Тени Предтеч - Виктор Алексеевич Козырев

— Ничего ты не понимаешь, — сверкнула глазами Ярослава. — Моя семья жила в Ташкенте. Имперцы во время вторжения убили моих родителей и дядю. Только два брата и сестра чудом выжили, теперь они живут с бабушкой и дедушкой в Дисне. А я… Я тогда перевелась с военно-медицинской службы в разведку.

— Опаньки, — выдохнул Жмых. — Вот это…

Я жестом оборвал его.

— Теперь понятно, — сказал я. — Я думал, что в разведке тебе дали навыки полевой медицины, а оказалось наоборот.

— Нет, — улыбнулась она. — Я медучилище на гражданке закончила, а в армии попала в медсёстры.

— А в партию, как в восемнадцать лет вступила? — задал мучивший всех вопрос Череп.

— Случайно, — Яся продолжила улыбаться, но глаза у неё заледенели. — Во время Нотрийского провала. Это был вообще мой первый вылет в космос. Мы тогда попали в окружение, и я думала, что ещё чуть-чуть и нас накроют имперцы. И вот когда собрались прорываться, я попросила командира принять меня в партию, чтобы умереть коммунисткой. Вот так случайно всё получилось, быстро и на коленке. К счастью нам удалось уйти, а мне выжить.

— Ага. И было бы глупо потом отменять вступление, — усмехнулся я и пнул ногой Марину, которая сидела красная как рак, а точнее, было бы сказать, как свёкла.

Никто, кроме Темиргалиева, не знал, что произошло между нами, когда мы ждали смерти в руинах ирсеилоурского магазинчика. Да и в партию я её принять не мог. Двух рекомендаций не было.

— Уфф! — выдохнул Варяг, когда нас встряхнуло. — Наконец-то эта тягомотина закончилась, и мы прошли портал.

Мы прильнули к иллюминаторам, чтобы посмотреть на оплот врага. Поначалу было ничего не видно, только зеленовато-голубая точка вдали, которая всё увеличивалась и вот уже стали различимы города, как в наш отсек вошёл Темиргалиев.

— Группа «К-19» приготовиться!

Мы с сожалением оторвались от интересного зрелища и осмотревшись, подтянув на себе всё, что требовалось подтянуть и заправив, что надо было заправить, замерли в ожидании следующей команды.

— «Отряд К» во флаер!

— Какой? — спросил Жмых, выскакивая следом за мной.

Я ничего не ответил. К флаеру, на котором мы должны были спуститься на планету нас, вела Марина. В нём, к сожалению, не было иллюминаторов, так что красот главной вражеской планеты никто из нас, кроме, Эме не увидит.

Ещё десять минут ожидания и вот мы вылетаем из корабля навстречу то ли новым приключением, то ли героической смерти.

Часть 3. Конец войны

А врага понимать надо. Война ведь — это не просто кто кого перестреляет. Война — это кто кого передумает.

А зори здесь тихие

Глава 15. Сердце спрута

Имперская метрополия. Планета Тангорихкс

Как избавиться от мандража при боевой посадке? Кто-то говорит, что очень легко, а кто-то утверждает, что это и вовсе невозможно. Но факт остаётся фактом, я опять нервничал при спуске на поверхность планеты. И ведь со мной работали врачи, а всё равно, как только меня сбрасывают с корабля, в небольшом транспортном средстве, у меня ёкает сердце и трясутся руки. Но ведь ничего похожего на тот злополучный день, когда я чудом выжил, ударившись об чужую планету. Да. Я это скрываю, потому что бойцам нужен командир, а не размазня, но спуск даётся мне нелегко, поэтому я делаю вид, что слушаю анекдоты Жмыха и даже иногда хихикаю. Но только над теми, что вызвали улыбки у остальных.

— Странно как-то, — заговорил Славик, он же Вик. — Главная планета империи, а мы здесь свободно летаем, как по своей улице.

— Десять раз уже говорено: у них нет страха за столицу, каждый тангорихксец с младых когтей знает, что врагам не прорваться к центральной планете метрополии, — объяснил я.

— Ну да, ну да, — протянул напряжённый Варяг.

Оно и неудивительно. После десяти лет, кажущейся бесконечной войны, после атаки имперцев на Землю, мне и самому не верилось, что проникнуть в сердце гигантского спрута, который душил половину нашей галактики, будет так просто.

— Парни, сделайте одолжение, заткнитесь! — рявкнула нас Марина из кабины пилота. — А то начну выкидывать по одному.

Её можно было понять. Судя по тому, как лавировал флаер, ей сейчас приходилось очень нелегко. Надо пролететь так, чтобы нас не заметили воздушные суда тангорихкцев, а передвигались они, в отличие от колонии, на флаерах.

— Я анекдот хотел рассказать, — растерянно пробормотал Жмых.

— Анекдот можно, — смилостивилась девушка. — Только не пошлый.

Но мы молчали до самой посадки. Как-то внезапно резко пропало настроение что-то обсуждать и балагурить. Наоборот, все стали серьёзными и сосредоточенными. Неизвестно, что ещё нас ожидает внизу. Нет, по плану, ничего страшного, но сколько раз, только на моей