Пересечь сплошную (СИ) - Литт Ксюша

Даже когда объявился так ожидаемый мной Назаров, счастья в душе мне это не прибавило.

На базу отдыха, где мы все же решили отметить безмерно грандиозное событие снова безмерным количеством спиртного, друзья приехали втроем, изрядно припозднившись. Довольные до ушей они шумно влились в компанию. У кого уши были самыми большими, тот сиял всех краше, словно и не существовало в его жизни ни капли печали. Протасик, кстати, тот тоже не отставал. Нашелся еще один самый беспроблемный человек в мире. Ему жить оставалось предположительно несколько дней, пока мои родители не прочухали интересное положение сестры, а он радовался, что все экзамены сдал, что удивительно, кстати. Я специально в этот раз понаблюдала за ним. Дебил дебилом, а выкрутился. Без единой задолженности перешел на следующий курс. Даже финансовое право исправил, не в пример Крайнову. Наивный. Как будто оно ему могло пригодиться, прикопанному где-нибудь в лесочке.

Хотя, вероятно, я все же сгущала краски. Если задуматься, что могли мои мама и папа ему сделать? Не убили бы точно, да и не посадили бы даже, как недавно очень переживал ненаглядный Настькин Владик. Оснований на это не так уж и много. Совращенная малолетка уже совершеннолетняя, да и не стали бы родители поднимать шум. Они даже жениться этого полудурка сто к одному, что не заставили бы. Скорее мне влетит. С моей подачи любимой Настюше на дороге повстречалась такая «казлина», которая сейчас беззаботно улюлюкала и приплясывала. Сессию он, видите ли, закрыл.

Я недовольно отвернулась. Видеть всех троих определенно было неприятно. Взглянула на пластиковый станканчик в своих руках, который кто-то предусмотрительно уже заполнил водкой. Преподнеся к носу понюхала и поморщилась. Напиваться я не планировала, а теперь и совсем настроение пропало. И зачем я только послушала Лерку и притащилась сюда?

- За тобой когда Стас приедет? - Я так долго ждала явление Назарова, а дождавшись, тут же захотела побыстрее смыться от него подальше.

Новикова лишь в ответ неопределенно пожала плечами.

- Как освободится...

Когда у мента появится свободное время точно предугадать сложно — это я по своему отцу знала.

- Я наверное такси тогда вызову, - решительно встала. Слушать как ржет ушастый не было никаких сил. Хотя собравшиеся в основном все шутили и смеялись, но его веселье меня неимоверно раздражало. И вид, будто бы меня не замечающий — тоже. Если я такое уж пустое место, значит, зачем я вообще здесь была нужна.

В одной из подъехавших машин из открытого багажника громыхающие сабвуферы низкими частотами заглушали звучащую из колонок музыку, но некоторые сокурсники все равно умудрялись даже под это уханье и бабаханье изображать подобие танцев. В прошлом году и мне в состоянии изрядного подпития очень даже замечательно под такое двигалось и скакалось. С Крайновым, как помнилось. Потом еще и уединились мы с ним. А дальше… ужас полнейший.

Пробираясь сквозь веселящихся ребят, я отмахнулась от нахлынувших воспоминаний. Их мне только для полного уныния не хватало. Нужно было как можно быстрее добраться до более тихого места, чтобы заказать такси и поскорее отсюда смотаться.

Прямо посреди стихийно образованного танцпола меня неожиданно кто-то, схватив, остановил. Я даже попыталась брыкнуться, но потом услышала над ухом голос Стаса:

- Ты куда? - Его руки крепко прижали меня спиной к себе.

- Домой, - буркнула я. Сделала слабый рывок, чтобы вырваться, но тут же передумала. Затихла в объятиях. Выдохнув мне в затылок, Назаров коснулся губами сначала моих волос, потом скользнул за ухом:

- Подожди, не уходи, - сместился на шею. - Побудь еще немного.

Я развернулась в кольце его рук и через секунду, покачиваясь, словно в медленном танце, мы с ним уже целовались. Как будто и не было ссоры, и трех дней этих невыносимых не существовало.

