Корни зла - Галина Гончарова

— Ёлка и не заметила. И даже не подумала, что это надо искать. Эля изначально предназначалась на роль камикадзе. Вот и пропустили…

— И когда вы опять очутились здесь…

— Нас нашли. Дирмас просто захватил нас, воспользовавшись слабостью после переноса. В этот раз мы не приносили жертв, просто пользовались накопителями — и в результате меня чувствительно тряхануло, а Ёлка вообще вырубилась. Как и Эля. Не успели мы прийти в себя, как нас схватили. Каменные элементали — те еще твари.

— Молодой человек, так все же кто такой — Дирмас? — не утерпела я.

Тёрн скорчил рожу.

— Подонок.

— Это понятно. Но на кой леший ему нужны вы?

— У моей матери был брат. Младший, — процедил Тёрн. — А у него сын — Дирмас. Братик убил родную мать, пытался убить сестру и узурпировать власть в Элварионе. За что и был казнен. Но его вдове с сыном удалось скрыться. Вдове — ненадолго. Мы ее нашли. А вот Дирмас… как-то она умудрилась его спрятать.

— Даже через родственную кровь не нашли? — искренне удивился Антел Герлей.

— А вы вспомните, какой магией он пользуется! Это ведь все он! И та война, и алхимики, и Буздюк…

— Сука, — коротко высказался магистр Теодорус.

— …и… — чуть ярче выразился директор, который все это время копался в пентаграмме. — Перенос отследить не получается.

Элвар вскинулся всем телом.

— Как?!

— Молча. Защита стоит. И какая!

— Ёлка говорила. Но она же меня перенесла?

— Чудо, что она еще жива, — уронил директор. — Было б у нас хоть что-то от нее, я бы постарался к ней пробиться, а так…

— Но у вас есть я…

— Ты ей не родня.

— Нет. Но мы все-таки муж и жена.

— И давно?

Элвар покраснел. Директор бросил на него внимательный взгляд — и вдруг ухмыльнулся, уставившись на что-то ниже пояса его величества.

— Кровь — ее?

Вот никогда не думала, что элвар может покраснеть весь. Целиком. Но Тёрн умудрился.

— Ее…

— Вот и отлично. Смывать или стирать не удумай. Магистр Теодорус, возьмите у него образец крови нашей ученицы. Лорри, успокойся, а то сейчас от возмущения по ветру развеешься.

— Не дождешься, — огрызнулась я.

— Магистр Фейрл, прошу вас послать за всеми необходимыми вам реактивами. Нашей ученице может понадобиться медицинская помощь. А я — собирать магов. Думаю, человек двадцать хватит. Магистр Теодорус, чтобы к моменту моего возвращения образцы были готовы!

Директор вылетел из комнаты. Магистр Теодорус фыркнул ему вслед — и повернулся к элвару.

— Ну что, иди сюда, твое величество. Будем образцы собирать.

Я отвернулась.

Высшие силы, скорее бы!

Моя внучка в опасности!!

Где лешие носят этого архимага?!!

Минут десять все были заняты. Магистр Теодорус собирал образцы с багрового от смущения элвара, магистр Фейрл одним движением руки вызвал к себе старую целительскую сумку и теперь проверял наличие в ней нужных снадобий, я тупо глядела в пентаграмму…

А в голове было пусто, как в котле у бедняка. И крутилась только одна мысль. Только бы успеть. Только бы успеть!

Когда Антел Герлей влетел (в буквальном смысле) в зал, а за ним ввалились два десятка боевых магов, я отодвинулась подальше от пентаграммы. И директор протянул над ней руку.

Привычно влил немного силы, чтобы активировать…

И тут-то жизнь преподнесла свою подлость!

Вместо привычного синего огня пентаграмма засветилась ярко-красным.

— Что происходит?! — рявкнул директор.

— Нарушены управляющие контуры заклинания. Системе требуется восстановление, — пояснил оказавшийся рядом магистр Верлас.

— Сколько?! — вызверился директор.

— Часа два, судя по интенсивности свечения.

То, что произнес Тёрн, приличные женщины не должны были даже думать, не то что слушать. Но мне хотелось выразиться и похлеще.

Антел Герлей, судя по виду, тоже хотел выругаться. Но вместо этого просто плюнул на пол.

— Господа маги! Все садимся и ждем восстановления портала. Магистр Теодорус, кровь готова?

— Готова.

— Передайте мне. Я сделаю пока болванку заклинания. Активируем при переносе. Ваше величество…

— Я с вами. — Тёрн так сверкнул глазами, что директор даже сделал шаг назад. Потом опомнился и пристально поглядел на элвара.

— А как же долг перед страной?

— Страна переживет. А я — нет. Так что спасти свою жену — это мой прямой долг перед родиной!

— Жену?!

Из угла послышалось какое-то бульканье. Я пригляделась. Неразлучная троица — Лерг, Лютик и Эвин — зажимали рот что-то булькающему Канну. Понятно. Либо сами увязались, либо даже директор не сумел им отказать. Ёлка им почти родная…

Директор сверкнул в тот угол глазами, но смолчал. И вместо этого повернулся к магистру Теодорусу.

— Магистр, отдайте мне образец крови. И принесите его величеству штаны, что ли! И оружие. Мы все-таки врагов собираемся убивать, а не совращать.

Тёрн величественно повернулся к Ведуну голой задницей.

Алое сияние все не угасало. Директор осторожно держал в руках платок с пятнами крови. Маги разминали пальцы и еще раз проверяли наличие всех амулетов. Тёрн, натянув штаны, отошел в угол, к Лютику, Лергу и Эвину. Канн попытался что-то вякнуть, но потом передумал. Понял, что иначе его просто вышибут вон. Мальчишки были бледными и решительными.

— Лорри! Лорри, твою аристократию!!!

Я дернулась. И повернулась к директору.

— Брысь от пентаграммы! Развоплотиться на декаду хочешь?! Это запросто!

Я послушно отплыла подальше. Но из комнаты не ушла. Не могу же я бросить внучку в такую минуту?

Казалось, прошла вечность, прежде чем пентаграмма опять загорелась голубым огнем. И маги начали уходить туда. Один за другим. Первым шел директор.

А я могла только молиться. Молиться всем богам всех миров.