех были настолько сильными, что и Кира просыпалась от шума и не могла уснуть до пяти-шести утра. Ругаться и просить сделать музыку тише было совершенно бесполезно, да и лезть одной на пьяную компанию парней — чревато, так что приходилось терпеть и стараться засыпать до основного «действа». Или, если удавалось увидеть «приготовления» к очередному «загулу» — уезжать в гости к тёте Альбине.

Про то, как «куролесят» её соседи, знало пол-общаги, и Киру даже спрашивали однокурсницы, не страшно ли ей жить с такими в одном блоке. Кира вспоминала поговорку, что возле своего логова даже волки не нападают. Впрочем, из-за такой разной жизни даже по времени Кира соседей почти не видела, общались они вежливо. Разве что однажды, ещё в сентябре, один из них попытался навязаться в гости и попросил взаймы денег, но Кира сказала, что у неё денег взаймы нет. На этом всё и закончилось: чаще всего они просто здоровались возле раковин, если встречались там с посудой или утренним моционом, не особо разговаривая о чём-то.

— Вроде первокурсники, но на вид не скажешь, выглядят как будто постарше, — вернулась из разведки Таша, которая ходила мыть посуду после ужина. Первую пару им поставили с восьми утра, так что соседка решила выйти из общаги и поспать подольше. — Выглядят… Короче, не совсем мелкие.

— Так почему ты думаешь, что они первокурсники? — спросила Кира, раскладывая вещи во встроенный шкаф.

— Так на девятый этаж селят только первокурсников, — ответила Таша. — Кто уже постарше курсом, тот потом просится у коменданта пониже. Тут, на девятом, вечно то воды нет, то лифт не работает, пешком замаешься подниматься. Так что эти комнаты по остаточному принципу. Все, кто уже учится, могут подать заявление до зачислений на смену комнат, которые пятый курс освобождает, вот и остаются комнаты на девятом-восьмом этажах.

— А как же великолепный вид из окна? — хихикнула Кира. — У нас, кстати, в соседях Дима и Саша, Дима — с пятого курса, хотя он, получается, тоже закончил.

— Да, я только Сашу видела, но Дима же в охране тут работал, может, к Саше даже и никого не подселят. И не сравнивай, у них «двушка», они там всё отремонтировали, мебель притащили нормальную. Так что смысл им что-то менять.

— Ну, мы тоже в комнате ремонт делали, — вспомнила Кира.

— Ох, я помню, какая тут была жуть, — передёрнула плечами Таша. — Мы и полы покрасили, и ты, вон, ковёр привезла. Два ковра — на пол и на стену. И холодильник, и книжный шкаф.

— И шкафчик для посуды, — засмеялась Кира, осматривая комнату. — А стол-книжка — твой.

— Да тут кроме кроватей ничего и не было, — Таша легла на свою койку. — А нет, вот, ещё полки для книг нам выдали. Но их не было и мы тогда с твоей мамой ходили просить у коменданта хоть какую-то мебель. Ну и тумбочки. Но тумбочки пришлось мужу моей сестры прийти и нам заколотить, чтобы не разваливались совсем.

— На старой тумбочке, которая без дверцы, стоит плитка, — осмотрелась в комнате Кира. — А, ну, ещё кухонный стол. Он вроде тоже был здесь, это старая парта или вроде того.

— Ага, прикрыли клеёнкой и нормально, — усмехнулась Таша. — Я видела, как те парни из «трёшки» всё там выносят и тоже обои клеят. А то после Миши и Максима с их товарищами там жуть. Они разве что только на пол не ссали. И дверь там выломана со времён их последней пьянки во время сессии. Они сейчас там как раз думают, что с дверью делать.

— Мгм… То есть, по косвенным признакам, соседи у нас нормальными будут? — хмыкнула Кира.

— Их вроде четверо, я ещё видела, как они кровать четвёртую тащили, — Таша достала книгу. — Это, кстати, подтверждает, что они первокурсники.

— Ну да, старшекурсников по четверо не селят, — согласилась Кира, тоже решив немного почитать перед сном и укладываться спать. В смысле режима они с Ташей совпадали. — Надеюсь, они хотя бы не будут шуметь ночами…

— Ага, и будут соблюдать график уборки блока, — хмыкнула с кровати соседка.

— Это да…

Кира вспомнила, как они пришли в блок в первый раз, в прошлом августе, когда было распределение в общежитие и «отработка», и её мама, увидев жутко загаженный унитаз почти до верха, чуть не упала в обморок. Потом выяснилось про перебои воды на девятом и что летом напор сильно уменьшают, из-за чего просто не было воды для смыва… Но картиночка была жутковатой и запоминающейся.

А после «знакомства» с соседями из «трёшки» и их отработки на первом курсе в блоке становилось чисто буквально пару раз во время обязательных уборок общежития, которые контролировала комендант.

* * *

Новые соседи оказались действительно хозяйственными. С начала учёбы они каждый день шуршали в комнате: клеили обои, покрасили полы и встроенный шкаф, раздобыли и поставили новую дверь, потравили тараканов и постелили на пол ковёр. Всё это было видно потому, что они, почти всё время, пока что-то делали, держали дверь открытой,