Нет, конечно же, я не ушла. Не нашлось во мне гордости. Не смогла. Все еще изображая «медляк», когда мы оторвались от губ друг друга, я повисла на шее у Назарова, уткнулась ему носом в плечо, жадно вдыхая такой вкусный, такой любимый запах (его не мог перебить даже шашлычный дым), и жалко зашмыгала. Полилась из меня обида и упреки: про звонки и попытки объяснить, про черный список, про тетрадь утонувшую в грязи, про то что не пришел он ни на консультацию, ни на экзамен, и сам не позвонил, а я ведь так ждала.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Стас, слушая меня, только молча улыбался, иногда целовал мои недовольные губы и еще крепче обнимал меня.

И лишь, когда я высказала про Янку, улыбка моментально слетела с его лица. Он заметно растерялся, зыркнул в сторону Кирилла, потом на меня, но оправдываться не стал. Он и слушать больше ничего не захотел. Столько слов невысказанных у меня еще осталась, но больше не смогла я их произнести.

- Юлька, я люблю тебя, - виновато вдохнул в меня Стас, и мне ничего не осталось, как снова доверчиво впустить в свой рот настойчивый язык.

Ревность и обида изъедали меня, но слова любви, показалось, что стерли грехи, вскружили голову наивной влюбленной дурочке. Не устоять стало на ногах от волнения. А потом и в самом деле все завертелось — подхватив меня Назаров, сначала закружил, а потом с неожиданной легкостью оттащил меня в сторону, как самую легкую ношу на свете.

Слегка отдалившись, нам показалось, что мы наконец уединились. Музыка и голоса, во всяком случае, зазвучали отдалённо.

- Я люблю тебя, - настойчиво повторил он, обшаривая мое тело горячими ладонями и прижимая к какому-то дереву. - Люблю. Веришь? Только тебя.

Странный способ доказательства своих чувств выбрал Стас. Во-первых, почему-то вдруг сразу сомнения у меня появились и ревность еще больше разыгралась, а во-вторых, в любой момент мимо нас кто-то мог пройти. Было бы очень неудобно, если бы нас застали.

Нет, мы конечно не занялись сексом прям в нескольких шагах от людного места. Нет-нет, даже и не думали. Но уж больно вольные ласки позволил он себе. И я позволила ему их. В какой-то момент даже с удовольствием прошептала:

- Да. Верю. - И потом еще поспешно добавила. - Люблю.

Хотя ни черта я ему больше не верила, но любила все равно. Ничего с этим не поделаешь.

Кто знает, к чему бы привело наше такое бурное, лишенное объяснений, примирение, если бы не Лерка. Согрешили бы. Как есть согрешили, прям тут под деревом. Она объявилась вовремя. Вклинилась в накрывшую нас по самое темечко страсть телефонным звонком.

Услышав мелодию, доносящуюся из моего кармана, мы с Назаровым неохотно друг от друга отлипли.

Он напряженно наблюдал, как я суетливо, подрагивающими пальцами от все еще охватывающего меня возбуждения вытащила сотовый. Рассмотрев на экране имя Новиковой, Стас слегка расслабился, отступил на шаг, позволяя мне спокойно ответить на вызов. Сунув руки в карманы толстовки он даже сделал вид, что его совсем не интересует о чем я буду разговаривать с подругой, заозирался осматривая окрестности.

Оказывается мы не так далеко отошли. Чуть в стороне на освещенной площадке хорошо просматривались фигуры одногруппников и слышался гомон. Музыка все так же громко бухала «низами». Она же раздалась мне и из трубки только более отчетливо.

- Ты где? - Лерка пыталась перекричат шум. - Уехала уже, что ли?

- Нет, тут еще.

- Стас приехал. Ты поедешь?

Я в растерянности уставилась на своего Стаса. Теперь мне не так уж и хотелось быстро покидать празднество. Мы же еще толком не поговорили и непонятно помирились или нет. А послезавтра, даже точнее сказать уже почти завтра, если посмотреть на время, он уходил в армию. А мы так и не определились что же между нами. И что в конце концов у него было в тот день с Янкой. Или даже есть до сих пор...

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Эта мысль о Малыше снова больно кольнула в сердце. Упрямая обида всплыла и зазудела строптивым червячком, грызущим мои мозги и вселяющим туда сомнения.

- Да, поеду? - Решение пришло спонтанно.

- Уже? - когда я положила трубку, Назаров возмутился.